Майкл Такер 
Доктор Кто. Крадущийся ужас

Доктор Кто – 

Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=16898528
«Доктор Кто. Крадущийся ужас : [роман] / Майк Такер; [пер. с англ. Е. Колябиной].»: ACT; Москва ; 2016
ISBN 978-5-17-090639-0
Аннотация

Небольшой город в графстве Уилтшир охвачен неподдельным ужасом – по улицам ходят, ползут и крадутся гигантских размеров насекомые. Жители теряются в догадках о происхождении этих монстров. Деревня в один миг становится оторванной от остального мира территорией. Именно сюда и перемещается ТАРДИС вместе с Доктором и Кларой Освальд.
Но Доктора волнуют не жуткие твари. Он понимает: пока он не расшифрует странные символы на древних камнях и не разгадает одну из тайн времени Второй мировой, жители городка остаются в роковой опасности.

Майк Такер
Доктор Кто. Крадущийся ужас

Для Карен

Mike Tucker
DOCTOR WHO: THE CRAWLING TERROR

Перевод с английского Екатерины Колябиной 

Печатается с разрешения Woodlands Books Ltd при содействии литературного агентства Synopsis

© Mike Tucker, 2014. Doctor Who is a BBC Wales production for BBC One. Executive Producers: Steven Moffat and Brian Minchin. ‘Doctor Who’, ‘TARDIS’ and the Doctor Who logo are trademarks of the British Broadcasting Corporation and are used under licence. First published by BBC Books, an imprint of Ebury Publishing. Ebury Publishing is a part of the Penguin Random House group of companies.

Пролог

Габби Николс вздохнула с глубоким облегчением. Она уже начала думать, что Уэйн никогда не перестанет плакать. Глядя на мирно сопящего в кроватке малыша, трудно было поверить, что весь последний час он заходился в рыданиях на руках у матери, пока та тщетно пыталась его убаюкать.
В который раз за вечер Габби пожалела, что мужа нет дома. С папой Уэйн всегда засыпал охотнее. Рой Николс получил работу на строительстве новой высокоскоростной железной дороги между Лондоном и Юго-Западным регионом. Им пришлось оставить дом в Манчестере и перебраться в Уилтшир, но семилетний контракт того стоил. Правда, теперь Рой часто работал посменно, и последние три ночи Габби его практически не видела.
Она снова вздохнула. По крайней мере, выходные он обещал провести дома. А пока она может побаловать себя парой серий «Вызовите акушерку» и бокалом вина.
Включив радионяню, Габби закрыла дверь в детскую и стала спускаться по лестнице. Каждую ночь, когда муж пропадал на работе, она снова и снова поражалась, как тихо в их новом доме. Габби выросла в Манчестере и всю жизнь прожила в больших городах. Она привыкла к постоянному шуму автомобилей на заднем фоне, к тому, что по вечерам за окнами горят тысячи огней. Но здесь… Здесь вместе с сумерками на город опускалась тишина. Никогда прежде Габби не знала ночей таких тихих, таких темных – и таких звездных.
Ее мысли невольно обратились к дому в Манчестере, и Габби внезапно ощутила острый приступ неуверенности: необъяснимая тревога преследовала ее с тех самых пор, как они приехали в Рингстоун. Дело не в том, что им здесь не были рады – напротив, местные из кожи вон лезли, чтобы Николсы чувствовали себя, как дома. Коттедж на краю деревни, в котором они поселились, оказался куда больше их прошлого жилища, а детям лучше расти на свежем воздухе, среди красивых пейзажей. Эмили, старшая сестра Уэйна, уже начала намекать родителям, что неплохо было бы купить пони.
Вот только… Непонятное беспокойство продолжало точить Габби, и она никак не могла от него избавиться.
Женщина покачала головой, уговаривая себя не глупить. Просто нужно время, чтобы привыкнуть к новому дому и новым обстоятельствам. Когда Рой приедет на выходные, они пойдут гулять по окрестностям, посмотрят, что здесь и как. Может, познакомятся с соседями.
Достав из посудомоечной машины чистый бокал, Габби открыла холодильник и налила себе Пино Гриджио. Она уже предвкушала первый глоток, когда сверху донеслось пронзительное:
– Мама!
Габби застонала. Трехлетняя Эмили могла быть очень громкой, когда ей требовалось внимание. Если она разбудит Уэйна…
– Мама! Иди сюда скорее!
Габби нахмурилась. Дочку явно что-то напугало. Поставив бокал с вином на кухонный стол, она поспешила наверх.
– Эмили? – Габби распахнула дверь в комнату дочери и заглянула внутрь. – Что случилось, малышка? С тобой все в порядке?
Девочка стояла на кровати, вжавшись в стену. Глаза Эмили были широко распахнуты от страха. Увидев мать, она спрыгнула на пол, подбежала к ней и крепко обняла за ногу. Габби почувствовала укол ужаса. Прежде она никогда не видела дочь такой испуганной. Она подхватила девочку на руки и прижала к себе.
– Что такое?
Эмили зарылась лицом ей в плечо.
– Там комар-долгоножка! – прошептала она.
Габби едва не расплакалась от облегчения – а затем разозлилась на себя за малодушие.
– Привыкай, милая. – Она погладила дочку по волосам. – Мы теперь живем в деревне, тут полно насекомых.
– Он вон там! – не унималась Эмили. – В окно забрался!
Мамины слова ее не успокоили: она только теснее прижалась к Габби. С противоположного конца комнаты долетало шуршание скребущих по стеклу лапок.
– Сейчас мы его прогоним и уложим тебя в кроватку, – пообещала Габби.
Она подошла к окну с дочкой на руках, отдернула занавеску и увидела, что  так напугало Эмили.
А потом начала кричать.

Допив последний глоток, Алан Трэверс поставил пивную кружку на стойку и накинул теплую куртку. Весна в Уилтшире готовилась вступить в свои права, но ближе к ночи на улице становилось прохладно, а ему предстояла долгая дорога домой.
– Эй, Алан! Может, еще по одной?
Как всегда в будний вечер, в крохотный паб Уитчифа набилось немало местных и туристов. Брайан Картрайт стоял у стойки с двадцатифунтовой банкнотой в руке.
Алан покачал головой.
– Грех упускать такую щедрость, но я пас, – сказал он. – Мне, в отличие от некоторых бездельников, рано вставать. Так что увидимся завтра, джентльмены.
И Алан, натянув шляпу, стал проталкиваться к выходу.
– Не забывай глядеть по сторонам, когда будешь идти через Центр! – крикнул ему вслед Брайан. – Говорят, они там всяких чудовищ разводят!
Из-за захлопнувшейся двери паба донесся дружный смех завсегдатаев. С тех пор как на краю деревни вырос исследовательский центр, такого рода шутки стали обычным делом. Алан фыркнул. Биотопливо и генномодифицированные злаки. Конечно, при желании и то, и другое вполне можно приравнять к разведению монстров.
Подняв воротник куртки, он направился через парковку в сторону железной дороги. Ночь выдалась ясная, далекая луна заливала поля бледным светом. Алан поежился. Надо было заказать кофе вместо последней кружки пива. Он жил в соседней деревне, и даже если срезать через исследовательский центр, до дому ему идти добрых двадцать минут.
К дороге вела лестница в углу парковки. Алан, пошатываясь, стал подниматься по ступенькам и чуть не потерял равновесие, когда под ноги наконец легла утоптанная тропинка. Да, последняя пинта явно была лишней. Он глубоко вдохнул, набрал полные легкие морозного воздуха и зашагал вперед.
Неподалеку от перехода, пролегавшего под железнодорожными путями, Алан замер и испуганно уставился на вынырнувшую из темноты высокую фигуру. Секунду спустя он уже нервно посмеивался над своими страхами: его сбил с толку один из камней, которые стояли кругом на лугу возле паба. В лунном свете монолит и вправду походил на сгорбившегося человека. Алан подошел к нему и провел пальцами по завиткам и узорам, вырезанным на древнем валуне.
Ему всегда нравились камни. Они напоминали о первозданной природе в противовес бесстрастной, стерилизованной науке, которая господствовала в современном мире. Эти валуны чуть не поставили крест на исследовательском центре. Когда проект впервые был обнародован, общественность посчитала, что он угрожает памятнику старины. И хотя рядом с камнями не нашли никаких захоронений, центр все-таки перенесли на другую сторону железной дороги.
Алан вообще не понимал, почему его решили построить в Рингстоуне: место было не то чтобы подходящим. Это, в свою очередь, породило слухи, что в центре занимаются темными делами. Подливало масло в огонь и то, что у бизнесмена, занимавшегося проектом, было обезображено лицо. Бедняге даже приходилось носить маску, чтобы скрыть свое уродство.
Похлопав по камню, Алан направился к подземному переходу. На луну наползли облака, и он пожалел, что не взял с собой фонарик. Когда мужчина спустился в туннель, что-то мазнуло его по лицу. Алан вскрикнул, но, смахнув «что-то» со щеки, тут же рассмеялся над собой – это была обычная паутина.
Он вытер руку о куртку. Паутина оказалась неожиданно липкой и крепкой. Когда он попытался стряхнуть остатки, то угодил в новую. Алан дернулся, чтобы высвободить руку, но только еще глубже увяз. Тогда он потянул сильнее – и услышал треск рвущейся ткани. То был рукав его куртки. Внезапно освободившись, Алан потерял равновесие и полетел спиной назад, угодив во что-то мягкое и липкое. Паутина гигантскими клоками свисала со стен и потолка подземного перехода. Не на шутку встревожившись, Алан попытался встать, но сеть держала крепко. Охваченный паникой, он изо всех сил старался вырваться – но увязал только сильнее.
Странный скребущий звук в конце туннеля заставил Алана замереть. У противоположного входа мелькнула тень.
– Эй, есть там кто? – позвал он. – Мне нужна помощь!
К огромной досаде Алана, ответом ему был лишь шелест растущего у перехода кустарника.
– Я не шучу! Я застрял!
Тень начала двигаться в его сторону, но чем ближе она подбиралась, тем яснее Алан понимал, что существо, забредшее в туннель, не принадлежит к человеческому роду. С каждой секундой он все отчетливее различал прерывистое хриплое дыхание и царапанье чего-то жесткого об облицованные плиткой стены. Наконец тень заполнила весь туннель.
Когда существо ступило в пятно лунного света, сердце Алана остановилось.

Кевин Алпертон проснулся резко, словно что-то вырвало его из сна. Несколько секунд он лежал в темноте, прислушиваясь к знакомым звукам дома и пытаясь определить, что именно его разбудило. Кевину снилось мороженое. Он гулял по пляжу, забыв о школе и докучливых учителях; вокруг был только теплый песок и мерное шуршание волн по блестящей гальке. В какой-то момент этот звук сменился другим – пронзительным и громким. Он-то и вернул Кевина в реальность.
Мальчик бросил взгляд на часы – одиннадцать. Родители, скорее всего, еще не легли. Наверное, это они его разбудили.
Вытянувшись на кровати, Кевин попытался устроиться поудобнее, как вдруг тишину снова нарушил пронзительный крик. Звук был чем-то средним между завыванием кота и плачем младенца. От него волосы у Кевина на затылке встали дыбом.
Он застонал.
Лисы.
Каждую весну одно и то же. Поздно вечером, когда машин на дороге становится меньше, лисий молодняк выходит порезвиться. Маленькие лисята довольно милые, но стоит им немного подрасти, как они превращаются в настоящую проблему: переворачивают мусорные ведра, роются в компостных кучах, а еще мешают спать своим тявканьем и воем.
Кевин зарылся головой в подушку, хотя знал, что это не поможет. Есть только один способ утихомирить лис: отогнать их подальше.
Позевывая, Кевин откинул одеяло с Годзиллой и вытащил себя из кровати. После парочки бессонных ночей прошлым летом он завел привычку держать на подоконнике мощный водяной пистолет. Сперва он хотел воспользоваться рогаткой, но мама сказала, что это жестоко и опасно, и конфисковала ее.
Когда мальчик приблизился к окну, с улицы снова донеслись лисьи завывания, но что-то в них – то ли громкость, то ли изменившаяся интонация – заставило Кевина похолодеть. Раньше звери таких звуков не издавали. Этот вопль был полон ужаса и страдания.
Занервничав, Кевин отодвинул занавеску и выглянул в окно. Спрятавшаяся за облака луна превратила сад в театр теней, и все же мальчик заметил животное, извивающееся посреди лужайки. К ним действительно забрела лиса, вот только с ней что-то было не так. Прижавшись носом к стеклу, Кевин попытался рассмотреть, что именно. Лиса каталась по стриженой траве и яростно кусала себя, взвизгивая и рыча от боли.
Не успел Кевин опомниться, как луна вынырнула из облаков. В потоке ее молочно-белого света мальчик разглядел десятки ползающих по лисе черных существ. Не на шутку испугавшись, он шарахнулся от окна – а в следующую секунду услышал отчаянный визг, после которого на сад вновь опустилась тишина.
Какое-то время Кевин стоял посреди темной комнаты, пытаясь осознать, что же он увидел. От окна он держался подальше. Мальчик хотел было спуститься вниз и все рассказать родителям, но представил уничижительный взгляд, которым наградит его отец, и счел за лучшее никуда не ходить.
Кевин забрался в кровать и закрыл глаза. Он тщетно силился не думать о том, что произошло в саду, но когда наконец уснул, в его снах больше не было места мороженому и пляжу: их вытеснили блестящие черные монстры и жуткие, исполненные боли крики несчастной лисы.

Глава первая

Поля вокруг Рингстоуна окутывал густой туман, но первые лучи солнца уже начинали пробиваться сквозь кроны деревьев, в которых дремали стаи ворон. Внезапно птицы с карканьем поднялись в воздух – сонную утреннюю тишину английской провинции нарушило громкое «вуу-вуу», и на фоне сельского пейзажа проступили синие очертания ТАРДИС.
Едва телефонная будка полностью материализовалась, дверь распахнулась, и Доктор высунул голову наружу. В этой инкарнации он был высоким мужчиной с худым лицом, щеткой взъерошенных седых волос и пронзительными глазами под выразительными кустистыми бровями.
Удостоверившись, что ТАРДИС не сбилась с курса, Доктор вышел наружу, освободив дорогу миниатюрной девушке с эльфийским лицом.
– Ну и где мы? Или правильнее будет спросить – когда? – поинтересовалась она, настороженно оглядываясь вокруг. – Далекое прошлое? Еще более далекое будущее? Неизвестная планета, которая по чистой случайности выглядит, как английская глубинка?
Доктор смерил спутницу суровым взглядом.
– Это Уилтшир.
– Уилтшир? – Клара кивнула с притворным одобрением. – Что ж, ты показываешь мне действительно  необычные уголки Вселенной!
– Не я нас сюда привел. – Доктор неспешно прохаживался перед будкой. – ТАРДИС уловила возмущение лей-линий. Небольшое, но достаточное, чтобы обратить внимание.
– Лей-линии? – Клара удивленно уставилась на Повелителя Времени. – Только не говори, что регенерировал в хиппи!
– Что б ты знала, мое соло на тамбурине взорвало Вудсток. Ах, вот мы где… – Доктор, прищурившись, смотрел сквозь тающий туман на шпиль далекой церкви. – И это значит… – Он провел воображаемую линию от шпиля к ТАРДИС – и дальше, к противоположному концу поля. – Нам туда.
И он устремился в туман, вытянув перед собой руку – отчего сразу приобрел сходство с пугалом, вырядившимся в ботинки и пальто. Устало вздохнув, Клара закрыла дверь ТАРДИС и поспешила вслед за Доктором.

Как только за окном рассвело, Кевин помчался вниз, натянул сапоги поверх пижамных штанов и, осторожно поглядывая по сторонам, вышел в сад через черный ход.
В глубине души он надеялся, что на лужайке ничего нет, что прошлой ночью лунный свет и чересчур богатое воображение просто сыграли с ним злую шутку; но чем ближе он подходил к дальнему концу сада, тем яснее различал лежащую на клумбе кучку красно-бурого меха.
Мальчик с опаской наклонился к останкам лисы: животное будто съежилось после смерти. Вооружившись сломанной палкой с отцовской грядки, Кевин потыкал лису. Шкура поддалась, словно оболочка сдутого шарика; мальчик с ужасом понял, что от лисы не осталось ничего, кроме меха, кожи и костей. Кто-то выел ее изнутри.
Когда Кевин опустился на колени, чтобы получше разглядеть находку, в кустах раздалось шуршание, и под забором, отделявшим их сад от соседского, блеснуло что-то черное. Мальчик отвел ветки в сторону, и «что-то», резко ускорившись, юркнуло в нору размером с кроличью – вот только вырыл ее не кролик. Кевин сунул туда палку. Он мог поклясться, что в темноте под землей что-то двигалось. Что-то черное и блестящее.
Он наклонился еще ниже.
– Кевин?
Мальчик подпрыгнул, услышав из дверей кухни мамин голос.
– Что ты делаешь в саду в пижаме? Снова в школу опоздаешь. Быстро домой!
– Сейчас!
В последний раз ткнув палкой в нору, Кевин отшвырнул ее в сторону и побежал назад. Едва дверь за ним захлопнулась, из дыры в земле высунулось, покачивая усиками-антеннами, блестящее черное существо.

Клара брела по утоптанной тропинке через луг, наслаждаясь сонным спокойствием английского утра. В последнее время на ее долю выпадало не много мирных мгновений: путешествия с Доктором – и работа в школе Коал Хилл, если уж на то пошло, никак не вписывались в понятие «тихая жизнь».
Девушка остановилась и закрыла глаза, вслушиваясь в гудение пчел над дикими цветами, карканье ворон и тарахтение далекого трактора. В Шордиче такого не бывает. Клара задумалась, понравилось бы здесь Дэнни Пинку. Он не похож на деревенского парня, но ему и прежде случалось ее удивлять. Возможно, когда она вернется домой, стоит пригласить его пообедать за городом, в каком-нибудь баре под открытым небом…
Клара поняла, что несколько увлеклась мыслями об учителе математики, и ускорила шаг. Когда девушка наконец догнала Доктора, тот сидел на корточках в центре круга из камней и внимательно изучал показания звуковой отвертки.
Из дюжины глыб одни представляли собой лишь обломки, другие были выше Клары. Но на всех без исключения красовались завитки кельтских узоров; за сотни лет английская погода изрядно над ними потрудилась, сделав некоторые едва различимыми.
– Ага, – пробормотала Клара под нос. – Лей-линии, значит.
Доктор встал и принялся сканировать отверткой небо у себя над головой.
– Что ты делаешь?
– Проверяю, не застрял ли в гиперпространстве над кругом космический корабль.
– А такое часто случается?
– Чаще, чем ты думаешь, – ответил Доктор. – Но не в этот раз.
Закрыв отвертку, он убрал ее в карман пиджака.
– Источник энергии, на который среагировала ТАРДИС, действительно находится здесь. – Повелитель Времени махнул рукой на камни. – Но старушка, видимо, перепутала время. Потому что этот источник спит. Уже много лет.
– И ты так думаешь, потому что?..
– Один из камней отсутствует. – Доктор указал на бетонную тумбу, стоявшую на пустом месте между монолитами.
На ней красовалась маленькая табличка с коротким рассказом о памятнике. Клара подошла и принялась читать вслух:
– «Королевская стража» – памятник бронзового века, расположенный на границе деревни Рингстоун в Уилтшире. Точное предназначение неизвестно, но принято считать, что камни представляют собой астрологический календарь. Во время Второй мировой войны памятник был поврежден немецкими бомбардировщиками…
Клара нахмурилась.
– Зачем немцам понадобилось сбрасывать бомбы на тихую английскую деревушку?
Доктор помрачнел.
– Разве военным нужны причины, чтобы куда-нибудь сбросить бомбу?
Клара мысленно отвесила себе подзатыльник. После регенерации Доктор стал крайне резко реагировать на все, даже отдаленно связанное с военными. Наверное, это не было бы проблемой, если бы новый парень Клары – точнее, ее потенциальный новый парень – в прошлом не служил в армии.
– Пойдем в деревню? – решила сменить тему девушка. – Посмотрим, где здесь можно позавтракать.
– Ты иди, а я попробую разобраться, зачем на самом деле был нужен этот круг. Если я смогу воссоздать пиктограммы с отсутствующего камня…
Доктор вытащил из кармана кусок мела и начал покрывать бетонную тумбу кельтскими узорами.
– Вообще-то, это вандализм, – серьезно заметила Клара, но в ответ получила лишь сердитый взгляд из-под кустистых бровей. – Ну смотри. – Она пожала плечами. – Если тебя схватит местная полиция, сам будешь виноват.
– Надеюсь, в таком случае ты дашь мне отменную характеристику…
Доктор принялся бегать от камня к камню: он на секунду застывал перед разными символами, потом возвращался к тумбе, стирал рукавом часть меловых рисунков и заменял их новыми.
Клара уже хотела возразить, что не так-то просто дать характеристику человеку, который недавно сменил и внешность, и личность – но промолчала. Она все еще привыкала к этой версии Доктора. С ее  Доктором она всегда знала, что говорить и что делать. Но с новым…
Просто ей потребуется чуть больше времени.
Оставив Доктора с его рисунками, Клара зашагала в сторону деревни.
Кевин встревоженно посмотрел на часы. Он ждал автобус уже двадцать минут. Так он опоздает в школу. Опять!
Нечестно. В этот раз он не виноват. Он заранее пришел на остановку, просто автобус не приехал. Но вряд ли родители и учителя будут слушать его оправдания. Они ясно дали понять, что не потерпят новых опозданий – независимо от причины.
Пешком до школы было от силы пятнадцать минут. Если он пойдет сейчас, то, возможно, успеет вовремя – и его даже не оставят после уроков.
Кевин оглянулся на дорогу в последний раз – на случай, если автобус все-таки покажется на горизонте (с его везением транспорт вполне мог приехать через минуту после того, как он уйдет с остановки). И вдруг понял, что на трассе вообще  нет машин. Конечно, дорогу через Рингстоун сложно назвать оживленной, но хоть кто-нибудь должен был по ней ехать!
Кевин пожал плечами. Может, случилась авария – в это время года на шоссе часто выбегают овцы. У молодняка не работает инстинкт самосохранения, и водителям приходится выворачивать руль, чтобы их объехать. Иногда после этого машина оказывается в канаве.
Успокоив себя, что в этом случае не он один опоздает в школу, Кевин тронулся с места. Мысли его снова и снова возвращались к найденным в саду останкам лисы. То, что случилось с бедным животным, было как-то связано с черными существами в норе. Кевину показалось, что они похожи на насекомых, только очень крупных. Мальчик был уверен, что в Британии таких больших не водится.
Протяжный гул заставил его испуганно вскинуть голову. Автобус? Мальчик оглянулся, и в этот момент что-то пролетело над ним, заставив пригнуться. Кевин завертелся, пытаясь разглядеть, что это было, и тут же удивленно ахнул. На столбике дорожного ограждения сидел комар. Огромный комар размером с ладонь! Насекомое наклонило голову, разглядывая мальчика непроницаемыми фасеточными глазами. Крылья насекомого нервно подрагивали. Охваченный одновременно отвращением и любопытством, Кевин шагнул вперед, чтобы получше рассмотреть существо. Стоило ему пошевелиться, как оно поднялось в воздух и двинулось в сторону мальчика, громко звеня крыльями.
Кевин отшатнулся и замахал руками, пытаясь отогнать комара. Он сшиб насекомое на подлете: оно рухнуло на дорогу путаным комком тонких ног.
Мальчик попятился, сердце отчаянно колотилось в груди. Комар задергался, пытаясь встать, и Кевин оглянулся в поисках чего-нибудь, чем можно защититься. Его внимание привлек торчащий из живой изгороди яркий зонт. Скорее всего, его занесла туда недавняя гроза. Кевин схватился за ручку и потянул ее на себя. Погнутые спицы увязли в густом переплетении ветвей и не желали поддаваться.
Судя по возобновившемуся гудению, комар успел оправиться от удара и снова поднялся в воздух. Не осмеливаясь оглянуться, Кевин изо всех сил дернул зонт – и наконец высвободил его, оставив на кустах клочья обшивки.
Мальчик повернулся и, закричав от страха, взмахнул импровизированным оружием. Комар летел прямо на него. Насекомое с тошнотворным хрустом врезалось в зонт, запуталось в рваном куполе, выдернуло его из рук мальчика и рухнуло на землю. Не колеблясь ни секунды, Кевин наступил на дрожащий под тканью комок и топтал его до тех пор, пока надсадное жужжание не смолкло.
Наконец мальчик отступил назад, дрожа от пережитого ужаса. Из-под обрывков зонта вытекала густая желтая жидкость. В следующую секунду с луга донесся зловещий гул и над травой показались полдюжины гигантских комаров.
Кевин развернулся и побежал.

* * *

Клара шла по тропинке вдоль железнодорожной насыпи, пока та не сменилась раздвоенным деревянным тротуаром. На одном указателе значилось «Центр деревни Рингстоун», на другом – «Виндхэм, 3 мили». Девушка уже было повернула в сторону деревни, когда ее внимание привлек туннель под насыпью, ведущий в сторону Виндхэма. У входа висело что-то, завернутое в простыню.
Заинтригованная, Клара направилась к туннелю, с каждым шагом все яснее осознавая свою ошибку. Там висела не простыня. Там висела гигантская паутина.
И кто-то уже успел в нее угодить.

Глава вторая

Ветеринар Анджела Драббл открывала дверь в клинику, когда услышала, как кто-то зовет ее по имени. Через лужайку перед больницей бежала Габби Николс с маленьким сыном в одной руке и чем-то завернутым в кухонное полотенце в другой. Трехлетняя дочь Габби плелась следом. На лице у малышки застыло обиженное выражение, которое часто используют дети, если их заставляют делать то, что им не нравится.
– Доброе утро, Габби. – Анджела посмотрела на свернутое полотенце. – Неужели снова раненый дрозд?
– Нет, Эндж. Я не знала, куда еще это отнести.
Анджела заметила, что Габби нервничает. Она явно была напугана. Ветеринар нахмурилась: на Габби не похоже. Правда, они познакомились совсем недавно, но женщина показалась ей здравомыслящей и уравновешенной – не из тех, кто легко впадает в панику.
– Ладно, заходите. Посмотрим, что тут у вас.
Забрав у Габби сверток, Анджела впустила женщину с детьми в приемную.
Войдя вслед за ними, она положила сверток на стол в операционной, после чего выдала Эмили книжку про барашка Шона и стакан сока. Оказываясь в клинике, дети обычно ни на шаг не отходили от своих питомцев, поэтому в приемной скопилось немало вещей, чтобы отвлечь маленьких хозяев.
Убедившись, что Эмили занята, Анджела вернулась в смотровую.
– Ну, что тут у нас… – пробормотала она под нос.
Когда полотенце легло на стол, ветеринар задохнулась от удивления.
– Бог ты мой!

Доктор быстро осмотрел тело, изо всех сил стараясь не вляпаться в паутину. Мужчина, попавший в сеть, был, несомненно, мертв. Доктор просканировал звуковой отверткой две глубокие колотые раны у него на плече. Кожа вокруг них позеленела и выглядела нездоровой, но не они послужили причиной смерти. Насколько Доктор понял, мужчина умер от обширного инфаркта, и уже потом кто-то притащил его сюда и спеленал в кокон.
И этот кто-то серьезно беспокоил Повелителя Времени.
Он легонько ткнул в нить паутины, которая удерживала жертву на весу. Хотя он едва к ней прикоснулся, потребовалось немало сил, чтобы освободить палец.
Весь туннель был затянут паутиной. Подземный переход представлял собой идеальную ловушку.
Доктор вышел на солнечный свет, лихорадочно обдумывая увиденное. Где-то в окрестностях мирной деревеньки притаился очень большой паук. Клара стояла поодаль, нервно грызя ногти. Доктор не мог ее винить: закутанный в паутину труп представлял собой неприглядное зрелище. Проступавшее сквозь пелену лицо исказилось от страха и боли, губы мертвеца кривились в жуткой гримасе.
Доктор приблизился к Кларе.
– Он?.. – неуверенно спросила девушка.
– Да. И давно. – Доктор положил руку ей на плечо и мягко увел подальше от туннеля.
– Но мы же не оставим его здесь болтаться?
– Паутина очень прочная, и я, откровенно говоря, не горю желанием встретиться с ее хозяином.
Клара встревоженно огляделась.
– Ты думаешь, он где-то рядом?
– Скорее всего. И в таком случае нам не стоит даже пытаться справиться с ним в одиночку. Нужно пойти в деревню и позвать на помощь.
Клара кивнула.
– Хорошо. – Она слабо улыбнулась Доктору. – Больше никогда не буду жаловаться, что ты привез меня в скучное место.
Повелитель Времени и его спутница направились к Рингстоуну, напоминавшему пейзаж с открытки. Каменные коттеджи с низкими кровлями выстроились по обе стороны заросшей травой полосы земли, спокойную зелень которой кое-где оживляли деревья и скамейки. В центре стоял высокий каменный монумент, судя по виду – военный мемориал. Возле магазинчика притулилась ярко-красная телефонная будка; невысокие изгороди окаймляли брызжущие цветами сады, а за крышами виднелась приземистая башня норманской церкви.
Доктор быстро осмотрелся.
– Тут ничего нет, – пробормотал он. – Ничего…
– Но это же хорошо? – Клара почувствовала, что притихшая было тревога вновь зашевелилась. – В смысле хорошо, что гигантский паук завелся здесь, а не посреди большого города?
– А это уже зависит от того, есть ли здесь что-нибудь, что поможет нам его одолеть, – невесело отозвался Доктор. – Вряд ли в деревенском магазине продается средство от огромных насекомых.
Неподалеку пикнула сигнализация автомобиля. Доктор обернулся: какая-то женщина загружала металлический поднос в багажник «Рендж-Ровера».
– Пойдем, – сказал Повелитель Времени. – Пора сообщить местным плохие новости.
Мысли о существе, которое Габби принесла в клинику, не давали Анджеле покоя. Увидев бегущую со свертком женщину, она предположила, что день начнется с раненой птицы, забравшегося в дом грызуна или сбитого машиной зверька, – такое в ее практике случалось чуть ли не каждый день. Но к встрече с тем, что скрывало обычное кухонное полотенце, ветеринар оказалась не готова.
На столе в операционной лежал обычный комар-долгоножка. Вот только между кончиками его крыльев было сантиметров сорок, не меньше. К сожалению, Габби изрядно помяла насекомое в попытках его убить, но Анджела смогла изучить комара даже в таком состоянии.
Пообещав Габби, что позвонит ей, как только что-нибудь узнает, ветеринар выпроводила Николсов из клиники. Габби боялась вернуться домой и обнаружить там целую стаю гигантских долгоножек, но Анджела заверила ее, что этот комар, скорее всего, ошибка природы и существует в единственном экземпляре.
Лишь отчасти успокоенная словами ветеринара, Габби взяла дочку за руку и направилась к хозяйственному магазину с твердым намерением купить столько средства от насекомых, сколько влезет в багажник.
Едва за ними закрылась дверь, Анджела избавилась от полотенца и разложила останки долгоножки на стерильном подносе. Потратив час на вскрытие и изучение караморы, она была вынуждена признать, что зашла в тупик. Насколько Анджела могла судить, в дом Габби действительно забралась самая обычная долгоножка. Только очень большая.
Понимая, что сама она вряд ли разберется, откуда взялось это странное насекомое, ветеринар решила обратиться за помощью к доктору Гудчайлду из больницы в Чиппенхэме. Если повезет, он поможет ей провести кое-какие лабораторные тесты и даже разрешит воспользоваться аппаратом УЗИ. Поразмыслив, Анджела решила, что не стоит заранее предупреждать его о цели своего визита. Если она заговорит о гигантских комарах, доктор Гудчайл еще, чего доброго, подумает, что она сошла с ума. Лучше просто приехать и показать ему долгоножку.
Она аккуратно загружала поднос с останками насекомого в багажник, когда заметила приближавшихся незнакомцев.
– Доброе утро, – сказал мужчина с шотландским акцентом.
Анджела повернулась к нему, аккуратно прикрыв долгоножку стерильной салфеткой.
– Доброе.
– Не подскажете, где в вашей деревне полицейский участок?
– Ближайший находится в Уиндхэме. Но Чарли Беван, наш констебль, живет на той стороне улицы. – Анджела нахмурилась. – У вас все в порядке? Произошел несчастный случай?
– Не совсем… – Незнакомцы переглянулись. – Возможно, в Рингстоуне небольшая проблема с насекомыми.
Анджела почувствовала, как кровь отхлынула от лица.
– Только не говорите, что есть еще…
– Еще? – Кустистые брови мужчины поднялись.
– Взгляните сами. – Анджела убрала салфетку. – Вряд ли вы встречали насекомое крупнее.

Примостившись на стуле в углу операционной, Клара наблюдала за Доктором и Анджелой. Те склонились над столом и пристально изучали лежащую под яркой лампой долгоножку.
Клара не уставала поражаться тому, как быстро Доктор вникал в ситуацию и брал ее под контроль – будь то на далекой планете или в маленькой английской деревушке.
Едва Анджела показала ему долгоножку-переростка, Доктор забросал ее вопросами, пересыпая речь научными терминами, о значении большинства из которых Клара могла только догадываться. А вот на лице ветеринара проступило нескрываемое облегчение, – кажется, она была очень рада поделиться своими тревогами с понимающим человеком. Они занесли поднос с долгоножкой обратно в клинику, и следующие десять минут Анджела проговорила о мутационных теориях и химическом загрязнении.
Только поняв, что смог завоевать ее доверие, Доктор очень осторожно рассказал о теле в подземном переходе. Ветеринар замолкла и побледнела. Клара вдруг поняла, что в такой маленькой деревне погибший неизбежно должен был оказаться знакомым Анджелы – а может, и другом.
– Мне жаль. – Доктор положил руку женщине на плечо. – Не знаю, поможет ли это, но я не думаю, что его убил паук. Насколько я понял, он умер от сердечного приступа.
Анджела молча кивнула.
– Нужно позвать констебля Бевана, – сказала она, натягивая куртку. Несмотря на теплый весенний день, женщина дрожала. – Подождете здесь?
– Да, конечно, – ответил Доктор.
Как только Анджела вышла, он достал звуковую отвертку и вернулся к караморе.
Клара слезла со стула и заглянула Доктору через плечо.
– Как думаешь, она права?
– Права? – переспросил Доктор, не переставая жужжать отверткой над долгоножкой. – Насчет чего?
– Насчет мутаций.
Повелитель времени выпрямился, чтобы считать показания.
– И да, и нет, – пробормотал он.
– Конечно, теперь мне все стало ясно! – сердито сложила руки на груди Клара.
Доктор смерил ее колючим взглядом.
– Это и в самом деле мутация. Но не естественная. Кто-то потратил немало времени и использовал очень дорогое оборудование, чтобы создать эту долгоножку.
– Создать? – Клара недоверчиво посмотрела на Доктора. – Ты хочешь сказать, что кто-то сделал их специально?
– Скорее изменил. Внешний вид – за исключением размера – остался прежним, но я обнаружил следы гибридной ДНК, гормонов роста и синаптических усилителей.
– Но зачем кому-то понадобилось выращивать… это? – Клара передернула плечами.
Доктор постучал звуковой отверткой по губам.
– Я не уверен.
Их разговор прервала Анджела, которая ворвалась в операционную вместе с коренастым рыжеволосым мужчиной в полицейской форме.
– Доктор, Клара, это констебль Беван.
Если рассказ Анджелы и вызвал у Чарли Бевана какие-то сомнения, они завяли на корню, едва он увидел долгоножку.
– Боже всемогущий. Я думал… Это какая-то шутка…
Он вытащил из кармана большой белый платок и вытер пот со лба. Потом, придя в себя после первого потрясения, повернулся к Доктору.
– Покажите, где вы нашли тело, – сказал констебль.

Глава третья

Доктор и Клара стояли у входа в туннель, пока Чарли Беван изучал спеленатое паутиной тело. Анджела осталась в клинике, сказав, что хочет еще раз осмотреть долгоножку, – но Клара понимала, что ветеринар просто не горит желанием приближаться к трупу, над которым поработал паук. И не могла ее за это винить.
– Держитесь подальше от паутины! – крикнул Доктор констеблю. – Не хочу высвобождать вас оттуда, если ее хозяин вдруг вернется.
Чарли вернулся к ним, прикрывая рот платком: тело уже начало неприятно попахивать. Вид у констебля был невеселый.
– Узнали его? – участливо спросила Клара.
– Алан Трэверс, – кивнул полицейский.
– Местный?
– У него… Была молочная ферма в паре миль отсюда. Зная Алана, могу предположить, что вчера вечером он возвращался из паба в Уитчифе.
Констебль потянулся за рацией.
– Надо доложить о случившемся и собрать поисковую группу, чтобы найти это существо.
Доктор перехватил его руку.
– Мне кажется, сначала мы должны снять тело.
– Судмедэксперты захотят изучить его на месте, – запротестовал полицейский.
– Его здесь не в качестве украшения повесили, – холодно заметил Доктор. – Это запас еды, и если наш паучок проголодается и вернется, экспертам вообще не на что будет смотреть. – Он помолчал. – К тому же я хочу провести вскрытие.
– А вы что, доктор? – с любопытством посмотрел на него Чарли.
– В некотором роде, – уклончиво ответил Доктор.
– Нет, об этом не может быть и речи. Мы отвезем тело в больницу Чиппенхэма. Вскрытие проведет доктор Гудчайлд.
Доктор помрачнел, и на секунду Кларе показалось, что Повелитель Времени собирается спорить. Однако, судя по тому, что он выпустил руку констебля, Доктор передумал.
– Нам потребуется помощь, чтобы его высвободить, – сказал он, снова взглянув на висящее у входа в туннель тело.
Чарли указал на паб, видневшийся за деревьями на той стороне поля.
– Я приведу кого-нибудь из Уитчифа.
– Хорошо, – кивнул Доктор. – Скажите им, чтобы захватили перчатки, лестницу и что-нибудь, чтобы разрезать паутину. Секатор или садовые ножницы.
Когда Чарли уже бежал по тропинке к пабу, Доктор крикнул ему вслед:
– И принесите, во что завернуть тело!
Обернувшись, он наткнулся на заинтересованный взгляд спутницы.
– Вскрытие?
– На месте укуса недостаточно яда, чтобы сделать нормальный анализ, – объяснил Доктор. – Я хочу узнать, нет ли там следов генетических манипуляций.
– И проверить, не является ли создатель долгоножки заодно и «отцом» гигантского паука?
– Точно.
– В противном случае получится чрезвычайно странное совпадение!
Доктор мрачно улыбнулся.
– То, что ТАРДИС принесла нас к следам таинственной энергии – уж точно не совпадение.
– Но какая может быть связь между гигантскими насекомыми, каменными кругами и лей-линиями?
– Это мы и должны выяснить.
Доктор сверкнул глазами, и девушка почувствовала, как по спине побежали мурашки. Несмотря на опасность и постоянно маячившую на заднем плане смерть, именно эти моменты делали Клару живой и наполняли смыслом каждую секунду ее невероятного существования. Они с Доктором (ведь, несмотря на новую внешность, это по-прежнему был ее  Доктор) готовятся разгадать очередную головоломку, которую подкинула им Вселенная!
Клара едва сдержала улыбку, но звук двигателя отвлек ее от размышлений. Обернувшись, девушка увидела у тропинки потрепанный грузовой микроавтобус, откуда вылезли Чарли Беван и еще один мужчина.
– Доктор, Клара, это Берт Митчелл, – представил новоприбывшего констебль. – Владелец паба.
Исполненный старомодной учтивости, Берт поочередно пожал им руки, хотя глаза его то и дело обращались к кокону, висевшему у входа в туннель. Клара почувствовала укол вины за свою недавнюю радость. Убитый был одним из местных, и они воспринимают случившееся отнюдь не как увлекательное приключение. Для них это гром среди ясного неба. Девушка попыталась ободряюще улыбнуться Берту.
– Представляю, как сложно в это поверить…
– Сложно? – Владелец паба покачал головой. – Скорее невозможно.
Доктор, Чарли и Берт стали освобождать Алана Траверса от паутины. Клара забралась на железнодорожную насыпь и оттуда принялась наблюдать за окрестностями – не покажется ли где паук. Толстые нити с трудом поддавались мощным ножницам, которые привез Берт: на то, чтобы снять тело, ушло несколько долгих минут. Наконец, завернув труп в простыню, мужчины отнесли его к микроавтобусу и осторожно опустили на пол.
Чарли, тяжело дыша, промокнул лоб платком.
– Подожди здесь, Берт. Я позвоню в больницу, предупрежу доктора Гудчайлда, что вы едете.
Проводив взглядом бегущего через лужайку констебля, Клара заметила других жителей деревни: они спокойно шли по своим делам, пока даже не подозревая о притаившемся рядом ужасе. Берта, очевидно, посетила та же мысль.
– Нам никто не поверит, – тихо сказал он. – Особенно после шуток про чудовищ, которых разводят в исследовательском центре.
– Что за центр? – навострил уши Доктор.
– За железной дорогой. – Берт кивнул на отдаленные постройки. – Центр агрокультурных исследований. Удобрения, морозостойкие злаки, биотопливо и все такое. В деревне шутили, что Джейсон Клирфилд выращивает там монстров. – Он покачал головой. – Вот уж не думал, что это окажется правдой…
Клара и Доктор быстро переглянулись, но прежде чем они успели что-то сказать, в дверях ветеринарной клиники показался Чарли.
– Берт, у тебя радиостанция работает? – крикнул он.
Владелец паба забрался в кабину, завел двигатель и включил приемник, встроенный в приборную панель.
– Вроде да! А что?
– Телефонные линии барахлят. И мобильные сеть не ловят. – Констебль приблизился к Берту. – Настрой станцию на полицейскую частоту и свяжись со мной, когда доберешься до больницы. Нам тут еще нужно кое-что закончить.
Берт кивнул, захлопнул дверь, и микроавтобус тронулся с места. Когда он исчез за поворотом, заинтригованная Клара обратилась к Чарли:
– Радиостанции? Здесь ими еще пользуются?
– Мобильная связь оставляет желать лучшего, – кивнул констебль, – так что у фермеров по-прежнему в ходу радиостанции. Легко использовать, легко чинить.
– Что вы там говорили про телефоны? – перебил его Доктор.
– Помехи на линии, – пожал плечами полицейский. – У мобильного и вовсе сигнал пропал. Я смог дозвониться до больницы, но, когда говорил с полковником, связь вдруг оборвалась.
– Полковником? – ледяным тоном переспросил Доктор.
– Да, полковник Дикинсон с военной базы в Варминстре.
– Нет-нет-нет… – прикрыл глаза Доктор. – Зачем вы это сделали?
– Сделал что?
– Привлекли армию! – резко ответил Доктор.
– Потому что у нас по полям носится гигантский паук и убивает людей! Куда мне, по-вашему, звонить? В зоопарк?
– Да уж лучше в зоопарк! – рявкнул Доктор. – Это, во всяком случае, имеет больше смысла. Они хотя бы попытаются его поймать, а не пристрелить. Какой нам прок от мертвого паука?
– Какой нам прок? – Чарли покраснел от злости. – Слушайте, я не знаю, кем вы себя возомнили, но если вы думаете, что…
– А ну прекратите! – Анджела Драббл стояла на пороге клиники и с возмущением смотрела на мужчин. – Ведете себя, как дети малые!
Что-то в ее голосе заставило спорщиков притихнуть. Клара спрятала улыбку. Редко кому удается заставить Доктора замолчать. Девушка решила, что с деревенским ветеринаром они непременно поладят.
Анджела подошла к мужчинам.
– Так-то лучше, – сказала она. – У нас и без того проблем хватает, а тут еще вы двое орете друг на друга, как коты на ферме. Мы уже потеряли одного человека. Давайте позаботимся, чтобы никто больше не пострадал.
И она ткнула пальцем в людей, идущих через травяной ковер посреди деревни.
– Мы должны сказать им, что происходит. Пусть уведут детей с улицы, запрутся дома и найдут какое-нибудь оружие.
Доктор сдержанно кивнул.
– Вы совершенно правы. – Он взглянул на колокольню деревенской церкви. – Я могу собрать коротковолновой радиопередатчик и усилить сигнал при помощи звуковой отвертки. Если получится сделать так, чтобы колокол резонировал на нужной частоте, все услышат наше предупреждение.
– Или, – заметил Чарли, – можно просто поговорить с жителями.

* * *

– Капрал Дженкинс! Вы смогли дозвониться до Рингстоуна?
– Нет, сэр. На линии по-прежнему глухо.
Полковник Падди Дикинсон опустился в кресло. Морщины тревоги искажали его обветренное лицо. Сказанное Чарли Беваном прозвучало сущей нелепицей, но Дикинсон несколько раз встречался с констеблем (месяц назад они виделись на регбийном матче между командами армии и полиции) и имел возможность убедиться, что Чарли – человек надежный и здравомыслящий, профессионал своего дела. Определенно не из тех, кто дает волю фантазии.
Но гигантские насекомые?..
Поколебавшись, полковник снова потянулся за телефоном.
– Дженкинс? Соедините меня с Объединенным вертолетным командованием в Андовере.

Десять минут спустя мощные двигатели «Роллс-Ройс Джем-42» подняли вертолет «Линке» в воздух и отправили над сельской местностью на скорости 180 узлов.
Команде дали самые общие указания – произвести разведку и доложить, если заметят что-то необычное. Но тот факт, что их запихнули в «Линке Вайлдкэт» AW159, оснащенный пулеметом «МЗМ» 0,5 калибра, придавал дежурному полету оттенок боевой миссии.
Пилот – капитан Джо Филлипс – не понимала, с чего весь сыр-бор. Пару недель назад она ездила в Рингстоун знакомиться с родителями жениха. В деревне, полной сувенирных магазинчиков и чайных лавок, не было ничего, что могло потребовать военного вмешательства такого уровня.
Джо покосилась на Майка Викерса, второго пилота.
– Что думаешь?
Тот пожал плечами, развернул полоску жевательной резинки и отправил ее в рот.
– Там может быть что угодно, – невнятно проговорил он. Викерс был наполовину багамцем, и мало что могло вывести его из равновесия.
– Помните, в прошлом месяце, – прокричал Ли Брустер, сидевший в кабине позади, – нас вызвали потому, что какой-то фермер увидел НЛО! Деревня!
Филлипс усмехнулась. НЛО оказался рекламным дирижаблем, прилетевшим с научно-фантастического конвента в Девизесе. Его раскрасили под Тысячелетнего сокола. Организаторы потрудились на славу – неудивительно, что в Рингстоуне перепугались. Но Брустеру до местных не было дела: он хотел вернуться на войну. Филлипс думала, что он спятил. Ей пустынь Афганистана хватит по гроб жизни.
Заметив торчащий за лесом церковный шпиль, Филлипс повела вертолет на снижение.
– Давайте выясним, что тут случилось.

Габби Николс стояла в дверях зала собраний и с растущим страхом слушала, как констебль Беван, Анджела и незнакомый мужчина с худым лицом и пугающим взглядом рассказывают о смерти Алана Траверса. По их словам, деревне угрожало нашествие гигантских насекомых.
Если бы она своими глазами не видела огромную долгоножку, то непременно сочла бы это жутковатым розыгрышем. Некоторые жители деревни, судя по всему, так и подумали.
– Кончайте уже! – прогремел в первых рядах голос Саймона Джорджа, начальника почтового отделения. – Совсем нас за дураков держите?
По залу прокатился одобрительный шепоток.
– Рановато для первого апреля! – поддержал кто-то почтмейстера.
– Я понимаю, в это трудно поверить, – взволнованно проговорил Чарли Беван, – но существует реальная опасность…
– Выставить себя идиотом, – перебил его Саймон, чем вызвал взрыв смеха в толпе. – Кто-то сыграл с тобой злую шутку, а ты и повелся.
– Тогда предлагаю вам поехать в больницу и осмотреть тело лично. – Голос остролицего мужчины – Доктора, как он себя назвал, – мигом осадил развеселившуюся публику. – Шутки кончились. Эти существа реальны и очень опасны, и если вы не начнете слушать, то кто-нибудь в этой комнате вскоре составит Трэверсу компанию.
Собравшиеся притихли. Чарли Беван благодарно кивнул Доктору.
– Спасибо. Вот что я предлагаю… Вы, наверное, уже заметили, что у нас возникла проблема с телефонами. Наземные линии молчат, сотовая связь тоже пропала.
«Так вот почему я не могу дозвониться до Роя!» – осенило Габби. Она покосилась на экран телефона и снова увидела надоевшую надпись «Поиск сети».
Кто-то потянул ее за штанину.
– Когда дядя закончит говорить? – жалобно посмотрела на маму Эмили. – Я хочу уйти!
От слов дочери в голове у Габби словно вспыхнула лампочка. И как она раньше об этом не подумала? Ее машина стоит возле хозяйственного магазина. Они могут просто уехать.
Прижав к себе спящего сына, Габби схватила дочь за руку и стала проталкиваться к выходу. Уже на улице она залезла в сумку в поисках ключей от машины. С момента переезда Габби теряла их бессчетное множество раз и теперь старалась держать под рукой. На бегу похвалив себя за предусмотрительность, женщина открыла заднюю дверь, помогла Эмили забраться в машину, а потом усадила Уэйна в автокресло.
– Куда мы? – спросила девочка.
Габби ответила не сразу. По правде говоря, об этом она еще не подумала.
– К бабушке, – наконец определилась Габби. До Вулверхэмптона, где живет ее мать, они доберутся за пару часов.
– А мы заедем домой?
Габби засомневалась. Стоит ли возвращаться за вещами? Уэйну понадобятся подгузники и еда, а Эмили одета в легкое платье… Женщина покачала головой. Если что, они смогут все купить по дороге. Заедут в супермаркет в Девизесе – благо, кредитная карточка и телефон у нее с собой. Как только появится сигнал, она позвонит Рою и скажет, где они.
– Нет, милая. Мы поедем сразу.
Габби пристегнула дочь, села за руль и вставила ключ в замок зажигания. К счастью, машина завелась с первого раза.
Когда они выехали на дорогу, все выглядело таким мирным и тихим, что Габби на секунду усомнилась в своем решении. Но потом вспомнила, как кричала от страха Эмили и как корчилась на полу долгоножка, когда женщина смахнула ее с окна и попыталась затоптать. Нет, она все делает правильно.
Вдавив педаль газа, Габби проскочила мимо зала собраний и на полной скорости вылетела из деревни. Обычно она ездила без лишней спешки, но сегодня торопилась убраться от Рингстоуна как можно дальше.
Они помчались по дороге, петляющей среди зеленых изгородей. Эмили тихонько визжала от восторга, и Габби не смогла сдержать улыбку. Дети.
Впрочем, улыбка ее моментально угасла, когда дорога сделала крутой поворот, и путь загородила пелена молочно-белых нитей. Габби ударила по тормозам, но скорость была слишком большой, и «Фиат» влетел прямо в паутину.
От удара у Габби перехватило дыхание. Машина наполнилась криками. Придя в себя, женщина первым делом бросилась проверять автокресло. Уэйн не пострадал, только испугался; Эмили тоже удержал ремень безопасности. Убедившись, что с детьми все в порядке, Габби дала задний ход. Шины зашуршали по асфальту, но паутина держала крепко. Переключив передачу, Габби попыталась прорвать ее насквозь. Машина не двинулась с места.
Женщина стиснула зубы от досады, дернула рычаг и снова дала задний ход. Из-под напрасно крутящихся колес повалили клубы белого дыма, а потом двигатель закашлялся и заглох. Габби уткнулась лбом в руль, стараясь сдержать крик отчаяния: она не хотела пугать Эмили и Уэйна. Что же делать?..
Новый звук заставил ее очнуться.
Нити паутины перед лобовым стеклом задрожали. Габби нахмурилась. Что за?.. В следующую секунду ее до костей пробрал холод – женщина поняла, что раскинувшее сеть существо идет проверять свою ловушку.
Страх придал Габби сил. Отстегнув ремень безопасности, она попыталась открыть дверь, но та не поддавалась. Тогда она схватилась за ручку стеклоподъемника – и остановилась. Если паутина может удержать машину, то Габби в ней точно застрянет.
Она завертелась в поисках выхода. Машина влетела в паутину под углом, так что передняя пассажирская дверь осталась свободной. Не обращая внимания на крики дочери, Габби перелезла на соседнее кресло, дернула ручку и выбралась на дорогу.
Быстро отстегнув ремень безопасности, она вытащила Эмили из машины, бесцеремонно поставила ее на асфальт и вернулась за сыном. На поле за дорогой нарастал громкий треск, и Габби с трудом удерживалась от искушения обернуться и посмотреть. Вместо этого она сосредоточилась на застежках автокресла.
Осталось всего три… две… Щелкнув последним карабином, Габби подхватила сына на руки и вылезла из машины. Повернувшись к дочери, она увидела, как Эмили, онемев от ужаса, таращится на что-то за ее плечом.
Габби обернулась, едва дыша. Над придорожной изгородью показались две длинные, покрытые жесткими волосками лапы. Их владелец проворно выбирался на шоссе. Габби схватила дочь за руку и начала отступать. Тем временем огромный паук залез на паутину и принялся ощупывать металлическую крышу машины, пытаясь определить, съедобная она или нет.
Габби ощутила прилив надежды. Занятый «Фиатом», монстр их не заметил. Женщина выразительно посмотрела на дочь и приложила палец к губам. Эмили молча кивнула, и они стали медленно двигаться прочь от паутины. Но едва Габби собралась перейти на бег, как сзади послышалось громкое жужжание, и что-то тяжелое опустилось ей на спину.
Забыв о том, что нужно вести себя тихо, Габби вскрикнула и закрутилась на месте, пытаясь стряхнуть неведомое существо. В следующий миг что-то острое вонзилось ей между лопаток, ноги подкосились, и женщина рухнула на землю.
Падая, она услышала, как воздух наполнился густым звоном десятков крыльев; рядом закричала Эмили, и над ними нависло облако гудящих насекомых. Сознание уже покидало Габби, когда она вспомнила про стоящие в багажнике банки с инсектицидом.

Глава четвертая

Когда собрание завершилось, Анджела подошла к Чарли Бевану.
– Есть новости от Берта? – спросила она. – Он добрался до больницы?
– Твоя правда, – нахмурился констебль. – Он давно должен был выйти на связь.
Чарли отстегнул с пояса рацию:
– Чарли Берту! Прием.
В динамике трещали помехи.
– Чарли Берту, слышишь меня? Прием.
– Тоже не работает? – спросила обеспокоенная Клара.
– Нет. – Доктор выхватил рацию из рук Чарли и прижал к уху. – Все работает, просто никто не отвечает. – Он вернул передатчик констеблю. – Эта больница далеко?
– Не очень.
– Тогда предлагаю туда съездить.
– Можно взять мою машину, – сказала Анджела. – Я все равно хотела отвезти долгоножку на УЗИ.
Оставив Саймона Джорджа закрывать зал, они вчетвером двинулись через зеленую полосу к большому «Рендж Роверу» Анджелы. Когда они приблизились к машине, рация Чарли вдруг ожила.
– Наконец-то, – облегченно вздохнул полицейский. – Что там у тебя, Берт? Прием!
– Пожалуйста… Помогите… – Едва слышный голос Берта был полон боли, однако не он, а звук на заднем плане заставил Клару похолодеть. Слабые мольбы Митчелла тонули в скрежете раздираемого металла и хриплых воплях неведомого существа.
Анджела прикрыла рот ладонью.
– О нет… – простонала она.
– Берт! – закричал Чарли Беван. – Что у вас творится?!
Вместо ответа трактирщик заорал от ужаса, а потом рация замолчала.
На несколько секунд все застыли, а потом бросились в машину. Клара едва успела закрыть дверь и пристегнуться, когда Анджела утопила педаль газа.
– Ты знаешь, где он может быть? – спросил Доктор, когда «Рендж Ровер» пересек зеленую полосу и выехал на узкий проселок. Анджела кивнула.
– Это самая короткая дорога к больнице.
Чарли продолжал кричать в рацию, безуспешно пытаясь связаться с Бертом. По его лицу Клара могла сказать, что констебль готовится к худшему.
Машина тряслась по извилистой дороге. Доктор встретился с Кларой глазами в зеркале заднего вида. Взгляд Повелителя Времени был красноречивее всяких слов. Приключение становилось опасным.
Проскочив очередной крутой поворот, Анджела вдруг вдарила по тормозам; завизжали шины, Клару швырнуло на спинку переднего кресла, и «Рендж Ровер» остановился.
– Боже мой, – пробормотала побледневшая Анджела.
Доктор выскочил из машины, жестом приказав всем оставаться внутри, и медленно двинулся вперед.
– К черту! – буркнул Чарли Беван. – Берту может понадобиться помощь.
Прежде чем Клара успела его остановить, констебль отстегнул ремень безопасности и поспешил за Доктором. Тот встретил полицейского сердитым взглядом и приложил палец к губам, призывая вести себя тише.
Девушка тоже не усидела в машине и осторожно вылезла на дорогу. Впереди, между деревьями и кустами изгороди, была натянута плотная белая паутина. Микроавтобус Берта лежал на боку в поле: очевидно, он вылетел туда, когда пытался избежать столкновения с липкими нитями. Лобовое стекло треснуло, под капотом дымился поврежденный радиатор. Впрочем, задней части автомобиля повезло еще меньше: она выглядела так, будто кто-то вскрыл машину консервным ножом.
Чарли начал перелезать через канаву, чтобы добраться до микроавтобуса, но Доктор остановил его.
– Подождите.
– Но…
– Ждать! – рявкнул Доктор, отбив у констебля всякое желание препираться.
Оставив полицейского в канаве, Доктор осторожно приблизился к паутине. С верхних ветвей свисали длинные нити толщиной с карандаш. Не сводя глаз с кроны, Доктор подцепил пальцем одну из белых прядей, готовясь в любую секунду пуститься в бегство. Паутина легко задрожала. Доктор высвободил палец и дернул снова. После третьей попытки он повернулся к спутникам.
– Все в порядке. Кажется, сейчас здесь безопасно.
Остальные пролезли через проделанную микроавтобусом дыру в изгороди, и Анджела подошла к Доктору.
– Думаете, существо, которое сплело паутину, может караулить где-то поблизости?
– Да. Но меня кое-что смущает в его поведении. Логично сплести паутину у входа в туннель, а потом повесить добычу дозревать в коконе. Но это, – он ткнул пальцем в натянутую через дорогу сеть, – должно помешать людям выбраться из деревни.
– Или попасть внутрь, – добавила Анджела.
Повелитель Времени угрюмо кивнул.
– Доктор! – Чарли добрался до микроавтобуса и заглянул в помятую кабину. – Берта здесь нет! И тело Алана пропало!
Доктор пробежался пальцами по покореженному металлу. Кто-то снял крышу с автомобиля, будто кожуру с апельсина.
– Тут кровь. – Анджела ткнула пальцем в красные разводы на потрескавшемся лобовом стекле. – В машине Берта нет подушки безопасности. Если он ударился головой, то вряд ли мог далеко уйти…
– Ну, он добрался как минимум досюда. – Клара указала на лежащую в траве двустволку. Рядом валялось несколько пустых гильз. – Похоже, Берт успел пару раз выстрелить в эту тварь.
– Но где же он тогда? – оглянулась Анджела.
– Понятия не имею. – Клара потянулась было за брошенным оружием, но, присмотревшись, отдернула руку. Ствол погнулся и частично расплавился.
Девушка покачала головой и отступила.
– Пусть лежит, – тихо пробормотала она.
Ветер переменился, принеся с собой резкий кислотный запах. Клара сморщила нос, Анджела прикрыла лицо рукой.
– Господи, что это? – невнятно спросила она.
Пытаясь определить, откуда идет запах, Клара заметила посреди поля что-то черное и мягкое на вид, с оплывшими краями. Девушка двинулась вперед, чувствуя, как нарастает в груди тревога. С каждым шагом она все яснее различала в бесформенной груде человеческие очертания.
– Доктор! – Клара попятилась, не в силах отвести взгляд от того, что еще недавно было Бертом. В следующую секунду она услышала предупреждающий крик Доктора, которому вторил исполненный ужаса вопль Анджелы.
Девушка подняла глаза и застыла: из листвы неподалеку показался громадный жук. Размерами он не уступал микроавтобусу; покрытое волосками тело влажно поблескивало на солнце. Жук водил усами из стороны в сторону и, хищно щелкая жвалами, выглядывал новых жертв.
Чтобы в следующую секунду с пронзительным воем кинуться прямо на них.

Глава пятая

Вертолет вынырнул из-за деревьев, и капитан Джо Филлипс недоверчиво уставилась на сцену, которая разворачивалась у нее на глазах.
– Матерь Божья! – ругнулся Ли Брустер и открыл люк, чтобы получше рассмотреть огромного черно-оранжевого жука, который, переваливаясь, мчался по полю. – Вы гляньте, какая громадина!
– Капитан, кажется, там гражданские. – Второй пилот указал на четыре фигурки, улепетывающие от монстра. Филлипс заметила в траве покореженные останки микроавтобуса и что-то отдаленно напоминавшее человека.
– Брустер, готовь пулемет! – Филлипс развернула машину открытым бортом к жуку. – Воздух 179 штабу. Опасность обнаружена. Возможны жертвы среди гражданских. Открываем огонь!
Ответ командования – если таковой последовал – утонул в грохоте застрочившего «МЗМ».

* * *

Когда вертолет открыл огонь, Доктор со спутниками бросились ничком в траву. Шум стоял невообразимый. Крупнокалиберные снаряды взрыли землю между людьми и жуком, подняв в воздух облака пыли, а потом застучали по бронированному панцирю насекомого. Жук взревел от боли и ярости; к несчастью, его шкура оказалась слишком крепкой, и пули отскакивали, не нанося ему видимых повреждений.
Улучив момент, Доктор вскочил, рывком поднял Чарли на ноги и толкнул в сторону церкви, которая виднелась за деревьями на том конце поля.
– Беги! Пока он отвлекся! Давай!
Пригибаясь под потоками воздуха, идущими от винта вертолета, Чарли поспешил в указанном направлении, а Доктор судорожно завертел головой, выглядывая Клару и Анджелу. Они лежали в нескольких метрах от него, напуганные ревущим пулеметом.
– Клара! – закричал Доктор – за этим шумом он сам себя едва слышал. – Церковь! Бегите в церковь!
Девушка кивнула и помогла Анджеле подняться. Они побежали через поле. Привлеченный движением жук тут же злобно зашипел и, шустро перебирая лапами, устремился за ними. Замолкший было пулемет выплюнул новую порцию снарядов, но монстр был слишком далеко, чтобы стрелок мог толком прицелиться. Пилот поднял машину, чтобы занять позицию получше.
Доктор с ужасом осознал, что жук теперь между ним и Кларой и загораживает девушке путь к спасению.
– Клара! Замри!
Женщины застыли, вцепившись друг в друга. Доктор принялся размахивать руками и кричать:
– Эй! Сюда!
Увы, жук не обратил на него внимания, сосредоточившись на более доступных жертвах. В отчаянии оглядевшись, Доктор схватил камень и кинул его в чудовище. Тот с глухим стуком отскочил от панциря; жук продолжил надвигаться на Клару и Анджелу, хищно поводя усами-антеннами.
Вертолет, ревя двигателями, нырнул вниз и обрушил на монстра ураганный огонь. На этот раз пули достигли цели, пробили хитиновую броню и даже отщепили кусок усика.
Жук пришел в ярость, что кто-то посмел отвлечь его от еды. Монстр повернулся к вертолету, и Клара с Анджелой, не мешкая, бросились бежать. Доктор с облегчением следил за тем, как женщины пробираются сквозь изгородь на другом конце поля. До церкви они не добрались, но теперь были в безопасности.
Монстр грозно шипел на вертолет и выпрямлял задние лапы, пока пули продолжали рвать его плоть. Потом он вдруг развернул брюшко кверху, и Доктор наконец понял, что  это был за жук.
– О нет…
Струя белой жидкости вырвалась из отверстия с шипением, достойным тысячи огнетушителей, и ударила в борт вертолета.

Едва жук поразил машину, Джо Филлипс поняла, что они в беде. Ветровое стекло покрылось сетью трещин, которые свели видимость к нулю. Сзади доносились крики Ли Брустера – жучиная кислота угодила через открытый люк прямо в сидевшего за пулеметом солдата. Джо потянула штурвал на себя, пытаясь увести вертолет вверх, но кабина быстро заполнялась удушливым дымом – белая жидкость проедала проводку. Капитан боялась представить, что она сделала с Брустером.
Подбитый вертолет накренился, и жук выстрелил новой порцией кислоты, которая угодила в фюзеляж. На контрольной панели замигали тревожные огоньки. Штурвал в руках Джо превратился в бесполезную игрушку, и она поняла, что потеряла управление. Через несколько секунд кислота добралась до топливопровода; двигатели протестующее кашлянули – и заглохли.
Когда аппарат устремился к земле, Джо краем глаза заметила отблеск солнца на церковной башне Рингстоуна. Интересно, каково было бы сыграть там свадьбу?..

Вертолет камнем падал вниз; воздух свистел вокруг обшивки, пока едкая смесь гидрохинона и перекиси водорода прогрызала корпус. Аппарат рухнул в дальней части поля, и ударная волна сбила Доктора с ног. На мгновение воцарилась благословенная тишина, а потом топливный бак взорвался, посылая к небу огненный шар. Доктор прикрыл голову руками, чтобы уберечься от падающих обломков. Когда над ним прошла волна горячего воздуха, он рискнул подняться.
Гигантский жук злобно скрежетал перед стеной огня, не в силах добраться до вожделенной добычи. Доктор бросил беспомощный взгляд на останки вертолета и поспешил к белеющему за деревьями кладбищу и церкви.
Попав внутрь, он привалился спиной к старинной двери и закрыл глаза в надежде, что прохлада каменного храма поможет ему собраться с мыслями. Ситуация выходила из-под контроля. По меньшей мере шесть человек мертвы, а он ни на шаг не приблизился к ответу на вопрос, откуда в Рингстоуне взялись огромные насекомые.
Было ясно только одно: кто-то или что-то пытается отрезать деревню от остального мира.
Доктор открыл глаза и заметил за рядами скамей испуганное лицо Чарли Бевана. Он уже собирался спросить, что полицейский там делает, когда констебль яростно замотал головой и прижал палец к губам. А потом показал наверх.
Доктор медленно пошел вперед, вглядываясь в царящий под куполом полумрак. Между потолочными балками раскинулась отяжелевшая от многочисленных коконов паутина, в центре которой темнела огромная паучья туша.

Падение вертолета изменило все: Рингстоун в мгновение ока стал самым важным местом в стране. Едва полковник Дикинсон успевал положить трубку, как телефон снова взрывался. Он уже поговорил с личным секретарем премьер-министра и министром обороны; оба желали знать, что происходит. Полковник очень хотел сказать, что если бы его не донимали бессмысленными звонками, он выяснил бы это гораздо быстрее, – но сдержался.
Попытки связаться с ЮНИТом пока ни к чему не привели: он раз за разом натыкался на вежливого, но абсолютно бесполезного секретаря. Судя по всему, подразделения ЮНИТа были заняты кризисом на Канарских островах: там из недавно проснувшегося вулкана Эль Иерро вдруг полезли роботы с шипастыми головами.
Дикинсон презрительно фыркнул. Роботы-панки?.. Иногда ему казалось, что сотрудники ЮНИТа немного не от мира сего.
В дверь постучали. Капрал Дженкинс с порога наткнулся на раздраженный взгляд полковника.
– Да, капрал? – нетерпеливо спросил Дикинсон.
– Машина ждет, сэр.
– Хорошо. – Полковник удовлетворенно кивнул. Не успел он схватить фуражку со стола, как телефон снова ожил. – Оставляю вас держать оборону. Скажите чертовым политиканам, я свяжусь с ними, как только разберусь, что происходит!
Оставив помощника сражаться со шквалом звонков, полковник Дикинсон направился к стоявшему у входа «Ленд Роверу».
– Что там творится, сэр? – не удержался от вопроса водитель, когда машина тронулась с места.
– Хотел бы я знать, рядовой, – угрюмо ответил полковник, глядя на проплывающие за окном ворота базы. – Хотел бы я знать.

Клара и Анджела спрятались за изгородью в надежде, что вертолет отгонит жука, и они смогут вернуться к Доктору и Чарли. Но монстр атаковал. Клара с ужасом наблюдала, как шипящая кислота разъедает металлический корпус. Секунду спустя двигатели замолчали, и подбитый вертолет начал падать.
Клара схватила Анджелу за руку и потащила в придорожную канаву. Они едва успели укрыться, когда вертолет врезался в землю и взорвался, усеяв обломками все вокруг. Облитая топливом изгородь вспыхнула, как сухая трава, преградив путь жуку. Клара потрясла головой, чтобы унять звон в ушах, и они с Анджелой побежали обратно в деревню, рассчитывая оттуда добраться до церкви.
На дороге Клара обернулась и посмотрела на поднимающийся в небо столб едкого черного дыма.
– Очень надеюсь, что он рухнул не на тебя, Доктор, – пробормотала она.
Дальше женщины шли в молчании. Тишина английской деревни теперь казалась Кларе не мирной, а зловещей. Каждый шелест ветра в кустах, каждое хлопанье крыльев заставляли девушку подпрыгивать на месте и оглядываться в поисках очередного чудовища, грозившего выпрыгнуть из зарослей.
Внезапно они заметили еще один перекрытый паутиной выезд.
– Кто-то очень постарался, – сказала Клара. Она начинала понимать, что жителям Рингстоуна в буквальном смысле некуда бежать.
Анджела с тревогой посмотрела на попавшую в сеть машину. Задняя дверь автомобиля была распахнута, посреди дороги валялась женская сумочка; ее нехитрое содержимое разлетелось по асфальту.
– Может, мы…
– Давай не будем, – остановила ее Клара. – Лучше найдем Доктора.
– Ты так в него веришь. – Анджела посмотрела девушке в глаза. – Стоит ли?
– Стоит, – не отвела взгляда Клара. – Определенно. Он со всем разберется.
Немного помолчав, Анджела кивнула.
– Тогда пойдем его искать.
Вскоре они уже были в деревне. Рингстоун пугал необычным для этого времени суток безлюдьем. Женщины шли по зеленой полосе, когда новый звук заставил Клару насторожиться. Что-то пряталось в тени деревьев за военным мемориалом.
– Там что-то есть, – прошептала она, увлекая Анджелу во двор ближайшего дома. Скрючившись на клумбе, они выглянули из-за невысокой ограды как раз в тот миг, когда испугавшее их существо вышло на свет.
– Все в порядке, – облегченно выдохнула ветеринар. – Это Эмили Николс. Но где ее мать?
Анджела, нахмурившись, начала подниматься, но Клара дернула ее вниз.
– Подожди, здесь что-то не так.
Анджела высвободила руку.
– Маленькая девочка бродит одна, вот что здесь не так! Я пошла.
Но прежде, чем она успела сделать хоть шаг, на той стороне деревни распахнулась дверь почтового отделения, и в проеме показался не на шутку испуганный Саймон Джордж.
– Эмили! – громким шепотом позвал он. – Иди сюда! Быстро!
Девочка не пошевелилась.
Саймон побежал к ней, нервно поглядывая на небо. Клара тоже посмотрела вверх. Что он там высматривал? Саймон почти добрался до Эмили, когда малышка вдруг обернулась, указала на что-то за его спиной и зашлась диким, нечеловеческим криком.
В то же мгновение воздух наполнился густым звоном, и над зеленой полосой показались десятки огромных комаров, чьи прозрачные крылья поблескивали в полуденном солнце.
Саймон развернулся и побежал, но шанса спастись у него не было. Комары нависли над ним грозной тучей. Почтмейстер отмахивался от кровососов, но они ловко уклонялись от ударов. Наконец один гигантский комар спикировал вниз и вонзил похожий на спицу хоботок в спину Саймону. Тот завопил от боли и рухнул на колени. Комар тут же присоединился к стае, которая поднялась в небо и растаяла за крышами домов. Почтмейстер продолжал стоять на коленях, опустив голову, и Клара уже подумала, что он умер, когда Саймон вдруг начал подниматься, дергаясь, как марионетка.
Клара с Анджелой снова вжались в каменную кладку; почтмейстер с Эмили медленно приближались. Вдруг отовсюду стали появляться жители
Рингстоуна, привлеченные криком девочки. Неуверенная шаркающая походка, безвольно болтающиеся руки, серые лица и пустые, лишенные проблеска сознания глаза, придавали им сходство с ходячими мертвецами. И если взрослые обитатели деревни выглядели просто пугающе, то дети-зомби внушали неподдельный ужас.
Клара в отчаянии посмотрела на Анджелу:
– Нужно где-то спрятаться!
Та молча кивнула на уходящую за дом дорожку. Пока они бежали через лужайку, сзади донесся очередной жуткий вопль, за которым последовал исполненный паники человеческий крик. Ветеринар обернулась; по ее лицу было видно, что она борется с желанием кинуться на помощь. Клара даже не представляла, что чувствует сейчас Анджела. Ее родной дом захватили чудовища, а друзьям и знакомым угрожала смертельная опасность.
– Мы ничего не можем сделать, – тихо сказала Клара. – Если вернемся, будет только хуже.
– Знаю. Просто мне не нравится чувствовать себя беспомощной. – Анджела вытерла слезы тыльной стороной ладони.
– Понимаю. Но сейчас нам надо уходить.
Анджела кивнула. Пробравшись через задний двор, женщины вышли к насыпи, пересекли железнодорожные пути и скрылись в раскинувшихся вокруг деревни полях.

Глава шестая

Доктор лежал в темноте под скамьей. С закрытыми глазами и прижатой к груди звуковой отверткой он выглядел точь-в-точь как каменные рыцари, которые украшали стоявшие вдоль стен гробницы. Где-то над его головой сновал между балками паук – наверное, поправлял сеть. Снаружи доносились тревожные звуки: визг, шипение, хриплый рев, шелест крыльев – и полные боли и страха человеческие крики. Что бы ни случилось с деревней, оно явно перешло к следующей фазе.
Чарли Беван прятался в нескольких футах от Доктора. Время от времени он судорожно протирал лицо платком, который был уже далеко не таким белым, как утром. Ему явно не терпелось отсюда убраться, но Доктор подозревал, что снаружи они протянут от силы пару минут. Забавно, но церковь с раскинутой под куполом паутиной, похоже, была самым безопасным местом в деревне. Пока паук не знал, что они здесь.
Наверху что-то громко зашуршало, и Доктор открыл глаза. Паук выбирался на крышу, протискивая грузное тело сквозь дыру в деревянной кровле. Убедившись, что монстр ушел, Доктор с Чарли вылезли из-под скамей.
– Слава богу. – Констебль потер ноющую спину. – У меня в животе заурчало, и я боялся, что паук услышит.
Жестом призвав полицейского к тишине, Доктор подкрался к двери, осторожно взялся за железную ручку и приоткрыл створку, чтобы одним глазом выглянуть наружу.
В деревне снова было тихо: ни людей, ни машин. Даже птицы смолкли. Доктор уже хотел выскользнуть наружу, когда в дальнем конце церковного двора появились несколько человек. Доктор нахмурился: в том, как они двигались, было что-то неестественное. Люди едва отрывали ноги от земли, а руки висели вдоль тел, будто налитые тяжестью. Когда они проходили мимо церкви, Доктор заметил, что кожа у них посерела, а глаза застыли и тупо смотрят в никуда.
– Что там происходит? – шепотом спросил Чарли.
Доктор сердито замахал на него рукой. Внезапно в противоположной части деревни возникло какое-то оживление. Взревел двигатель, и на одну из дорог, которые крест-накрест пересекали Рингстоун, выехала машина. Жители-зомби неожиданно расторопно зашаркали в сторону источника шума, не оставляя водителю ни малейшего шанса. Они обступили его плотным кольцом: куда бы он ни повернулся, перед ним стояли бывшие соседи и друзья. В конце концов он слишком резко крутанул руль. Послышался визг шин, машина потеряла управление и врезалась в стену.
Жители деревни торжествующе взревели, и над машиной со зловещим звоном повисли полдюжины комаров.
Доктор смотрел, как водитель борется с ремнем и подушкой безопасности, и понимал, что бедолагу уже не спасти. Зомби открыли дверь, выволокли его наружу, поставили на колени и пригнули голову.
Один из комаров словно этого и ждал. Когда он вогнал хоботок в заднюю часть шеи, водитель закричал от боли – но почти сразу перестал трепыхаться. Зомби расступились, и он неуклюже поднялся на ноги.
Жители начали расходиться. Водитель присоединился к шаркающей толпе, которая медленно брела по зеленой полосе.
Доктор закрыл дверь. События развивались слишком быстро – даже для него. Пытаясь разобраться, что он только что увидел, Доктор прокрутил в голове случившееся за последние несколько часов: сигнал, который поймала ТАРДИС, появление гигантских насекомых, перекрытые выезды из деревни, рисунки на камнях. Вспомнил он и бомбардировку Рингстоуна во Вторую мировую. Кусочков головоломки становилось все больше, но у Доктора никак не получалось составить из них цельную картину.
Чарли Беван наблюдал за ним с возрастающей тревогой.
– Что случилось? Там творится что-то ужасное?
Погруженный в мысли, Доктор только кивнул.
Чарли стер испарину с лица.
– Я тебе вот что скажу, Доктор. Больше никто не будет смеяться над Робином Сэнфордом и его байками о войне.
Доктор повернулся к Чарли и вопросительно поднял бровь.
– Байками о войне?
Чарли кивнул.
– В сороковых Робин был рядовым в отряде местной обороны. Сейчас он живет на ферме за деревней. Всегда там жил, с самого детства. Раньше приходил в паб по субботам, пропускал пинту-другую и начинал рассказывать, как его батальон сражался с прилетевшими из космоса гигантскими жуками. В конце концов вся деревня стала над ним смеяться. И теперь он почти не выходит из дома, – закончил Чарли. – Никогда бы не подумал, что Робин говорит правду.
– Спасибо тебе, Чарли Беван! – Глаза Доктора сияли. Констебль, сам того не подозревая, вручил ему недостающий кусок головоломки. Гигантские жуки из космоса! Это не могло быть совпадением. – До фермы Робина далеко?
– Пешком минут десять-пятнадцать, – пожал плечами Чарли.
Доктор пробормотал древнее галлифрейское проклятие. От насекомых и так было непросто укрыться, но теперь, когда у них появились союзники-зомби…
– Ты же не собираешься выходить наружу? – обеспокоенно поинтересовался констебль.
– Ты хочешь, чтобы все это прекратилось? – резко спросил Доктор. – Если хочешь, то я должен выяснить, что именно происходит. У Робина Сэнфорда есть информация, и мне нужно как можно скорее с ним поговорить.
– Но как мы пройдем через деревню? – В голосе полицейского отчетливо слышались панические нотки.
– Я могу вас провести.
Детский голос эхом разнесся по пустой церкви, заставив Чарли Бевана подскочить от неожиданности. Доктор быстро обернулся – из-под тяжелого бархатного покрывала на престоле высунулось бледное лицо перепуганного мальчика.
– И как же? – нетерпеливо спросил его Доктор.
– Здесь есть тайный ход, – ответил ребенок.
– Ну конечно! – ухмыльнулся Доктор.

«Ленд Ровер» полковника ехал мимо растянувшейся на многие километры пробки. Раздосадованные водители сердито сигналили и требовали объяснить, что происходит, но Дикинсон не обращал на них внимания. Впереди к небу поднимался столб черного дыма, отмечавший пункт их назначения.
Пробка начиналась у блокпоста, где двое военных перенаправляли машины на объездные дороги. При виде «Ленд Рровера» они вытянулись по стойке смирно. Затем один указал на гравийную площадку, расположенную сразу за периметром деревни. Когда машина полковника остановилась, к ней тут же подбежали.
– Доброе утро, полковник! – отрывисто прокричал солдат.
– Капитан Уилсон, – ответил на приветствие Дикинсон. – Доложите обстановку.
– Мы установили командный пункт на передовой, сэр. Несколько групп стоят вокруг деревни, но внутрь мы пока попасть не можем. Взгляните сами. – Капитан провел их через толпу солдат к протянутой между вязами паутине. Прочная сеть наглухо запечатывала дорогу.
Полковник хотел до нее дотронуться, но капитан перехватил его руку.
– Сэр, я бы на вашем месте не стал этого делать. Несколько человек попытались перелезть через паутину, так мы до сих пор не можем их от нее отчистить. Все выезды из деревни перекрыты, с железной дорогой та же история. Со связью проблемы, деревню как будто отрезало. Наземные линии и мобильные телефоны не работают.
– Есть новости из деревни?
– Ни звука, сэр. Наши радиолокационные станции сканируют весь периметр. Там определенно что-то движется, но никакой информации изнутри не поступало. Связаться с кем-либо из деревни мы тоже не можем.
Полковник кивнул, потом оглянулся на медленно ползущий по дороге поток автомобилей.
– Что сказали местным?
– Что произошел несчастный случай во время учений. Пока этого хватает, но, если мы в ближайшее время не восстановим связь, люди начнут задавать вопросы.
– А что с этим? – Полковник показал на столб дыма. – Есть шансы, что кто-то выжил?
– Боюсь, что нет, сэр, – покачал головой капитан Уилсон. – Мы пытались отправить спасательную команду, но… – Он запнулся. – Будет проще, если вы увидите своими глазами.
Он протянул полковнику бинокль, и они залезли на крышу бронетранспортера «Спартан», который стоял у обочины, глухо ворча двигателем. Уилсон указал на церковь.
– В тени возле деревьев.
Дикинсон прильнул к биноклю и не удержался от удивленного возгласа:
– Ничего себе!
Под деревьями засел огромный жук размером с машину. Полковник нервно хохотнул:
– Вот тебе и «Фольксваген Жук».
– Да. Настоящее чудовище, сэр.
– Вы пробовали с ним что-нибудь сделать?
– Наш снайпер выстрелил пару раз, но даже бронебойные снаряды его не берут. Я не хотел прибегать к более крупному калибру, пока мы не узнаем о местонахождении гражданских.
Полковник Дикинсон изучил пробоину в панцире жука.
– Похоже, «Линке» успел его потрепать до того, как упал. По крайней мере, мы знаем, что монстры уязвимы. Выяснили, к какому виду принадлежит эта тварь?
– Да, сэр. Добби Палмер разбирается в жуках. Говорит, что это жук-бомбардир.
Полковник кивнул. Капрал Добби Палмер был медиком. Оттопыренные уши и выдающийся нос придавали ему очевидное сходство с домашним эльфом Добби из фильмов о Гарри Поттере, так что прозвище напрашивалось само.
– Добби рассказал что-нибудь полезное о бомбардирах?
– Очень много, сэр. Оказывается, этот жук умеет стрелять кипящей кислотой из заднего отверстия. Вполне возможно, именно так он сбил вертолет. И он там не один. Сюда, сэр.
Полковник слез с бронетранспортера и направился за Уилсоном к палатке, которую поставили в дальнем конце площадки. Внутри на походных койках лежали двое солдат, чьи ноги были покрыты окровавленными бинтами. Оба при виде полковника попытались приподняться, но Дикинсон жестом их остановил.
– Вольно, – сказал он, стиснув зубы при виде ран. Он уже потерял вертолетную команду и не собирался терять кого-либо еще. – Что с ними случилось?
– Паутина блокирует только дороги, – пояснил Уилсон. – Остальной периметр проходит по полям и живым изгородям. Рядовой Арнопп вызвался вести группу к месту крушения, чтобы забрать тела. Но отряд прошел не больше десяти метров внутрь периметра.
– Еще бомбардиры?
– Нет, сэр. Вот это. – Уилсон указал на стол у стены. Там на пластиковых подносах лежали чьи-то блестящие черные останки. Полковник не сразу понял, на что смотрит, но через несколько секунд отдельные части показались ему странно знакомыми.
– Муравьи?! – осенило Дикинсона.
– Так точно, сэр. Они зарылись в землю и застали наших людей врасплох. – Капитан Уилсон взял поднос с брюшком. – Маленькие зловредные паразиты. Очень живучие. Рядовой Арнопп выпустил в этого целую обойму, прежде чем он угомонился. Даже если их разрубить, они продолжают шевелиться. В конце концов пришлось использовать гранаты.
Полковник забрал поднос, чтобы поближе рассмотреть останки муравья.
– Есть хоть какая-то информация, почему они вдруг так вымахали?
– Нет, сэр. Люди говорят о радиации, но мне кажется, кто-то пересмотрел фильмов ужасов. На всякий случай мы все тут проверили со счетчиками Гейгера – показания в норме. Я отправил одну из мертвых тварей в Бристольский университет, на кафедру энтомологии. Может, они что-нибудь выяснят.
Полковник кивнул и поставил поднос обратно на стол. В этот момент снаружи послышались крики и нарастающий низкий гул, словно к лагерю летел самолет. Офицеры встревоженно переглянулись.
– Что там еще?
Откинув полог палатки, они увидели, как над изгородью пронеслись несколько гигантских насекомых. Когда одно из них, злобно жужжа, спикировало на солдат, те кинулись врассыпную. Наконец твари скрылись за деревьями. Полковник Дикинсон хмуро посмотрел на Уилсона.
– Бронетанковые дивизии жуков, пауки-саперы, муравьиная пехота, а теперь и поддержка с воздуха. Капитан, вам не кажется, что эти насекомые слишком хорошо разбираются в военной тактике?
– Сэр?
– До сих пор они нападали, только если мы проникали на их территорию. – Полковник задумчиво потер подбородок. – Следовательно, они что-то защищают.
Он выпрямился.
– Капитан, я хочу знать все о Рингстоуне и его жителях. Кто там живет, кто работает, кто отдыхает на выходных. Кто в последнее время покинул деревню, кто туда переехал. Люди, компании – мне нужна вся информация.
– Будет сделано, сэр!
Капитан Уилсон отправился исполнять приказ, а полковник Дикинсон стал наблюдать за насекомыми, которые лениво кружили над башней далекой церкви. Словно оберегали что-то.
Или кого-то.

Глава седьмая

Клара с Анджелой шагали по ослепительно-желтому рапсовому полю, торопясь уйти как можно дальше от деревни. Солнце стояло высоко в небе. В воздухе жужжали самые обычные насекомые – но даже они заставляли Клару нервно оглядываться на каждый шорох и стрекот, внушая самые мрачные догадки о том, что может таиться в высокой траве.
Девушка все никак не могла выбросить из головы красочный плакат с насекомыми Британии, который висел в классе биологии школы Коал Хилл. Особенно ее волновала та часть, что была посвящена жалящим. Пауки, жуки и комары – уже плохо, но вдруг где-нибудь прячутся гигантские осы и пчелы? Клара прекрасно помнила, как в детстве ее ужалила оса. Если маленькое насекомое могло причинить такую боль, на что способно гигантское?.. От этих мыслей Кларе становилось дурно.
Желтые головки рапса мерно покачивались на ветру. Казалось, полю нет ни конца, ни края. Вдруг за зеленой изгородью показались несколько приземистых однотипных зданий. Клара поняла, что Анджела ведет ее в исследовательский центр, о котором столько судачили в деревне.
Наконец они остановились перед старыми деревянным воротами. Анджела присела, чтобы взглянуть в щель между досками. Клара пристроилась рядом.
– Надо было догадаться, куда ты меня ведешь.
– В деревне мы бы долго не продержались, – пожала плечами ветеринар, – но хочется верить, что сюда эти твари еще не добрались. Здесь точно должны быть помещения, чтобы спрятаться, и телефон.
– Если только «эти твари» не прилетают отсюда, – указала на слабое место в ее рассуждениях Клара.
– Сумасшедшие ученые разводят гигантских насекомых в секретной лаборатории где-то на задворках Англии? – нахмурилась Анджела. – Ты сама-то в это веришь?
– Ты удивишься, если узнаешь, во что мне пришлось поверить за последнее время, – начала было Клара, но, поймав заинтересованный взгляд женщины, покачала головой. – Забудь. Что-то я заболталась. Ты права, нам нужно найти безопасное место. Ты кого-нибудь видишь?
Анджела бросила взгляд через дорогу.
– Кажется, никого нет.
Клара глубоко вздохнула.
– Тогда заходим.
Перебравшись через ворота, они оказались на территории центра. Посреди безлюдной парковки Клара внезапно ощутила, что после рапсового поля они здесь как на ладони, и потянула Анджелу к ближайшему зданию. Девушка заглянула в холл через стеклянную дверь, пытаясь рассмотреть, есть ли там кто-нибудь.
– Ну что? – спросила Анджела, безуспешно дергая ручку.
– Никого. Пусто. Нужно посмотреть в другом.
Стараясь держаться в тени стен, женщины направились к следующему зданию – но оно тоже встретило их тишиной.
– Да что такое? – раздраженно воскликнула Анджела, стукнув кулаком по запертой двери. – На парковке стоят машины. Куда все подевались?
Клара оглядела пустынный исследовательский центр, чувствуя, как невольно холодеет в груди. Чем дольше они остаются на виду, тем больше шансов, что их заметят. Нужно как можно скорее пробраться внутрь!
Краем глаза девушка уловила отблеск на крыше противоположного здания. Там что-то двигалось. Клара вжалась спиной в алюминиевую стену дома.
Анджела испуганно распахнула глаза.
– Что там? – прошептала она, не решаясь посмотреть.
Клара уже приготовилась отбиваться от летающих тварей, которые каким-то образом их выследили, когда вдруг поняла, что именно привлекло ее внимание.
– Все в порядке, – с облегчением выдохнула она. – Это просто камера слежения.
Анджела прикрыла рот ладонью, заглушая истерический смешок.
Клара заметила на других зданиях еще несколько камер. Все они поворачивались в их сторону. Девушка поняла, что это не автоматическое действие – камерами управляли. Кто-то за ними следил. Она вышла из тени, встала прямо перед объективом и замахала руками.
– Эй! Вы нас слышите? Мы здесь застряли! Пустите нас внутрь!
Какое-то время камеры продолжали равнодушно смотреть на незваных гостий. Затем двойные двери здания напротив с грохотом распахнулись, и во двор потянулась толпа людей в белых халатах.
– Слава богу, – выдохнула Анджела и сделала шаг навстречу.
– Погоди, – остановила ее Клара. – Присмотрись к ним.
Люди двигались неуклюжей походкой сломанных марионеток. Совсем как жители Рингстоуна.
– О нет, – в отчаянии затрясла головой Анджела. – Неужели и здесь?..
Клара схватила ее за руку. Похоже, ветеринар начинала думать, что им не спастись. А если это так, все кончено.
– Анджела, – твердо сказала Клара. – Нам нужно уходить. Сейчас же.
Преследуемые спотыкающимися зомби, женщины пустились бежать.

– Кевин? – Чарли Беван изумленно воззрился на мальчика. – Кевин Алпертон? Что ты тут делаешь?
Мальчик вылез из-под престола.
– Прячусь от насекомых, как и вы.
Доктор присел на корточки, чтобы оказаться с ним лицом к лицу.
– Но ведь не только от насекомых?
Кевин покачал головой.
– И от людей тоже. То есть… – Он нервно перевел взгляд с Доктора на Чарли и обратно. – От всех, кроме вас.
– Ну, на наш счет можешь не беспокоиться, – ободряюще улыбнулся констебль. Он положил руку Кевину на плечу, но тут же с отвращением ее отдернул.
– Фу!
Одежда мальчика была покрыта густой слизью. Кевин поморщился и виновато улыбнулся полицейскому.
– Простите. Насекомые узнают друг друга по запаху, и я замаскировался. – Он посмотрел на Доктора и неуверенно пожал плечами. – Я видел такое в фильме ужасов «Мутанты». Решил, что стоит попробовать.
– Маскировка феромонами, – одобрительно кивнул Доктор. – Неплохо придумано. А где, позволь спросить, ты взял эту слизь?
Кевин полез в рюкзак и достал оттуда старую коробку для завтраков. Сняв крышку, он протянул ее Доктору.
– Он чуть-чуть помялся, – сказал мальчик.
Доктор взял коробку и осторожно вытащил то, что осталось от раздавленного комара. Чарли Беван тонко вскрикнул и шарахнулся в сторону.
– Он сел мне на спину, но я упал на землю и придавил его до того, как он успел меня укусить, – объяснил Кевин. – Я думаю, это комары превращают людей в зомби.
Доктор положил насекомое на бархатное покрывало престола и вытащил из кармана звуковую отвертку. Та раскрыла лепестки и с готовностью зажужжала.
– И ты, кажется, прав, – пробормотал Доктор, ознакомившись с показаниями отвертки. Затем он осторожно приподнял похожий на спицу хоботок и понюхал каплю прозрачной жидкости, блестевшей на его кончике.
– Осторожнее! – зашипел Чарли. – Вдруг это яд?
– Скополамин.
– Что?
– Это скополамин, – уверенно произнес Доктор. – Наркотик. Он блокирует нейротрансмиттеры, которые передают информацию в часть мозга, отвечающую за кратковременную память. А также лишает людей воли. Йозеф Менгеле применял скополамин во время допросов в качестве сыворотки правды. А ЦРУ использовало его в ходе неоднозначных поведенческих экспериментов в шестидесятые.
Чарли недоверчиво посмотрел на комара.
– Но это же…
– Вот именно! – резко перебил его Доктор. – Безответственно. Аморально. Опасно. – Он повернулся к Чарли. – И преступно. Кто-то использует насекомых в качестве оружия.
От продолжения разговора их удержал донесшийся сверху стук. Паук возвращался в логово.
Доктор повернулся к Кевину.
– Скорее показывай свой тайный ход!
Не желая терять драгоценное средство маскировки, Кевин сунул комара обратно в коробку, плотно закрыл ее, запихнул в рюкзак и только потом направился к двери в дальнем углу алтаря.
– Сюда! – махнул он Доктору и констеблю.
За дверью обнаружилась небольшая ризница, через которую они прошли в заднюю часть церкви. Мальчик побежал по неосвещенному коридору. На стенах замелькали детские рисунки и объявления для прихожан. Наконец Кевин метнулся к тяжелой деревянной двери, скрытой под старой лестницей.
– Проход там.
Дверь открылась с почти театральным скрипом, и Кевин нырнул в темноту в поисках выключателя. Вскоре маленькая энергосберегающая лампочка залила неверным светом узкие ступеньки и сырые каменные стены. Доктор и Чарли последовали за мальчиком в полумрак.
Подвал встретил их нагромождением коробок, ветхой мебели, походного снаряжения и аккуратно свернутых скаутских флагов. Кевин добрался до дальней стены и с трудом отодвинул потертый диван, за которым обнаружился маленький темный проход.
– Мы нашли его в прошлом году, – принялся рассказывать он. – Скауты отмечали тут Хеллоуин, и мы с Базом Джонсом хотели напугать Акелу. Ход заколотили досками много лет назад, но мы смогли их отодрать, – хитро ухмыльнулся мальчик.
Доктор сунул голову в туннель.
– И где он выходит на поверхность?
– Возле старой водокачки у почты.
– Не очень-то далеко, – нахмурился Чарли Беван.
– Лучше, чем ничего.
Доктор вытянул руку с отверткой, и туннель залило зеленоватое сияние.
– Кевин, ты знаешь, куда идти. Будешь показывать дорогу.
Пока мальчик залезал в проход, Доктор повернулся к Чарли:
– Думаю, пришло время мистеру Робину Сэнфорду рассказать о гигантских жуках из космоса.

Клара с Анджелой жались друг к другу в тени большого мусорного контейнера, пока зомби в белых халатах медленно бродили по округе.
Женщины быстро поняли, что по открытой местности им не уйти. Анджела хотела вернуться в деревню. Теперь у нее не осталось сомнений, что нашествие насекомых связано с исследовательским центром. Зачем еще кому-то следить за ними и при этом даже не пытаться спасти?
Теперь, когда Клара знала, что искать, девушка насчитала десятки камер. Внезапно ей в голову пришла новая мысль. Почти все здания казались заброшенными – кроме одного. Вполне возможно, что ответы на вопросы о нашествии гигантских насекомых скрываются именно в нем. Значит, им нужно попасть внутрь.
Услышав об этом плане, Анджела посмотрела на Клару так, будто та сошла с ума.
– Ты хочешь пробиться в здание, откуда только что вывалилась толпа зомби?
– У тебя есть идеи получше? – парировала Клара.
Они направились обратно, используя машины на парковке как прикрытие. Увы, зомби в белых халатах было слишком много, и женщины добрались только до мусорных контейнеров. Их могли обнаружить в любую секунду. Нужно было как-то отвлечь преследователей.
Клара присмотрелась к камерам, пытаясь уловить закономерность в их движении: она была уверена, что большинство меняют угол обзора автоматически, через равные промежутки времени. Конечно, не исключено, что их кто-то контролировал, но на территории комплекса было установлено слишком много камер, чтобы уследить за каждой. Во всяком случае, Кларе очень хотелось так думать.
Из-за мусорного бака она видела три камеры. Постепенно Клара вычислила двенадцатисекундное окно, когда все они смотрели в другую сторону. Кажется, их с Анджелой до сих пор не заметили только по чистой случайности. Надеясь, что удача и впредь не повернется к ним спиной, Клара глубоко вздохнула и попросила Анджелу отдать ей свитер. Осталось дождаться следующего окна.
– Готовься, – прошептала она.
– Горизонт чист! – так же шепотом отчиталась Анджела, выглянув из-за бака.
Клара задержала дыхание. Все три камеры должны были вот-вот оказаться в идеальной позиции. Ну же, еще немного…
Сейчас!
Выскочив из укрытия, Клара бросилась к живой изгороди из боярышника, которая окружала исследовательский центр. На бегу она считала: «Двенадцать, одиннадцать, десять…» Клара знала, что если не повернет назад на счет пять, дело плохо.
Резко затормозив перед кустами, она подкинула свитер, чтобы он зацепился за верхние ветки. Когда кофта стала медленно сползать вниз, сердце девушки упало. Неужели не получится? Наконец свитер повис на шипах боярышника, но мысленный счет Клары дошел до четырех.
Она рванула со всех ног. Испуганная Анджела уже выглядывала из-за контейнера. Клара краем глаза заметила, что камеры начали поворачиваться, и поняла, что не успеет.

Глава восьмая

Доктор шел по узкому кирпичному коридору, то и дело задевая плечами стены, и на ходу перебирал в голове куски головоломки. Скополамин стал последним звеном в цепи. Доктор не сомневался, что комары не просто так используют вещество, которое было в ходу у нацистов во время Второй мировой.
Наркотик, бомбардировка, батальон местной обороны, вступивший, по словам Сэнфорда, в битву с гигантскими насекомыми… Что бы ни случилось тут в сороковые годы, оно должно было пролить свет на происходящее сейчас. Но один кусок головоломки никак не хотел вставать на место.
Исследовательский центр.
Доктор резко остановился.
– Кевин, подожди.
– Что такое? – раздался сзади приглушенный голос Чарли.
– Я хочу услышать все, что вы знаете о центре агрокультурных исследований возле деревни, – потребовал Доктор.
– Сейчас? Прямо здесь?! – изумленно воззрился на него констебль.
– У тебя есть другие предложения? – ехидно поинтересовался Повелитель Времени.
– Доктор прав, – поддержал его Кевин. – Жуки ни за что не догадаются искать нас тут, а никто из жителей про этот ход не знает. То есть никто, кроме меня и База Джонса. И его приятеля Дерека Фармера. Ну, и близнецов Робертс. Но кроме них – точно никто! – закончил мальчик и с любопытством посмотрел на Доктора. – А что вам рассказать?
– Берт Митчелл упоминал некоего Джейсона Клирфилда. Что он за человек?
– Он носит маску! Прямо как Призрак оперы! – восторженно выпалил Кевин. Глаза мальчика сияли. – Только из театральной постановки, а не из старого фильма, – чуть приуныв, добавил он. – Было бы круто, если бы он носил маску, как в фильме. Хотя бы как в новом.
– Это так важно? – нетерпеливо перебил его Чарли. – Да, человек носит маску. Скорее всего, он пострадал во время пожара. Это еще не делает его чудовищем!
– Не делает, – согласился Доктор. – Но мы не должны сбрасывать его со счетов только потому, что сама идея об ученом в маске, который выращивает гигантских насекомых, кажется невероятной. Мы уже выяснили, что кто-то поработал над их генетическим кодом. А для этого нужен доступ к лабораториям, сложному оборудованию и химикатам.
– И вы думаете, что в Рингстоуне никто ничего не заметил бы? – Чарли глубоко вздохнул. – Послушайте, я был в центре на прошлой неделе. Клирфилд все мне показал.
– Зачем?
– Что зачем?
– Зачем вам понадобилось туда идти?
– Кто-то попытался туда вломиться и чуть не выбил дверь лаборатории. Наверное, местные в пятницу засиделись в пабе. – Чарли адресовал Доктору колючий взгляд. – И о том, что в исследовательском центре разводят монстров, у нас шутят очень  давно.
Поразмыслив над его словами, Доктор кивнул, и они двинулись дальше по узкому коридору. Несмотря на заверения констебля, Доктор уже знал, с кем поговорит после Робина Сэнфорда. Ему нужно во что бы то ни стало встретиться с Джейсоном Клирфилдом.
Не обращая внимания на протестующую боль в мышцах, Клара бросилась вперед и приземлилась на бетон буквально за миг до того, как камера завершила движение и начала поворачиваться обратно. Несколько секунд девушка лежала, затаив дыхание. Клара ждала какого-нибудь знака, что ее заметили, но на парковке было тихо.
– Ты, я смотрю, любишь играть с огнем? – сердито прошептала Анджела.
Клара шумно выдохнула и села. Выглянув из-за мусорного бака, она увидела, как красный свитер слабо шевелит рукавами на полуденном ветерке.
– А теперь посмотрим, сработает или нет, – пробормотала девушка.
Яркое пятно недолго оставалось незамеченным. Вскоре все три камеры с тихим жужжанием повернулись в сторону изгороди. Вслед за этим послышались тяжелые шаги, и из-за угла показалась дюжина сотрудников исследовательского центра.
Один из них – лет ему на вид было не больше, чем Кларе, – шаркая, приблизился к изгороди и снял свитер.
– Они ушли в поле, – произнес он ровным, ничего не выражающим голосом. – Должно быть, решили вернуться в деревню.
Мужчина склонил голову набок, словно собака, которая слушает команду – а потом кивнул и начал пробираться сквозь изгородь. Казалось, ему не было дела до царапавших лицо и руки острых шипов. Остальные последовали за ним. Выстроившись в неровную линию, они стали прочесывать поле в поисках Анджелы и Клары.
Ветеринар уже была готова вылезти из укрытия, когда Клара махнула ей, чтобы та оставалась на месте.
– Подожди, – шикнула девушка.
Несколько гигантских москитов с низким гулом пролетели у них над головой, чтобы присоединиться к людям в поле.
– Ну ладно, от этих мы избавились, – тихо сказала Анджела. – Но как мы попадем внутрь? Подойдем и постучим?
– Будь здесь Доктор, я бы так и сделала, – мечтательно протянула Клара. – Но мы поступим по-другому.
Удостоверившись, что камеры по-прежнему смотрят на проделанную в изгороди дыру, Клара повела Анджелу к тому зданию, откуда вышли зомби в белых халатах.
– Я эту дверь еще раньше заметила. – Девушка указала на пожарный выход в конце стены.
– Ну да… – На лице Анджелы читалось явное сомнение. – И специально для нас ее оставили открытой.
– Пойдем, – улыбнулась Клара.
Приблизившись, они обнаружили, что металлическая рама с одной стороны погнута и поцарапана.
– Кажется, тут кто-то побывал до нас?
– Местные фермеры, – пояснила Анджела. – На прошлой неделе в Уитчифе был вечер караоке, и после вокальных подвигов их потянуло на приключения.
Она без особого энтузиазма дернула дверь.
– Заперто. Какой сюрприз. Если у тебя совершенно случайно нет отмычки…
– Отмычки нет, – ухмыльнулась Клара. – Зато есть шпилька для волос!
И девушка под недоверчивым взглядом Анджелы склонилась к замку. Вскоре, к ее большому удовлетворению, внутри что-то щелкнуло. Теперь ветеринар смотрела на новую знакомую со смесью изумления и восхищения.
– Надо же! – пробормотала она. – Кто тебя так научил?
– Одна юная леди по имени Дженни Флинт.
– Профессиональная воровка?
– Викторианская горничная.
Не обращая внимания на ошеломленную Анджелу, Клара распахнула дверь. Внутри оказалось темно и тихо. Надеясь, что они не совершают главную ошибку в своей жизни, Клара взяла Анджелу за руку, и женщины шагнули вперед.

Кевин выглянул сквозь прутья чугунной решетки в конце туннеля, проверяя, нет ли кого снаружи.
– Все чисто, – прошептал он. Древняя решетка заскрипела, и мальчик полез наружу, отодвигая ветки, которые загораживали выход. Доктор и констебль Беван следовали за ним.
Пока Доктор пристально изучал окрестности, Кевин украдкой на него поглядывал. Доктор отличался от всех, кого мальчику доводилось встречать прежде. Он выглядел старым – если подумать, он вполне мог оказаться ровесником дедушки Кевина, – но горящий в глазах огонь делал его молодым.
Нет. Не молодым.
Другим.
Кевин передернул плечами, потом залез в рюкзак и достал коробку для завтраков. Зачерпнув скопившуюся на дне слизь, он принялся обновлять маскировочный слой. После туннеля мальчику было не по себе на открытой местности.
Констебль Беван выхватил коробку у Кевина из рук.
– Много не трать, – сказал он, натужно пыхтя после подъема. – Нам с Доктором тоже будет нелишним обмазаться этой гадостью.
Погрузив в слизь кончики пальцев, он начал растирать ее по редеющим волосам.
– Черт возьми, ну и запах, – скривился Чарли и протянул коробку Доктору. – Твоя очередь.
Доктор несколько секунд смотрел на него, не мигая, а потом поднял серебристую трубку, при помощи которой освещал им путь, и нажал маленькую кнопку сбоку.
– Спасибо, но я лучше создам звуковой щит, обладающий тем же эффектом. Не имею ни малейшего желания втирать в череп комариную слизь.
Он повернулся и едва заметно подмигнул Кевину.
– Итак, в какой стороне дом Робина Сэнфорда?
Неожиданно приободренный подмигиванием Доктора, мальчик указал на дорогу.
– Нам туда.
Укрытые звуковым щитом, они зашагали вперед, стараясь особенно не шуметь. Чем дальше троица уходила от центра деревни, тем хуже становилась окаймленная зелеными изгородями дорога. В конце концов она превратилась в грунтовку, сплошь усеянную выбоинами и трещинами.
– Я смотрю, у мистера Сэнфорда нечасто бывают гости, – пробормотал под нос Доктор.
Чарли Беван с тревогой поглядывал на разросшийся кустарник, который грозил вот-вот сомкнуться у них над головами.
– Я же говорил, он держится особняком, – ответил констебль.
– Мистер Сэнфорд в прошлом году приходил к нам на урок истории, – вспомнил Кевин. – Его пригласили рассказать о службе в местной обороне, но ребята стали над ним смеяться. Мистер
Сэнфорд разозлился, и директору пришлось его увести. – Мальчик смущенно замолчал. – Лучше бы мы тогда послушали про гигантских насекомых. Может, он согласится прийти еще раз?
В конце дороги изгородь разошлась, открывая взгляду раскинувшиеся за Рингстоуном леса и поля. Робин Сэнфорд жил на старой ферме. За исключением хозяйского дома, все остальные постройки покосились от времени и заросли плющом. Кевин раньше играл здесь с друзьями. Поначалу мистер Сэнфорд не возражал и даже показывал детям старые гильзы от патронов и кокарду, но с возрастом старик стал куда менее терпимым к чужакам на своей земле.
Махнув Кевину и Чарли, чтобы они держались в тени деревьев, Доктор направился к главному входу. С тревогой поглядывая по сторонам и на небо, он уделял не слишком много внимания старой двери – и потому не заметил, как приоткрылась проделанная в ней щель для писем. В отличие от Кевина, который ясно различил высунувшиеся оттуда металлические трубки.
Быстро сообразив, что это такое, мальчик кинулся вперед, крича:
– Доктор! Берегись!
Его слова потонули в грохоте выстрела из двустволки.

Глава девятая

Закрыв дверь, Клара несколько секунд стояла на месте, чтобы глаза привыкли к царящему в здании полумраку
Они оказались в большом помещении, которое служило чем-то вроде хранилища или склада. Прямо перед дверью были свалены пустые ящики, коробки и подносы. Неподалеку от входа стоял вилочный погрузчик, вдоль стены извивался сверхпрочный электрический кабель. С высокого потолка, словно лианы, свисали цепные лебедки. По периметру склада шла металлическая дорожка с приставными лестницами, расположенными через каждые два метра.
Клара стала осторожно пробираться между ящиками. Хранилище казалось покинутым, но впереди девушка заметила массивные очертания каких-то конструкций, на которые лился слабый голубоватый свет. Женщины направились туда, стараясь держаться в тени.
Чем ближе они подходили, тем яснее различали низкий электрический гул – и уже знакомое щелканье и жужжание. Насекомые.
У дальней стены стояли десятки проволочных клеток и стеклянных аквариумов. Некоторые были пусты, в остальных сидели жуткие создания. Одни цеплялись коготками за ячейки, другие висели в воздухе, шелестя крыльями.
Анджела в ужасе отшатнулась.
– Что это? – прошептала она.
Клара была вынуждена признать, что понятия не имеет. На первый взгляд, эти порождения чьей-то извращенной фантазии походили на больших пауков. Но когда девушка заставила себя присмотреться внимательнее, то обнаружила у них крылья, чешую и множество лишних лап. Создавалось впечатление, будто кто-то расчленил разных насекомых, а потом собрал из получившихся частей нечто новое. Одно из существ лениво щелкнуло челюстями, и Клара отскочила в сторону.
Чуть дальше стояли скамейки со сложным научным оборудованием. За большим окном в стене виднелась обставленная по последнему слову техники лаборатория.
– Почему их здесь держат? – сердито спросила Анджела. – И, главное, зачем?
– Не знаю, – покачала головой Клара. – Но не удивлюсь, если насекомые как-то связаны с этим.
Она указала на тринадцать черных ящиков размером со шкаф, которые стояли посреди помещения. На передней стенке каждого имелся светодиодный экран, а из основания выходили кабели толщиной с руку. Провода змеились к громадному устройству, которое напоминало серый колокол. Машину окружали консоли, процессоры и промышленные генераторы.
Отпустив руку Анджелы, Клара направилась к тихо гудящим шкафам. Рисунки, мелькавшие на экранах, показались ей странно знакомыми, но, только встав в центр круга, она поняла, почему. Точно такие же узоры девушка видела сегодня утром на монолитах у деревни.
– Каменный круг, – выдохнула она. – Кто-то создал техноверсию каменного круга.
– Верно подмечено.
Незнакомый голос прозвучал словно выстрел из ружья. По всему складу вспыхнули яркие лампы. Клара зажмурилась, а воздух наполнился скрежетом и шипением недовольных насекомых. Анджела подбежала к Кларе – люди в белых халатах взяли женщин в кольцо.
– Прикройте их, – распорядился голос.
Двое сотрудников кинулись укрывать клетки с насекомыми. В следующую секунду в центр круга ступил высокий мужчина в безукоризненном сером костюме. Кларе сразу бросился в глаза револьвер времен Второй мировой войны, который он держал в руке, – и только потом девушка заметила, что половину лица мужчины скрывает белая пластиковая маска.
Если вспомнить, что она сегодня слышала, это мог быть только один человек.
Таинственный Джейсон Клирфилд.

Доктора спасли молниеносные рефлексы. Когда раздался выстрел, он бросился в сторону, тяжело ударившись плечом о землю, быстро перекатился и через секунду уже снова стоял на ногах. Из дома донеслось сдавленное проклятие.
Метнувшись вперед, Доктор схватился за ствол ружья и резко дернул его на себя. Послышался звук удара и болезненный стон. Доктор тут же отпустил двустволку и, навалившись всем телом на дверь, направил на замок звуковую отвертку. Дверь не замедлила с грохотом распахнуться. Кого-то отбросило на пол. Раздался новый крик. Доктор вошел в дом и с нескрываемым отвращением посмотрел на скрючившегося перед ним старика. Тот сжимал плечо, морщась от боли. Доктор с гневом схватил валяющуюся без дела двустволку.
– Как и все военные, сначала стреляем, а потом задаем вопросы?
Чарли с Кевином вбежали в дом, и констебль кинулся поднимать старика.
– Ты что творишь, Робин? Ты же мог нас всех убить!
– Я думал, вы из тех, – ничуть не устыдившись, ответил Сэнфорд. – Пришли сделать из меня зомби.
– А, тогда все в порядке, – презрительно фыркнул Доктор. – Ведь это совершенно нормально – стрелять в друзей и соседей, которых заставляют действовать против своей воли.
Робин бросил на него недобрый взгляд.
– У меня здесь друзей нет, – отрезал он.
Мужчины какое-то время сверлили друг друга глазами. Наконец Сэнфорд тяжело вздохнул.
– Вам лучше войти, – он повернулся к Кевину. – А ты, мальчик, закрой дверь. И на совесть. Не хочу, чтобы по моему дому ползали эти твари.
Робин провел их на скромную кухню, большую часть которой занимал старый дубовый стол. Заметив посреди него коробку с патронами, Доктор протянул ружье Чарли.
– Возьмите. Терпеть не могу эти штуки, но иногда без них не обойтись.
Чарли кивнул и переломил двустволку, избавляясь от пустых патронов. Робин тяжело опустился на стул и снова потер плечо, которое явно беспокоило его после падения.
Доктор подошел к старику.
– Дайте-ка посмотреть.
– Это еще зачем? Вы что, доктор?
– Именно. – Доктор ощупал мышцы, не обращая внимания на оханье Робина. – Кажется, ничего не сломано.
– И на том спасибо, – пробурчал старик. – Все равно опухнет и рукой двигать не смогу.
– Необязательно. – Подкрутив что-то в звуковой отвертке, Доктор направил ее на плечо Робина. Кухню наполнила низкая переливчатая трель. – Останется синяк, но этим все и ограничится. Будете как новенький.
Робин неуверенно пошевелил рукой, после чего изумленно воззрился на Доктора.
– Что б меня…
Доктор подтянул стул и уселся прямо напротив Сэнфорда, положив подбородок на переплетенные пальцы.
– А теперь, мистер Сэнфорд, – сказал он, сверкнув глазами, – надеюсь, вы не откажетесь поведать нам о том, как во время войны сражались с гигантскими насекомыми.

– Простите, сэр?
Капрал Палмер стоял на входе в передвижной командный центр.
– Да, капрал? – Уилсон оторвался от ноутбука и благодарно взглянул на вошедшего, радуясь возможности отвлечься. Шея противно скрипела – капитан ненавидел сидячую работу.
– Внутри периметра слышны выстрелы, сэр.
Полковник Дикинсон моментально отвернулся от своего компьютера.
– Выстрелы? Где?
– В южной части деревни. Скорее всего, стреляли из ружья.
– Тогда нам лучше пойти посмотреть. Палмер, подготовьте мой «Ленд Ровер».
– Есть, сэр.
Когда капрал ушел за машиной, Дикинсон откинулся на спинку стула и задумчиво поджал губы.
– Что думаете, капитан? Жители деревни оказывают сопротивление?
Уилсон пожал плечами.
– У многих фермеров есть двустволки. Неудивительно, что в конце концов кто-то решил пострелять в этих тварей. – Он сделал паузу. – Честно говоря, меня скорее удивляет, что никто не взялся за оружие раньше.
– И это наводит нас на мысль, что местным жителям ограничили свободу действий, – подытожил Дикинсон.
– Если попросту всех не перебили, – мрачно добавил Уилсон.
Полковник ненадолго притих, потом встал и закрыл дверь командного центра.
– Капитан, то, что я сейчас вам скажу, строго конфиденциально. Это касается Вундерваффе.
– Простите, сэр, – покачал головой Уилсон. – Языки мне всегда плохо давались.
– Я говорю о созданном нацистами секретном оружии под названием «Die Glocke».
– Die Glocke? – непонимающе повторил Уилсон.
– Колокол.

– Колокол? – озадаченно переспросил Чарли Беван. – Это еще что такое?
Робин Сэнфорд не без труда встал со стула и зашаркал через кухню к посудной полке, чтобы вытащить древнюю чашку с обколотыми краями. Кинув туда пакетик, он включил электрический чайник, который выглядел ровесником кружки, и медленно начал:
– Во время Второй мировой войны британская армия перехватила закодированный радиосигнал. Мы тогда пытались взломать шифры немецких подлодок, и все сперва решили, что нацисты придумали очередной мудреный код. Проблема была в том, что источник сигнала находился не в Северной Атлантике. Он шел из космоса.
– Да вы шутите! – поперхнулся Чарли. – Звучит как немецкая пропаганда.
– Многие так и подумали. Но потом наши агенты, действовавшие на территории Европы, сообщили, что немцы тоже поймали сигнал из космоса – и почти смогли его расшифровать.
Робин смотрел на закипающий чайник. Казалось, старик совсем потерялся в воспоминаниях. Доктор спокойно ждал, понимая, что Сэнфорду нужно время, но Чарли оказался более нетерпеливым.
– Ну и?.. Что это был за сигнал?
– Лучшие умы Британии несколько месяцев бились над кодом. Тьюринг, Уэлчман, Нокс… Всю голову сломали. Даже Джадсон какое-то время над ним работал.
– Джадсон? – При упоминании последнего имени Доктор напрягся.
– Да, до того, как занялся созданием машины ULTIMA.
Чайник щелкнул и выключился. Робин налил кипятка в кружку.
– Сигнал оказался инструкцией по сборке некоего устройства – металлического колокола высотой три с половиной метра. Никто не знал, зачем он нужен, но немцы уже начали работать над его созданием, и нам не оставалось ничего, кроме как заняться тем же.
– Вы, наверное, тогда были совсем молодым? – спросил Доктор.
Робин отпил чай и кивнул.
– Мне было восемнадцать. Признали негодным к действительной службе из-за наследственных проблем с сердцем. Так что я стал служить в батальоне местной обороны.
– А я думал, она защищала пляжи и тому подобное, – влез Кевин.
– Верно, молодой человек. Но еще мы охраняли военные объекты особой важности.
– Поэтому вас и разместили в Рингстоуне, – тихо сказал Доктор.
– Да. Потому что здесь британская армия испытывала свой Колокол.

Полковник Дикинсон вернулся к компьютеру.
– Как только я стал задавать вопросы о Рингстоуне, наверху заметно всполошились. – Он криво усмехнулся. – И я это не для красного словца говорю.
Полковник вывел на экран планы, чертежи и зернистые черно-белые фотографии.
– Die Glocke был одним из самых охраняемых нацистских секретов. Им занялись уже на исходе войны. Так называемым проектом «Хронос» руководил генерал СС Ханс Каммлер. Нацисты к тому времени были близки к отчаянию. Они надеялись, что Колокол – какое-то супероружие, новый самолет или антигравитационное устройство.
Он увеличил авиаснимки завода, расположенного в бесплодной гористой местности.
– Они построили его на территории современной Польши, а если точнее – в Судетских горах, на шахте Венцесласа. Местная дамба давала им электроэнергию для экспериментов, а узники ближайшего концлагеря использовались как рабочая сила для строительства испытательного полигона.
Уилсон наклонился и ткнул пальцем в нечеткий круг на аэроснимке.
– А это что? Выглядит очень похоже на… – Он замолчал, чувствуя себя глупо.
– Да? – выжидающе посмотрел на него полковник.
– На Стоунхендж, – закончил Уилсон.
– Вы правы, капитан. – Дикинсон щелкнул мышкой, и на экране появилось современное изображение большого каменного круга посреди заросшей площадки. – Немцы называли его Хендж или «Ловушка для мух». Здесь они испытывали свой Die Glocke. Это все, что осталось от проекта «Хронос».
Капитан Уилсон откинулся на стуле. Выражение лица у него было крайне озадаченное.
– Я не уверен, что все правильно понял, сэр. Как супероружие нацистов связано с каменным кругом?
Полковник Дикинсон закрыл ноутбук.
– Нацисты серьезно ошиблись в том, что касалось предназначения Колокола. Гитлером овладела безумная идея, что инопланетяне послали ему абсолютное оружие для победы в войне. Многие заплатили жизнью за его заблуждения. Колокол убил ученых, проводивших первые испытания. Их последователи подошли к делу более осторожно и не приближались к Die Glocke без защитных костюмов, но пятеро из семи все равно стали жертвами излучения. – Лицо полковника ожесточилось. – Это не считая тех, кого намеренно подвергали воздействию Колокола, и рабочих, убитых эсэсовцами, чтобы сохранить военную тайну.
– Британские эксперименты оказались более успешными?
Полковник кивнул.
– Главная проблема заключалась не в том, чтобы построить машину. Сложнее было правильно подобрать энергию для ее питания. С этим разобрался Алистер Кроули.
– Оккультист? – уточнил Уилсон, стараясь скрыть недоверие в голосе.
– В то время он работал на контрразведку. Кроули предположил, что наш Колокол работал лучше немецкого, потому что был установлен вблизи лей-линий.
– Простите, сэр. – Уилсон потер челюсть. – Не так-то просто во все это поверить.
– Согласен, капитан. Мне и самому потребовалось время. Но Кроули оказался прав. Когда Колокол перенесли еще ближе к лей-линии, результаты экспериментов существенно улучшились. В конце концов немцы тоже до этого додумались, но из-за месторасположения Die Glocke у них не было возможности проверить гипотезу. Есть документы, подтверждающие, что в 1944-м эсэсовцы пытались доставить небольшой прототип Колокола к неолитическому кругу в Шотландии, но к ним у меня доступа нет.
– А наше устройство находилось в Стоунхендже?
Полковник покачал головой.
– Слишком очевидно. Союзники знали, что нацисты следят за экспериментами, поэтому нужно было найти менее известное место. Рингстоун стал испытательным полигоном для Колокола в Британии. Проект получил кодовое имя «Биг Бен».
– Они использовали местный каменный круг? «Королевскую стражу»?
– Именно. – Полковник подался вперед. – Инопланетное устройство не было оружием, капитан. Оно оказалось телепортом. И оно сработало.

Глава десятая

Клара смотрела на вступившего в каменный круг мужчину, стараясь не показывать, до какой степени ее поразила его маска. Сделанная из белого полупрозрачного пластика, она плотно облегала череп и покрывала всю левую сторону лица, теряясь под воротником рубашки. Кожа по краям маски была красной и сморщенной, а под ней угадывались темные рубцы причудливой формы.
На левой руке Клирфилда поблескивала черная кожаная перчатка. Как и остальная его одежда, она выглядела невероятно дорогой.
– Милый костюм, – сказала Клара, пытаясь взять себя в руки.
– Благодарю.
Маска скрала половину улыбки, но девушка и без этого могла сказать, что никаких теплых чувств мужчина в нее не вкладывал.
– Я Клара. – Она протянула руку для приветствия.
Клирфилд, не обратив внимания на вежливый жест, продолжал целиться в Клару из пистолета.
– Я знаю, кто вы, мисс Освальд. Я разузнал все, как только вас засекли камеры слежения.
– Не сомневаюсь, – ответила Клара, опуская руку.
– Вы на редкость предприимчивая девушка. Смогли уйти от насекомых в деревне, без труда проникли сюда, а потом отправили моих коллег бегать по полю.
– Коллег? – Анджела негодующе фыркнула. – Скорее уж рабов!
– Прошу вас. – Клирфилд театрально вздрогнул. – Рабы – такое неприятное слово.
– Как и нацисты, – заметила Клара, выразительно взглянув на свастику, которая украшала машину в форме колокола. – Военный трофей или семейное наследие?
– Если вы думаете, что я симпатизирую нацистам или тому, за что они боролись, вы глубоко заблуждаетесь, – жестко ответил Клирфилд.
– То есть символы Третьего рейха – всего лишь дань моде? Элемент декора? – Клара подошла к устройству, задумчиво поглаживая подбородок. – Даже не знаю, красный и черный – это прошлогодний тренд.
– Не пытайтесь казаться глупее, чем вы есть, мисс Освальд, – осадил ее Клирфилд. – Я могу не одобрять действия нацистов, но, подобно американцам в послевоенные годы, вполне способен отмахнуться от угрызений совести, чтобы воспользоваться их научными достижениями.
– Понятно. То есть вы у нас – горячий поклонник немецких разработок.
– Вполне определенных немецких разработок, – уточнил человек в маске. – Было создано всего два таких устройства. Одно уничтожили много лет назад. Второе…
Клирфилд ласково погладил машину рукой в перчатке.
– Потребовались годы и очень много денег, чтобы его отыскать.
– Значит, его построили во время войны. – Анджела смотрела, как Клара медленно обходит устройство со свастикой. – И что же оно делает?
– Это портал.
– Портал?
– В другой мир.
– Вы, должно быть, шутите, – нервно рассмеялась ветеринар.
– Анджела, – предостерегающе окликнула ее Клара.
– Интересно… – Клирфилд внимательно посмотрел на девушку. – Похоже, вас это ничуть не удивляет.
– Мы теряем время, Клирфилд! 
Голос, прогремевший в хранилище, был низким и шипящим; от влажного присвиста у Клары по спине забегали мурашки.
– Конечно-конечно, – извиняющимся тоном ответил Клирфилд. – Прошу прощения.
– Что это было? – с ужасом воззрилась на него Клара.
– Это, мисс Освальд, – глубоко вздохнул Клирфилд, – был Виррестер.

– Пришельцы? – недоверчиво уставился на Робина Чарли Беван. – С другой планеты?
– Круто! – восторженно завопил Кевин. Глаза мальчика сияли. – Надо было эту  историю на уроке рассказать!
– Замолчите оба! – Доктор нетерпеливо подался вперед. – Что случилось, когда вы включили Колокол? Что пришло через портал?
– Нечто… Ужасное.
Даже спустя годы при воспоминании об этом у Робина Сэнфорда так дрожали руки, что чай немного плеснулся на рубашку.
– Опишите его!
– Громадное… Дикое… У нас не было ни малейшего шанса!
– Я должен знать!
Доктор придвинулся к старику чуть ли не вплотную, и глаза Робина внезапно расширились.
– Бог мой… Да это же вы!
Кружка выскользнула из ослабевших пальцев и разбилась о плитку. Робин схватился рукой за грудь и кинулся к кухонному ящику, чтобы достать оттуда пузырек с таблетками.
Чарли вскочил со стула и бросился помогать старику.
– Оставьте его в покое! – на бегу рыкнул он Доктору. – Бедняга сейчас с инфарктом свалится!
Он вытряхнул на сморщенную ладонь Робина несколько белых таблеток и налил в стакан воды из-под крана.
Старик с благодарностью принял воду, вернулся на свое место и проглотил таблетки, не сводя с Доктора настороженных глаз.
Повелитель Времени принялся нетерпеливо расхаживать по кухне.
– Мне нужно знать, что вылезло из портала! К какому виду принадлежало существо? С какой планеты прибыло? – Он вдруг остановился и прищурился. Казалось, ему в голову пришла неожиданная мысль.
– Другого выхода нет, – пробормотал Доктор себе под нос. Он повернулся к Робину: – Вы помните, когда это случилось? Точную дату?
Робин уставился на него, не понимая, какое это имеет значение.
– Двадцать второе марта 1994 года. Трудно забыть день, когда погибли все твои друзья.
– Весеннее равноденствие… – Доктор быстро взглянул на висевший на стене календарь. – Какое совпадение, сегодня тоже равноденствие. Все это подводит нас к тому…
Он повернулся к Чарли Бевану.
– Нужно немедленно вернуться к ТАРДИС.
Заметив недоуменное выражение на лице констебля, Доктор вздохнул.
– Синяя телефонная будка, – пояснил он. – Стоит на другом конце деревни.
Но полицейский не слушал Доктора. Он смотрел куда-то мимо его плеча, и глаза Чарли медленно увеличивались.
– Не думаю, что мы сейчас сможем туда попасть, – пробормотал он.
Обернувшись, Доктор увидел за окном исполинскую серую тушу. В следующую секунду раздался звон разбитого стекла, и в кухню просунулась огромная лапа.
Выстрелы и крики привлекли ненужное внимание.
Паук нашел их.

«Ленд Ровер» мчался по узким проселочным дорогам. Капитан Уилсон молчал – слишком много свалилось на него за последние пятнадцать минут. Супероружие нацистов, секретные военные эксперименты… Нападение инопланетян на Рингстоун, в конце концов! Но тяжелее всего оказались последние новости.
Уилсон с самого начала не понимал, почему они не пытаются прорвать периметр. Да, по деревне бродят гигантские жуки, но капитан был уверен, что с бронетранспортерами и экспериментальным инсектицидом из Уорминстера они без труда пробьются к деревне и укрепятся там.
Полковник доходчиво объяснил ему, почему они этого не делают.
Дикинсон получил из Министерства обороны недвусмысленный приказ. В случае обнаружения в Рингстоуне работающего Колокола ему предписывалось эвакуировать окрестности, отвести своих людей и вызвать авианалет. О ядерном ударе речи не шло, но ему разрешили использовать термобарическое тактическое оружие последнего поколения.
На взлетной площадке в Эндовере уже стоял вертолет «Апач» с полными баками и двумя ракетами «Хеллфаер AGM-114N» на борту. Капитан Уилсон чувствовал, как по спине струится холодный пот. Он уже видел «Хеллфаер» в действии и представлял, во что превратят Рингстоун две ракеты…
Мысль о том, что люди в деревне погибнут быстро, не слишком его утешала.
Автомобиль остановился, и Уилсон вслед за полковником направился к обочине, откуда открывался вид на южную часть Рингстоуна. Отряд из шести человек выстроился вдоль невысокого деревянного забора у дороги. Все пристально наблюдали за чем-то происходящим в поле. Уилсон обрадовался, увидев в отряде рядового Арноппа.
Полковник тоже его заметил.
– Рад, что вы снова в строю, рядовой. Как нога?
Арнопп быстро отдал честь.
– Заживает, сэр. Добби… То есть капрал Палмер хорошо меня подлатал.
Дикинсон одобрительно кивнул.
Уилсон подошел к забору и взглянул на маленькую ферму в окружении полей. Кажется, именно она интересовала солдат.
– Что там происходит, рядовой?
– Несколько минут назад оттуда послышались выстрелы, сэр. Мы заметили гражданских. А потом появился паук – Арнопп протянул капитану бинокль. – На крыше, сэр.
Уилсон навел окуляры на дом. На дальнем конце крыши действительно примостился паук. Длинные, покрытые волосками лапы шарили по окнам и дверям, словно тварь раздумывала, как попасть внутрь.
– А я-то жаловался на верблюжьих пауков, – пробормотал капитан.
Он передал бинокль полковнику. В это время по полям прокатилось эхо нового выстрела. Солдаты дружно вскинули оружие. Паук издал леденящий кровь крик, полный боли и ярости, и дернулся, осыпая двор кусками черепицы. Взбешенный тем, что существа внутри дома посмели сопротивляться, он начал молотить по стенам передними лапами.
– Капитан, думаю, нам следует помочь тем людям, – сказал полковник Дикинсон.
– Есть, сэр! – радуясь возможности наконец-то вступить в бой, Уилсон повернулся к Арноппу.
– Рядовой, пришло время восстановить справедливость и отплатить жукам за вашу ногу. По пауку на крыше – огонь на поражение!
– Спасибо, сэр, – ухмыльнулся Арнопп.
Шагнув вперед, он прижал к плечу приклад штурмовой винтовки SA80 и, прищурившись, заглянул в прицел. Секунду спустя выстрел разорвал полуденный воздух.

Едва паук принялся громить дом, разбрасывая повсюду осколки стекла и куски досок, Доктор, Чарли, Робин и Кевин кинулись в укрытие. Констебль пытался перезарядить двустволку, но прежде чем он успел выстрелить, вдали послышался сухой треск винтовки. Старые стены задрожали, принимая на себя огонь скоростных снарядов. Раненый паук завизжал и шарахнулся от окна.
Доктор вскочил на ноги.
– Быстрее! Другого шанса у нас не будет!
Чарли с Доктором помогли Робину подняться и потащили старика из кухни к входной двери.
– Подождите… – просипел Сэнфорд. – Таблетки… Мои таблетки…
Кевин кинулся назад в кухню и схватил пузырек, валявшийся среди мусора на полу. Робин, тяжело дыша, оперся на перила лестницы, которая вела на второй этаж. Когда Кевин принес ему таблетки, он благодарно кивнул.
– Спасибо, парень, – старик посмотрел на Доктора. – Оставьте мальчика со мной. И уведите эту тварь куда-нибудь подальше.
Доктор не торопился с ответом, взвешивая в уме все варианты.
– Мы оба знаем, что со мной вы далеко не уйдете, – настаивал Робин. – Когда паук уберется, мы забаррикадируем окна, и здесь будет безопасно. Идите!
Доктор кивнул.
– Паук скоро придет в себя, так что действовать нужно быстро. Но если мы пойдем пешком, то станем ходячей мишенью. Есть на ферме какой-нибудь транспорт?
Робин потянулся к вешалке рядом с дверью и порылся в кармане старой, заляпанной грязью куртки.
– Мотоциклом управлять умеете? – спросил он, вытаскивая ключи.
– Да! – обрадовался Доктор, но тут же помрачнел. – Или нет. Может быть.
Он раздраженно посмотрел на Робина, словно старик был виноват в его замешательстве.
– Я не знаю! Еще не успел толком разобраться, что умеет это тело.
Во взгляде Сэнфорда читалось явное сомнение в душевном здоровье Доктора.
– Я умею, – негромко сказал Чарли. – Нас учили в полиции.
– Уверен? – подозрительно спросил Доктор.
Констебль пожал плечами.
– Тебе нужно добраться до этой твоей ТАРДИС. На мотоцикле будет быстрее всего.
Доктор бросил ему ключи.
– Хорошо, – сказал он, распахивая дверь. – Идем.

– Капитан! Гражданские выходят из дома!
– Прекратить огонь, рядовой!
Уилсон схватил бинокль и увидел, как от входной двери бегут двое мужчин. Оглушенный выстрелом паук притаился позади дома. Бегущие пересекли двор и добрались до покосившегося сарая; один из них начал возиться с цепью и висячим замком. Наконец цепь упала, и двери открылись. Скрип проржавевших петель был слышен даже на расстоянии. Паук встрепенулся, привлеченный внезапным шумом, и начал осторожно красться вокруг дома.
– Давайте, ну давайте же… – шептал Уилсон, глядя, как мужчины скрываются в полумраке сарая. Что бы они там ни делали, времени у них оставалось все меньше.
Целую вечность ничего не происходило – только паук медленно и неотвратимо приближался ко двору. Вдруг из сарая донесся хриплый рев мотора. Уилсон едва сдержал восторженный крик, когда из дверей, поблескивая зелеными боками, вылетел древний «Нортон Бит 4» с коляской.
Увидев, что добыча вылезла из укрытия, паук с пугающей скоростью устремился за мотоциклом.
– Рядовой! – закричал Уилсон. – Прикройте их!
Винтовка в руках Арноппа снова ожила, и пули защелкали по булыжникам двора, вынуждая паука остановиться.
Мужчины на мотоцикле воспользовались заминкой. Шины взвизгнули, и «Нортон», рыча мощным нижнеклапанным двигателем, помчался к дороге.
Раздосадованный паук, подвывая от боли, скрылся за деревьями. Он не оставлял надежды нагнать своих чересчур шустрых жертв.
Уилсон опустил бинокль и с торжествующей ухмылкой повернулся к застывшим в ожидании солдатам:
– Рядовой, достаньте радиостанцию. Попробуем узнать, куда направились эти двое!

Глава одиннадцатая

Клара встревоженно наблюдала, как «коллеги» Клирфилда уводят Анджелу. Перепуганная ветеринар обернулась на девушку в последний раз, и ее вывели из хранилища. Клара осталась наедине с таинственным хозяином центра агрокультурных исследований.
– Не волнуйтесь, Клара, – сказал Клирфилд, проследив за ее взглядом. – Ведь я могу называть вас Кларой? Вашей подруге ничего не грозит. Я просто хочу убедиться, что вы будете вести себя благоразумно.
– Людям в деревне тоже ничего не грозит?
– Они находятся под воздействием препарата, только и всего. Я бы предпочел эвакуировать жителей до начала равноденствия, но… – Он пожал плечами. – Я слегка ограничен в средствах. Поверьте, я никому не желаю зла.
– Скажите это Алану Трэверсу, – сердито ответила Клара. – И Берту Митчеллу. И тем, кто был в вертолете. Чудовища, которых вы создали, убивают людей!
Клирфилд покраснел и отвернулся.
– В этом нет моей вины. Иногда они выходят из-под контроля.
– И это ваше оправдание? – Клара не верила своим ушам.
– Вы не представляете, с какими трудностями мне пришлось столкнуться…
– Довольно!  – снова раздался мерзкий булькающий голос. – Зачем ты тратишь время на пустые разговоры? 
– Но она должна понять!
– Ты споришь со мной? 
– Нет-нет, прошу прощения. Но пожалуйста… Если бы я мог объяснить ей, что мы пытаемся сделать… – Клирфилд повернулся к Кларе и револьвером указал на стул возле консоли. – Сядьте.
Клара выразительно посмотрела на пистолет. Клирфилд с извиняющейся улыбкой убрал его в кобуру под пиджаком.
– Спасибо, – коротко кивнула девушка и присела на край стула. – Я вся внимание.
– Во время Второй мировой войны в Рингстоуне проводился эксперимент по установлению контакта с инопланетными существами…
Мотоцикл с головокружительной скоростью несся по проселочным дорогам. Доктор отчаянно цеплялся за коляску, стараясь не вылететь за борт. Поначалу он слышал, как паук ломится через растущие по обочинам кусты и деревья, но военный мотоцикл, несмотря на почтенный возраст, все-таки значительно опережал его в скорости, и чудовище постепенно отстало.
Понимая, что рев мотора неизбежно привлечет внимание тех, кто засел в деревне, Доктор достал отвертку и активировал звуковой щит. Хотя бы от комаров он должен их уберечь.
– Куда ехать-то? – Доктор едва слышал слова Чарли Бевана за рокотом двигателя.
– Желтое поле за каменным кругом! – прокричал он в ответ. – И там – прямо к синей телефонной будке!
– Куда?
– Просто езжай!
Чарли выкрутил ручку газа, и «Нортон» с новыми силами рванул вперед. Мотоцикл уже ехал по рассекающей деревню зеленой полосе, когда констебль вдруг затормозил перед почтой.
– Что ты делаешь? – раздраженно спросил Доктор.
– Смотри, – негромко сказал Чарли.
В центре деревни неподвижно стояла огромная толпа – мужчины, женщины, дети. На военном мемориале устроились несколько гигантских комаров. Насекомые грелись на солнце и, время от времени лениво шевеля крыльями, наполняли воздух низким гулом.
– Кажется, здесь вся деревня… – выдохнул констебль.
Доктор постучал по губам звуковой отверткой.
– А есть другой способ попасть на поле?
– Можно поехать по кольцевой дороге, но где гарантии, что ее не перегородили пауки?
– Тогда придется через толпу, – сказал Доктор.
– Ты хочешь, чтобы я ехал по головам? – ужаснулся Чарли.
– Нет, конечно! – рявкнул Доктор. – Постарайся удержать этот драндулет, а уж я расчищу нам путь.
Выкрутив рукоять отвертки, он принялся возиться с настройками, изменяя мощность и радиус действия звукового щита. Доктор был предельно осторожен: он помнил, что эти люди не по своей воле участвуют в происходящем, и не хотел навредить им больше, чем требовалось. Ко всему прочему щит не должен был ударить по ним с Чарли.
Добившись нужного результата, он повернулся к констеблю.
– Готово. Посмотрим, что получится.
Направив отвертку на толпу, он нажал на кнопку. Реакция не заставила себя ждать: жители деревни завертелись на месте, прижимая руки к ушам.
– Давай! – закричал Доктор.
Чарли выжал газ, и «Нортон» с ревом понесся по зеленой полосе. Пара человек все-таки попыталась броситься им наперерез, но констебль показал себя искусным водителем и ушел от столкновения.
Когда они проехали через толпу, Чарли не удержался от радостного «Получилось!». Однако улыбка на его лице быстро померкла, стоило полицейскому заглянуть в зеркала заднего вида. От жителей деревни они, может быть, и ушли, но к делу подключились комары.
Насекомые снялись с мемориала и кинулись в погоню. Выжимая из двигателя все, что можно, Чарли мчался по пешеходной дорожке к выезду из деревни. Мотоцикл едва протиснулся в узкую калитку, ободрав краску и потеряв одно крыло.
– Сомневаюсь, что Робин Сэнфорд еще когда-нибудь одолжит тебе мотоцикл, – укоризненно посмотрел на него Доктор.
Привстав на сиденье, он повернулся назад и навел отвертку на гнавшуюся за ними стаю. Насекомые со злобным гулом шарахнулись в сторону, уклоняясь от звуковой волны.
Мотоцикл пролетел мимо каменного круга и, подпрыгивая, понесся по тропинке к полю, где приземлилась ТАРДИС.
– Что за?.. – пробормотал Чарли, заметив телефонную будку, которая совершенно не вписывалась в пейзаж. – Ее тут раньше не было!
– Езжай! – закричал Доктор, падая обратно в коляску и перенастраивая отвертку. – Прямо к дверям!
«Нортон» мчался по полю, поднимая в воздух облака одуванчикового пуха. К жужжанию отвертки присоединился тонкий крик Чарли Бевана, который понимал, что столкновение с будкой неизбежно.
Двери распахнулись в самый последний момент. Мотоцикл, взвизгнув тормозами, остановился посреди комнаты управления. Чарли Беван заглушил мотор. Семена одуванчиков медленно оседали на консоли.
Доктор выскочил из коляски, закрыл двери и кинулся к панели управления.
– Клара делает это с куда большим изяществом – и меньшим шумом, – не удержался от шпильки Повелитель Времени.
Полицейский слез с мотоцикла и принялся изумленно оглядывать ТАРДИС.
– Это же…
– Невозможно, больше внутри, чем снаружи, противоречит законам физики, и так далее, и тому подобное…
– Машина времени, верно?
Доктор от удивления даже оторвался от консоли. Чарли устало улыбнулся в ответ.
– Ты ведь поэтому требовал, чтобы Робин назвал точную дату? Хотел вернуться и посмотреть, что случилось?
– Да. – Доктор неожиданно зауважал деревенского констебля. – Именно это мы и собираемся сделать.
Он потянул за рычаг, приводя в движение роторы над панелью управления.
– Добро пожаловать на борт!

Глава двенадцатая

Рядовой Робин Сэнфорд, приписанный к 14-му Уилтширскому батальону гражданской обороны, еще раз оглянулся через плечо, а потом наклонился и чиркнул спичкой о шероховатый камень.
Едва он поднес пламя к свернутой на скорую руку самокрутке, темноту разрезал скрипучий голос:
– Эти штуки вас прикончат, рядовой Сэнфорд. Если, конечно, я не сделаю этого раньше.
Робин мысленно чертыхнулся и, позволив самокрутке упасть в грязь, раздавил ее каблуком тяжелого армейского ботинка. Затем он вытянулся по стойке «смирно» перед сержантом Десмондом Хьюзом, который как раз вступил в каменный круг.
– И чем вы, по-вашему, занимаетесь? – пророкотал сержант.
– Мне показалось, я что-то услышал, сэр!
– Да неужели? – сержант придвинулся чуть ли не вплотную к Сэнфорду. Еще чуть-чуть – и он неизбежно ткнулся бы в рядового носом. – И что же вы, по-вашему, услышали?
– То ли хрип, то ли стон, сэр!
– То ли хрип, то ли стон?
– Да, сэр! И заметил вспышку света. Подумал, что нужно проверить. Вдруг это корабль инопланетян, о котором все время говорит мистер Черчилль? – ухмыльнулся Сэнфорд.
Сержант медленно обвел взглядом темные поля.
– Никаких кораблей я не вижу, рядовой. Зато с удовольствием послушаю, как вы будете хрипеть, помогая выгружать оборудование для правительственного эксперимента! Надеюсь, вы все поняли?
– Так точно, сэр!
– Тогда бегом марш на разгрузку!
Но перед тем, как Робин скрылся в темноте, сержант схватил его за руку.
– Рядовой Сэнфорд…
– Сэр?
– Глядите в оба. Здесь что-то нечисто. Поэтому… Посматривайте по сторонам.
Озадаченный Сэнфорд молча кивнул и поспешил туда, где его однополчане пытались стащить с грузовика громадный металлический колокол.
Сержант Хьюз в последний раз окинул взглядом поле. Все было тихо, только где-то в ночи шумно вздыхали коровы.
– То ли хрип, то ли стон, что б меня, – насмешливо фыркнул сержант и, подняв воротник от усиливавшегося ветра, зашагал к солдатам.

Скрючившись за коровами, Доктор наблюдал, как сержант медленно растворяется в чернильной тьме английской ночи. Рядом с ним в траве притаился Чарли Беван. Констебль еще не до конца пришел в себя после перемещения во времени.
– Сработало, – бормотал он, ни к кому конкретно не обращаясь. – Мы попали в прошлое!
– Сейчас двадцать первое марта 1944 года, – невозмутимо отозвался Доктор. – Как я и говорил, мы должны выяснить, что случилось в этот день.
– А я-то думал, ты собрался в библиотеку! – В голосе Чарли проскальзывали истерические нотки. Доктор положил руку полицейскому на плечо и крепко его сжал.
– Констебль, – твердо произнес он. – Я понимаю, что за последние несколько часов тебе через многое пришлось пройти, но ты нужен мне полностью собранным.
Чарли вытащил из кармана давно уже не белый платок, вытер лицо и глубоко вздохнул.
– Мы помешаем им сделать то, что они собрались, я правильно понял?
Лицо Доктора посуровело.
– События этой ночи уже стали частью истории, изменить которую нельзя. Мы не можем повлиять на то, что должно случиться. Сегодня мы лишь наблюдатели.
Чарли кивнул.
– Ну, вряд ли здесь опаснее, чем там, откуда мы прилетели, – с преувеличенной бодростью предположил он. Доктор ничего не ответил, и констебль снова приуныл.
– В твоем времени на месте одного из камней стоит бетонная тумба с табличкой. – Доктор указал на круг, который недавно покинул сержант. – Помнишь, что на ней написано?
Полицейский неуверенно пожал плечами.
– Вроде как история этих камней. Когда их поставили и зачем, и почему одного нет… – Чарли запнулся, осмысляя собственные слова. – Во Вторую мировую круг разбомбили немецкие самолеты, – прошептал он побелевшими губами.
Доктор кивнул и поднял костлявый палец к затянутому тучами небу. Из-за темных облаков явственно доносился гул самолета.

Сержант Хьюз тоже его услышал. Он направился в сторону деревни, встревоженно поглядывая на солдат, которые перекладывали Колокол на тележку. Посреди зеленой полосы сержант разглядел 90-сантиметровый прожектор.
– Рядовой Сэнфорд! – завопил Хьюз.
Робин шустро подскочил к офицеру. На лице рядового застыло неизменное выражение человека, которого застали за каким-то запрещенным делом.
– Сержант?
– Почему прожектор здесь, а не на ложной позиции?
Командование с самого начала опасалось, что их заметят с воздуха. В Рингстоуне было запрещено зажигать огни в темное время суток, но когда начинались испытания, пурпурное сияние Колокола разносилось на многие мили окрест. Если верить донесениям разведки, немцы догадывались, чем они занимаются, и даже примерно знали, где именно. Поэтому решено было создать ложный полигон в нескольких километрах от настоящего. Хьюз послал отряд с приказом соорудить подобие Колокола и расставить вокруг прожекторы, чтобы обмануть авиацию. Если повезет, Люфтваффе впустую потратит бомбы на перепахивание Солсберийской равнины.
– Рядовой Гоулд сказал, что им хватает, сэр, – отрапортовал Сэнфорд. – Разговаривал с ним час назад. Говорит, все сияет, как на Рождество. Они даже притащили старый церковный колокол, чтобы обдурить фрицев по полной!
– Передай рядовому Гоулду, если бы я хотел, чтобы он проявлял инициативу, я бы его об этом попросил! – прорычал сержант. – А я хочу, чтобы прожектор доставили на место и немедленно включили. Если тучи разойдутся, немецкий разведчик должен заметить ложную цель хоть из космоса!
– Есть, сэр! – Сэнфорд рванул к пункту связи, который разместился в зале собраний. Пока он бежал, на подъезде к деревне показался черный служебный «Остин», откуда торопливо вылез худощавый молодой человек в штатском.
Хьюз едва слышно выругался.
– Отлично. Только умников нам здесь не хватало.
Мужчина приблизился к каменному кругу, осторожно ступая по грязной дороге.
– Сержант Хьюз! Почему устройство еще не на месте? Вы должны были установить его десять минут назад!
– Мои люди работают над этим, профессор.
– Время имеет ключевое значение! – Глаза профессора сердито сверкали за стеклами очков в проволочной оправе. – Если мы не включим устройство точно в момент весеннего равноденствия…
– Я прекрасно знаю, чем это грозит, сэр, – твердо ответил сержант. – Но состояние дорог таково, что доставка устройства на позицию заняла больше времени, чем мы рассчитывали. Я уже привлек дополнительных людей, чтобы наверстать упущенное.
Профессор недовольно фыркнул, потом глубоко вздохнул и взял себя в руки.
– Простите, что сорвался, сержант. Я понимаю, в нынешних обстоятельствах вы делаете все, что можете.
– Хотите проверить пульт управления, сэр? – Хьюз указал на большой серый грузовик, стоявший в паре сотен метров от каменного круга.
Ученый кивнул, и мужчины пошли по мокрой от дождя траве.
– Наверное, оборудование оказалось тяжелее, чем вы предполагали? – спросил профессор.
– Значительно. У нас не было техники для его транспортировки – не считая тракторов, а я не хотел без крайней необходимости задействовать местных. Пришлось одолжить «Матадор» у ребят с авиабазы в Лайнеме.
Мужчины посторонились, пропуская солдата, который на бегу разматывал толстый кабель с барабана.
– А где, кстати, местные? – поинтересовался профессор. – По дороге я никого не заметил.
– Их эвакуировали в Чиппенхэм. В разведке обещали придумать какую-нибудь вразумительную историю для прикрытия. Ну, удачи им, потому что местные – ребята на редкость вздорные.
– Утром они нам скажут спасибо. Уже завтра деревня Рингстоун будет у всех на слуху.
Профессор потянулся к ручке двери, за которой скрывался пульт управления.
– Нет, сэр! Подождите! – попытался остановить его Хьюз, но не успел.
Дверь распахнулась, и из фургона вырвался поток яркого света.

Когда лампы в грузовике на мгновение озарили стоявших перед ним людей, Чарли Беван ахнул от изумления.
– Не может быть!
– В чем дело? – покосился на него Доктор. – Что не так?
– Тот человек…
– Ученый?
– Я знаю, кто это!
– Я рад, что вы разбираетесь в местной истории, – сухо сказал Доктор.
– Нет, вы не поняли! Мы с ним уже встречались, буквально три дня назад. Ему принадлежит центр агрокультурных исследований возле Рингстоуна. Это Джейсон Клирфилд.

Глава тринадцатая

Из деревни послышались встревоженные крики:
– Эй! Погасите свет!
Сержант Хьюз оттолкнул Клирфилда и кинулся к выключателю в кузове. Через секунду Рингстоун вновь погрузился в сумрак.
– Простите, что не предупредил, сэр. Мы соблюдаем протоколы затемнения. Перед тем как открыть дверь, нужно постучать два раза, чтобы команда внутри выключила свет.
– Да-да, конечно, – запинаясь, ответил Клирфилд. – Я все понимаю, разумная предосторожность.
Рядовой Сэнфорд уже бежал к ним через поле, стуча ботинками по камням.
– Умники хреновы, вы хоть знаете, что такое «затемнение»? – начал было он, но резко сбавил тон, разглядев Хьюза. – Простите, сержант…
– Ничего страшного, рядовой, – успокоил его Хьюз. – Все под контролем. Как продвигаются дела с Колоколом?
– Устройство уже на позиции, сэр. Скоро будет готово к подключению.
– Хорошо, – одобрительно кивнул Хьюз. – Профессор, думаю, вам стоит понаблюдать за установкой.
– Отличная мысль. Показывайте дорогу, рядовой.
Сэнфорд повел Клирфилда к каменному кругу, посреди которого возвышался Колокол. Хьюз поднял глаза к клубящемуся тучами небу, проверяя, не заметил ли их немецкий самолет-разведчик.
– Ученые… – едва слышно пробормотал он. – Сидели б лучше в своих лабораториях.

Доктор проводил взглядом Клирфилда, который направлялся к темнеющей в ночи громаде Колокола. Чарли Беван продолжал настаивать, что лично общался с этим человеком в 2014 году. Констебль узнал его даже без маски.
Доктор почесал подбородок. Возможно ли, что эксперименты с Колоколом как-то связаны с путешествиями во времени? Был лишь один способ узнать истину.
– Я должен посмотреть, что там в грузовике, – прошептал он.
– С ума сошел? Ты не можешь просто так туда пойти и забраться внутрь.
– Почему? – нахмурился Доктор.
– Потому что идет война! И если тебя поймают, то пристрелят на месте, как шпиона!
– Справедливо, – кивнул Доктор и оглядел констебля с головы до ног. – Если память мне не изменяет, форма британской полиции с 1944 года мало изменилась. Но кое-что все-таки нужно подправить.
Доктор протянул руку и пригладил волосы Чарли так, чтобы получился прямой пробор.
– Вот теперь все как надо! – довольно сказал он. – В темноте никто не заподозрит, что ты не из этого времени.
– И ты хочешь, чтобы мы просто туда пошли? – План Доктора по-прежнему не вызывал у Чарли особого доверия.
– Я же не предлагаю бегать и кричать, привлекая внимание! Если нас заметят, будем вести себя как ни в чем не бывало. Это всегда работает.
– Хорошо. Допустим, меня действительно примут за полицейского. А ты кем будешь?
Доктор взлохматил волосы и выразительно пошевелил бровями.
– Ты веришь в сумасшедших ученых?
– Кажется, я теперь во что угодно поверю… – пробурчал констебль.
– Вот и отлично!
Прежде чем Чарли успел что-то возразить, Доктор поднялся и пошел по краю поля к тому месту, где стоял армейский грузовик с пультом управления. Почувствовав, как по макушке застучали первые капли дождя, Чарли поежился и побежал за ним.

– Нет, нет и нет! Он должен стоять точно на лей-линии, которая проходит через церковь, круг и Уиндхэмский шпиль! – Клирфилд снял очки и устало потер переносицу. – Вы что, не читали инструкцию, которую я прислал?
– Успокойтесь, профессор. Получили мы ваши инструкции – на редкость скучная штука, должен сказать. С журналами про голых дамочек не сравнится, – хохотнул Сэнфорд, подмигивая сослуживцам.
Клирфилд вытащил из кармана платок и вытер капли дождя с очков. По всему было видно, что ученый едва сдерживается.
– Если бы вы, рядовой, удосужились прочитать инструкцию, то знали бы, что работа Колокола в немалой степени зависит от его расположения относительно каменного круга. Поэтому не могли бы вы…
– Вот, кстати, об этом, – намеренно перебил его Сэнфорд. – Мы тут с ребятами решили, что лучше будет поставить его прямо в круг. А что? Как затычку в бочку. Неплохо, да?
– В самом деле? – Клирфилд вернул очки на нос. – Рядовой, вы хоть представляете, что будет, если мы активируем устройство непосредственно в круге?
Сэнфорд пожал плечами и уже хотел было ответить, но Клирфилд его опередил:
– Все растения в радиусе ста метров лишатся хлорофилла и побелеют. Все животные погибнут, поскольку их мягкие ткани кристаллизируются. Только представьте, рядовой: ваши легкие, сердце, мозг – все органы окаменеют, не успеете вы и глазом моргнуть. А потом ваш труп начнет растворяться, и в конце концов от вас останется лишь лужа густой черной слизи. Которая, впрочем, тоже скоро испарится. Нацисты на полигоне в Польше рассуждали в точности как вы. И вот что случилось с испытуемыми, которых подвергли излучению Колокола. Поэтому, если вы не хотите превратиться в лужу слизи, будьте добры поставить устройство туда, куда я сказал.
Солдаты подавленно молчали. Потом один перекрестился дрожащей рукой.
– К счастью, среди вас есть люди, которые понимают природу Колокола куда лучше немцев. Так что давайте вы оставите мою работу мне, а сами будете делать то, что вам велено, – закончил Клирфилд.
Несколько секунд Сэнфорд, не отрываясь, смотрел на ученого, потом опустил взгляд.
– Есть, сэр, – только и сказал он.
Солдаты кинулись перетаскивать Колокол, и Клирфилд тяжело вздохнул. Он никогда не был хорош в конфронтациях. Разговор с Сэнфордом напомнил ученому о годах в закрытой школе, где ему приходилось противостоять парням, которые были гораздо крупнее и тупее его.
– Неплохо, профессор, очень неплохо.
Голос за спиной заставил Клирфилда подскочить. Обернувшись, он увидел Хьюза. Тот улыбался, словно произошедшее немало его позабавило.
– Вам следовало пойти в армию, – продолжил сержант. – Из вас вышел бы хороший офицер. Но что из сказанного вами – правда? – добавил он, помолчав.
– Все до последнего слова, сержант. В непосредственной близости от круга Колокол начинает бесконтрольно менять все вокруг. Если что-то пойдет не так, мы умрем.
– А если так ?
Клирфилд запрокинул голову и посмотрел в небо.
– Тогда Вселенная для нас никогда уже не будет прежней.

Доктор шагал по полю, не забывая поглядывать по сторонам. Чарли Беван старался не отставать. Дождь разошелся не на шутку, превратив землю под ногами в жидкую грязь.
Когда они подошли к грузовику, Доктор заглянул в пустую кабину и достал оттуда планшет и коричневый рабочий халат. Накинув его на плечи, он вытащил из нагрудного кармана Чарли карандаш и сунул его за ухо.
– Правильный реквизит никогда не помешает. Подожди здесь, я быстро.
С этими словами Доктор кинулся к задней части фургона и дважды постучал. Внутри кто-то завозился, потом дверь открылась, и Доктор пропал из виду.
Фургон оказался доверху забит сложнейшим электронным оборудованием. Доктор был впечатлен. Судя по всему, для эксперимента в Рингстоуне правительство не поскупилось на последние технические новшества. Одну стену целиком занимала переносная версия секретного компьютера «Колосс» из Блетчли-парка; некоторые приборы следили за уровнем радиации, электромагнитными полями, температурой и влажностью, другие фиксировали сейсмические возмущения, астрономические данные, а также изменения погоды. Совершенно неуместно на этом фоне выглядели развешанные то тут, то там плакаты с оккультными символами, астрологические диаграммы и раскиданные по консолям книги о верованиях древних кельтов.
Щелканью и потрескиванию приборов вторил низкий гул трансформаторов.
Когда глаза Доктора свыклись с тусклым освещением, он заметил, что на него смотрят несколько человек в точно таких же коричневых халатах.
– Здравствуйте, я Доктор… Макгиннесс из Сент-Эндрюсского университета, – улыбнулся он. – Министерство Обороны отправило меня наблюдать за сегодняшним экспериментом. И вот он я. Наблюдаю.
Он вытащил карандаш из-за уха и начал что-то быстро писать на планшете.
– Пожалуйста, продолжайте. Представьте, что меня здесь нет.
Не обращая внимания на озадаченные лица ученых, Доктор направился к «Колоссу» и вцепился в узкую бумажную ленту, которая выползала из телеграфной машины. Просматривая текст сообщений, он не забывал старательно выводить каракули. Доктор понимал, что рано или поздно ученые опомнятся и начнут задавать неудобные вопросы, поэтому хотел собрать информацию как можно скорее.
Внезапно внимание Доктора привлекло письмо на бланке Королевской обсерватории, и он не замедлил ознакомиться с его содержанием. Судя по всему, они пытались определить источник таинственного радиосигнала, но их поиски до сих пор не увенчались успехом.
– Проклятие, – шепотом выругался Доктор и постучал карандашом по губам. Уже через год или два они могли бы воспользоваться телескопом на экспериментальной станции «Джодрелл Бэнк» в Манчестере, но сейчас…
– Извините, – снова обратился он к ученым. – А вы не думали поменять полярность антенны, которая торчит на крыше? Тогда при помощи радиоточки – пусть даже она у вас и примитивная – можно будет сделать узкополосный радиотелескоп и отследить источник сигнала.
Трое ученых смотрели на Доктора так, будто он заговорил с ними на китайском.
– Видимо, не думали, – пробормотал он и повернулся к «Колоссу». – Я могу связаться с заводом по производству радаров в Малмсбери. Вполне возможно, у ребят найдется какая-нибудь штуковина, чтобы нас выручить. Они передо мной в долгу – зимой тридцать девятого я починил им котел центрального отопления.
– Я сильно сомневаюсь, что вам следует знать о секретном военном предприятии в Малмсбери, – холодно сказал кто-то у двери. – А уж здесь вам точно делать нечего.
Обернувшись, Доктор обнаружил, что пистолет сержанта Хьюза нацелен прямо на него.
– На выход.

Доктор вылез из грузовика под проливной дождь и оказался перед шеренгой солдат с поднятыми винтовками. Чарли Беван стоял сбоку от них, сложив руки за головой. Доктору приказали встать рядом, после чего один из солдат быстро его обыскал.
Констебль виновато посмотрел на Доктора.
– Кажется, в наш маскарад никто не поверил.
Доктор не ответил – только помрачнел, когда солдат достал у него из кармана звуковую отвертку и передал ее сержанту Хьюзу.
– Что это за люди, сержант?
Профессор Клирфилд спешил к ним через поле. Мокрые волосы облепили голову ученого, брюки и ботинки покрывала грязь.
– Понятия не имею, сэр. Один утверждает, что является здешним констеблем…
– Он точно не из местных, – влез в разговор рядовой Сэнфорд. – Констебль Шарплз помогал нам с эвакуацией и отбыл в Чиппенхэм несколько часов назад.
– А этот? – Клирфилд смерил Доктора подозрительным взглядом.
– Понятия не имею, сэр, – повторил сержант. – Говорит, что доктор.
– В самом деле? – фыркнул Клирфилд. – Немцы могли придумать для своих шпионов легенды получше.
– Мы нашли у него вот это. – Хьюз передал профессору звуковую отвертку.
Клирфилд повертел инструмент в руках и нахмурился. Потом нажал на кнопку, отчего лепестки отвертки раскрылись, а кончик замерцал зеленым светом. Ученый озадаченно посмотрел на Доктора.
– Что это за инструмент?
– Детектор идиотов. Загорается в руках самонадеянных ботаников, которые строят из себя бог весть что, – ответил Доктор.
По шеренге солдат прокатился смешок. Клирфилд сжал отвертку и сунул ее в карман.
– У меня нет времени на всякую ерунду. Мы и так отстаем от расписания. Сержант, заприте этих двоих в каком-нибудь надежном месте. Я допрошу их позже.
– Сэр. – Сержант кивнул и повернулся к солдатам. – Раймилл, Грин! Посадите их в грузовик, на котором привезли Колокол. Я хочу, чтобы они все время были на виду. Глаз с них не спускайте!
Схватив Доктора и Бевана под руки, солдаты потащили их машине.
– Сэнфорд, а вы проверьте, нет ли тут еще посторонних, – приказал Хьюз.
– Даже если и есть, они опоздали. – Глаза Клирфилда сверкнули в предвкушении. – Мы запустим Колокол через десять минут.

Сидя в кузове грузовика, куда их запихнули солдаты, Доктор наблюдал за людьми, которые суетились возле каменного круга. Он покосился на часы. До равноденствия оставалось всего несколько минут.
Внешне Доктор выглядел абсолютно спокойным, хотя мысленно не переставал поносить себя последними словами. Он планировал небольшую вылазку для сбора информации и был уверен, что им удастся уйти прежде, чем их кто-нибудь заметит. А теперь звуковая отвертка оказалась в руках ученого, которому хватит мозгов разобраться, как она работает. И есть все шансы, что в итоге отвертка окажется в распоряжении Британской армии.
Хотя…
Если Робин Сэнфорд из будущего не впал в маразм и сказал правду о случившемся ночью двадцать первого марта 1944 года, то все присутствующие в скором времени будут убиты Колоколом. Точнее, тем, кому он откроет дорогу в этот мир. Все, кроме Роберта Сэнфорда.
И профессора Клирфилда.
Доктор еще раз посмотрел на часы. В любом случае, ждать осталось меньше четырех минут.
Профессор Клирфилд стоял у пульта управления и наблюдал, как секундная стрелка торопливо бежит по циферблату настенных часов.
– Приготовьтесь начать первую фазу по моей команде… Начали!
Послышался нарастающий гул, и грузовик задрожал. Стрелки на датчиках заплясали, подбираясь к высоким делениям.
– Приготовьтесь к переходу ко второй фазе… – Теперь Клирфилду приходилось повышать голос, чтобы его услышали. – Начали!
Гул перешел в свист. Профессор вскочил со своего места и кинулся к двери.
– Переходите к третьей фазе! Я должен это видеть!
Наполняющийся энергией Колокол пульсировал в поле возле круга. Сквозь решетки у его основания проскакивали пурпурные всполохи, терявшиеся в мокрой траве. Блестящая керамическая обшивка дымилась под дождем, в воздухе нарастал запах озона.
Волоски на шее Клирфилда встали дыбом, но это не имело никакого отношения к статическому электричеству, которое вырабатывало устройство. В центре каменного круга нарастало свечение.
– Получается… – прошептал профессор. – Оно работает!
Внезапно в отдалении загрохотали зенитные орудия, и Клирфилд испуганно вскинул голову. Небо за лесом тускло светилось, обозначая ложную позицию на Солсберийской равнине. Ученый оглянулся на сержанта Хьюза, но тот был поглощен происходящим в круге.
Вырезанные на камнях узоры засияли голубым. С каждой секундой они светились все ярче, отчего в какой-то миг стало казаться, будто линии движутся.
Один из ученых выглянул из грузовика с оборудованием.
– Устройство работает на полную мощность!
Клирфилд затаил дыхание. До наступления равноденствия оставалось несколько секунд…
Центр круга взорвался ослепительным светом – и с таким звуком, будто кто-то ударил в тысячу колоколов. Клирфилд вскрикнул и прикрыл глаза рукой. Отовсюду доносились крики боли и звон разбитого стекла.
А потом на Рингстоун вдруг обрушилась такая тишина, что Клирфилду на мгновение показалось, будто у него лопнули барабанные перепонки.
С трудом разлепив слезящиеся глаза, он попытался рассмотреть, что стало с его экспериментом. Колокол погас, пурпурное сияние утихло, обшивка устройства медленно остывала. Каменный круг тоже погрузился в темноту, но посреди него двигалось что-то большое и черное.
Клирфилд с отчаянно колотящимся сердцем пошел вперед. Замешкавшиеся было солдаты последовали за ним, нервно сжимая в руках винтовки.
Едва один из них приблизился к камням, из темноты вынырнула гигантская клешня. Не успел никто опомниться, как она схватила беднягу и буквально перекусила пополам.
Клирфилд в ужасе отшатнулся: из круга вылезал огромный черный скорпион.

Глава четырнадцатая

Сидевший в грузовике Чарли Беван в ужасе вытаращился на скорпиона, который появился из ниоткуда и злобно щелкал острыми, как бритва, клешнями. Когда монстр расправился с первым солдатом, остальные на секунду оцепенели, а потом ночной воздух разорвали многочисленные выстрелы.
– Что это? – охрипшим голосом спросил констебль.
– Виррестер, – мрачно ответил Доктор.
– Кто?
– Виррестер. Арахнид-мутант с планеты Типолчактас в спирали Фури-Кинга. Умный, жестокий, опасный.
Доктор повернулся к солдатам, которые сидели вместе с ними в кузове и с открытым ртом наблюдали за разворачивавшейся битвой.
– Так и будем смотреть?
Рядовые переглянулись – им приказали сторожить пленных, но…
– Их всех сейчас перебьют! – крикнул Доктор.
Солдаты выпрыгнули из кузова, рванули винтовки с плеча и бросились навстречу монстру.
Доктор удовлетворенно кивнул и встал.
– Что ж, думаю, хитроумный план побега нам теперь ни к чему.
– А они смогут его остановить? – констебль проводил взглядом кинувшихся в бой парней. На вид они были совсем мальчишками.
– Нет, – ответил Доктор. – Ты ведь слышал, что сказал Робин.
– То есть ты сейчас послал их на верную смерть.
– Они и так мертвы. На момент нашей с тобой встречи они были мертвы уже семьдесят лет, – сухо сказал Доктор. – И что бы мы ни сделали, этого не изменить.
– И теперь мы просто отправимся домой? – обескуражено спросил Чарли.
– Нет. Сначала я верну себе звуковую отвертку, – ответил Доктор, спрыгивая на землю. – Жди здесь.
Чарли вдруг стало страшно. Ничуть не меньше огромного скорпиона его пугал человек, который перенес констебля назад во времени. Сейчас полицейскому больше всего на свете хотелось оказаться как можно дальше от Доктора. Но, глядя вслед идущему по зеленой полосе старику, Чарли понимал, что выбора у него нет: если он хочет спастись из этого кошмара, то должен делать, как ему велено.

* * *

Клирфилд, спотыкаясь, бежал прочь от каменного круга – и чудовища, которое он своим экспериментом перенес на Землю. Если бы он только смог добраться до пульта управления и поменять настройки Колокола…
Поскользнувшись на грязи, Клирфилд упал, и что-то острое вонзилось ему между лопаток. Ученому показалось, будто по жилам потек жидкий огонь. Он заорал от боли и попытался встать, но нападавший буквально пришпилил его к земле.
Обжигающая волна распространялась по телу, пока в мире не осталось ничего, кроме нее. Потом жар начал постепенно спадать, и в какой-то момент Клирфилд понял, что его больше не держат. С трудом перекатившись на спину, он оказался лицом к лицу с инопланетным монстром.
Несмотря на боль, ученый не мог не восхититься вынырнувшим из портала созданием. На первый взгляд оно походило на земного скорпиона, но вблизи становились очевидными различия. Нависшее над Клирфилдом лицо принадлежало не движимому инстинктами членистоногому, но существу явно разумному – пусть и на свой, чужеродный лад. Черные глаза, казалось, смотрели ему прямо в душу, а мандибулы шевелились, произнося слова на непонятном грубом языке.
За спиной инопланетянина покачивался увенчанный ядовитым жалом хвост. Две громадные клешни, на которых Клирфилд заметил узоры, в точности повторявшие рисунки на камнях, медленно сжимались и разжимались, пока существо неторопливо изучало жертву.
Застучавшие по панцирю пули заставили его отвлечься. Скорпион дернулся и, раздраженно шипя, повернулся к солдатам. Клешни замелькали в воздухе, отсекая руки, ноги и даже головы.
Когда монстр погнал солдат по полю, Клирфилд заметил человека, идущего к нему сквозь пелену дождя. Прищурившись, профессор понял, что это тот самый мужчина, которого они поймали у пульта управления. Как он там себя назвал?
– Доктор… – прошептал Клирфилд, когда человек опустился в траву рядом с ним. – Кажется, этому пациенту вы уже не поможете…
Доктор ничего не сказал, только потянулся и вытащил из кармана Клирфилда серебряную трубку.
– А… понимаю, – едва слышно произнес профессор.
Доктор нажал на кнопку и направил трубку на Клирфилда. Инструмент негромко зажужжал, осветив зеленым его голову и туловище.
– Ну как? По-прежнему утверждает, что я идиот?
Доктор прочитал показания устройства.
– Ваш организм поразил мощный инопланетный нейротоксин, который вступил в реакцию с остаточной энергией созданного Колоколом поля.
– Что это значит? – спросил Клирфилд и закашлялся, когда его тело начала сотрясать дрожь. – Что со мной будет?
– Не знаю, – ответил Доктор и поднялся. – Думаю, вы сами мне расскажете через семьдесят лет.
– Подождите… – Клирфилд потянулся за Доктором, уже чувствуя, как немеют пальцы. – Вы же не бросите меня здесь?
– Простите, – сказал Доктор, пряча серебряную трубку в карман пиджака. – Я ничем не могу помочь.
Затем он развернулся и медленно скрылся в темноте.

Когда Колокол запустили, рядовые Сэнфорд и Дэвис патрулировали деревню в поисках других незваных гостей. Ударная волна чуть не сбила их с ног, а вспышка света озарила окрестности на многие мили окрест. И зачем тогда нужна была ложная позиция?
В голове у Сэнфорда еще звенело, но это не помешало ему с ухмылкой сказать Дэвису:
– Так вот почему его назвали Колоколом!
Они уже шли назад к месту проведения испытания, когда раздались первые выстрелы и крики.
От того, что рядовые услышали потом, кровь застыла у них в жилах.
– Господи боже, это еще что? – прошептал Сэнфорд. Дождливую ночь разорвал яростный, нечеловеческий рев.
– Вряд ли узнаем, если будем здесь торчать, – сказал Дэвис, снимая винтовку с плеча и передергивая затвор. – Пойдем!
– Подожди! – Сэнфорд кинулся было за товарищем, как вдруг острый приступ боли заставил его остановиться. Прижав руку к груди, он почувствовал, что с трудом может дышать.
– Пожалуйста, нет, – простонал парень, роняя винтовку и вытаскивая из кармана пузырек с таблетками, которые был вынужден таскать с собой с самого детства. – Только не сейчас!
Крышка пузырька скользила под дрожащими пальцами. Сэнфорд чертыхнулся и вдруг услышал позади какой-то шорох. Пузырек упал, таблетки покатились в грязь. Рядовой схватил винтовку и, заикаясь, спросил:
– Стой! Кто идет?
Из сада, разбитого перед небольшим кирпичным домиком на окраине деревни, вынырнула фигура с поднятыми руками. Сэнфорд узнал одного из шпионов, которых они недавно поймали.
– Как тебе удалось сбежать? Что там происходит? К тебе пришли на помощь?
Мужчина в полицейской форме покачал головой, он выглядел сильно напуганным.
– Нет! Не стреляй! Тебе не меня нужно бояться, а скорпиона!
– Скорпиона? – нахмурился Сэнфорд. Он с трудом понимал, что говорит этот человек: сердце колотилось, как бешеное, в голове шумело. – О чем ты?
Перед глазами все плыло. Рядовой вытер рукавом пот со лба и попытался сосредоточиться.
– А где другой? Тот, что был с тобой? – спросил он.
– Здесь.
Второй мужчина – высокий и очень странный на вид – появился словно из ниоткуда. Сэнфорд направил на него винтовку.
– Выслушайте меня, рядовой, – вкрадчиво произнес мужчина. – Весь этот эксперимент с Колоколом был чудовищной ошибкой. Из-за него в ваш мир проникло ужасное существо, которое, если его не остановить, уничтожит все живое.
– Существо? О чем вы говорите?
– Колокол перенес сюда пришельца с другой планеты. Пока он один, но скоро их будет больше. Сотни и тысячи. И только вы можете его остановить. – Я?
В той стороне, где стоял каменный круг, что-то горело; за ревом пламени Сэнфорд ясно различал стрекот пулемета. Послышался очередной вопль неведомого существа, за которым последовал глухой взрыв ручной гранаты. Вспышка света разогнала темноту, и Сэнфорд разглядел жуткий черный силуэт.
– Бог мой… – прошептал он и снова выронил винтовку.
– Пулями его не остановить. – Голос мужнины с трудом пробивался сквозь какофонию взрывов и выстрелов. – Но убить все-таки можно. И это сделаете вы.
Мужчина наклонился, чтобы собрать рассыпавшиеся таблетки Сэнфорда.
– В самом деле? – Рядовой не сдержал нервный смешок. – Я? Вместе с теми ребятами?
– Вообще-то, вместе с Люфтваффе.
Мужчина протянул Сэнфорду пузырек с лекарством. Тот машинально взял таблетки, все еще осмысливая его последние слова. Незнакомец был прав. Прожектор, так разозливший сержанта Хьюза, по-прежнему стоял посреди деревни. Если немецкие самолеты все еще кружат над ними, Сэнфорд вполне может указать им, куда сбросить бомбы.
– Прожектор… – пробормотал он, а потом снова навел винтовку на незнакомцев. – Хорошо. Пошли.
Высокий покачал головой. В темноте выражение его лица было почти неразличимым.
– Ты должен сделать это сам. Я и так уже слишком помог. Мы не имеем права вмешиваться еще больше.
– Я сказал: пошли! – Сэнфорд перехватил оружие поудобнее.
Констебль не двигался, лишь зачарованно смотрел на дуло винтовки. Его спутник тяжело вздохнул и закатил глаза.
– Вояки…
Продолжая держать незваных гостей под прицелом, Сэнфорд прямо из пузырька вытряхнул в рот две таблетки и чуть не подавился, пытаясь проглотить их без воды. Ждать, когда подействует лекарство, не было времени. Сердце все так же отчаянно колотилось в груди рядового, пока он, тяжело дыша, вел пленных через зеленую полосу. При этом Сэнфорд неотрывно следил за чудовищем, которое бесновалось в каменном круге.
Даже с такого расстояния Сэнфорд видел, что поле близ деревни усеяно трупами. Монстру потребовалось меньше десяти минут, чтобы уничтожить целый батальон. И, судя по всему, нисколько не не устал.
Расправившись с противниками, чудовище кинулось к Колоколу, приземистая громада которого все еще дымилась в сыром мартовском воздухе. Добравшись до него, скорпион принялся с поразительным проворством вырывать кабели из гнезд и переподключать их по известной только ему логике.
К ужасу Сэнфорда, вскоре основание Колокола снова окуталось пурпурным сиянием. Низкий пульсирующий гул нарастал, заставляя землю дрожать у рядового под ногами. Монстр подключил устройство к другому источнику энергии – и запустил его.
– У вас осталось не так много времени, рядовой Сэнфорд, – сказал высокий мужчина. – Это существо вызывает подкрепление. Включите прожектор.
– Заткнись, – оборвал его Сэнфрод, хотя знал, что тот прав. Времени действительно было мало. – Так, вы двое! Чтобы включить прожектор, нужно запустить генератор. Быстро! Пока это существо занято.
Сэнфорд погнал пленников вперед, кривясь от раздиравшей грудь боли. Перед глазами все плыло.
– Ты! – Он ткнул винтовкой в полицейского. – Заводи генератор.
Констебль схватился за ручку и, покраснев от натуги, попытался ее прокрутить. Генератор только сухо щелкнул в ответ.
– Еще раз!
Взопревший от усилий полицейский снова налег на ручку. На этот раз двигатель соизволил кашлянуть.
– Давай!
На третий раз генератор все-таки ожил, и Сэнфорд мысленно прошептал молитву благодарности. Затем он направился к прожектору и, щелкнув выключателем, прикрыл глаза рукой. В затянутое тучами небо устремился столп яркого света. Сэнфорд схватился за рычаг и разблокировал прожектор. Еще немного покрутив ручку, он направил его прямо на жуткое существо.
Поток света преодолел зеленую полосу и выхватил из темноты поле, отчего оно стало похоже на съемочную площадку. Пойманный прожектором скорпион шарахнулся от Колокола и зашипел, ослепленный. У Сэнфорда перехватило дыхание: жуткая тварь, убившая его друзей и однополчан, наконец предстала перед ним во всей красе. Грудь сдавило еще сильнее.
Монстр завертелся на месте, злобно щелкая клешнями и пытаясь обнаружить источник света. Наконец ему это удалось. Скорпион яростно взревел и кинулся к прожектору.
Сэнфорд отступил назад, дрожащими руками цепляясь за бесполезную винтовку. Он только сейчас заметил, что пленные воспользовались суматохой и сбежали. Чудовище стремительно приближалось. Забыв о прожекторе, рядовой развернулся и рванул к церкви. Только бы добраться до подвала! Ноги словно налились свинцом, в голове шумело.
До церковного дворика оставалась пара шагов, когда трепыхавшееся из последних сил сердце все-таки подвело Робина, и он упал в мокрую траву. Подняться рядовой уже не смог. Лежа на земле, он проклинал болезнь и чувствовал, как по лицу катятся холодные капли дождя. А потом вдруг понял, что шумит отнюдь не у него в голове.
Низкий гул доносился с неба.
В следующую секунду его дополнил свист снарядов, взрывы и визг гигантского скорпиона.
Самолеты Люфтваффе нашли свою цель.

Чарли Беван едва поспевал за долговязой фигурой Доктора, которая то и дело скрывалась за пеленой дождя. Немецкие бомбы сыпались с неба у них за спиной, разбавляя темноту вспышками света. Чарли и Доктор мчались по тропинке, ведущей к каменному кругу. Земля под ногами размокла от дождя и крови, им все время приходилось перепрыгивать через тела убитых. В конце концов констебль поскользнулся и тяжело рухнул в траву.
– Доктор! – закричал он, боясь, что тот бросит его одного. Но Доктор резко затормозил и кинулся назад. Схватив констебля за шиворот, он рывком поставил его на ноги. В тот же момент что-то со свистом пролетело у них над головой, угодив прямо в центр круга.
Чарли с Доктором бросились на землю. Констебль прикрыл голову руками, чтобы заслониться от взрыва, – хотя и понимал, что на таком расстоянии это ему не поможет.
Но снаряд не сработал.
Чарли почувствовал, как его снова вздергивают на ноги.
– Да вставай ты уже! – сердито крикнул Доктор. – Побежали!
Самолеты пошли на второй круг, и Чарли с Доктором рванули что было сил. Позади вздымались столпы пламени – в Рингстоуне было светло, как днем. Казалось, в мире не осталось ничего, кроме грохота и огня. Наконец Доктор с констеблем добрались до луга, на котором стояла ТАРДИС.
Открыв дверь, Доктор толкнул Чарли внутрь и побежал к панели управления, чтобы дернуть рычаг дематериализации. Двигатели натужно взвыли, и Вихрь времени подхватил синюю будку. Через секунду она растаяла без следа.
Выполнившие свою задачу самолеты Люфтваффе покинули небо над Рингстоуном. Когда гул моторов стих вдали, остался лишь треск пламени и далекий звон одинокого колокола, который возвещал об окончании воздушной тревоги.

Глава пятнадцатая

– Значит, британский эксперимент обернулся катастрофой. Но вы так и не объяснили, откуда у вас это. – Клара выразительно посмотрела на Колокол со свастикой.
– Немецкие бомбы полностью уничтожили британское устройство, – сказал Клирфилд. – Сам Колокол, пульт управления, записи – всё. На восстановление ушли бы годы, а конец войны поставил крест на дальнейших исследованиях. Но немцы так и не использовали свой Колокол по назначению. Вопрос был в том, где они его спрятали.
– И вы занялись поисками, – догадалась Клара. Покопавшись в памяти, девушка добавила: – Я думала, что после войны все нацистские преступники бежали в Южную Америку – в Парагвай, Аргентину и так далее.
– Именно, – кивнул Клирфилд. – Я провел там немало времени, встречаясь с людьми, которые имели непосредственное отношение к проекту. Благодаря им я в конце концов выяснил, что немецкий Колокол и генерал СС Каммлер были вывезены с испытательного полигона в Польше и на подводной лодке доставлены на секретную базу в Нойшвабенланде.
Услышав незнакомое слово, Клара нахмурилась.
– В Антарктиду, – коротко пояснил Клирфилд.
– Но вы должны были потратить целое состояние, чтобы отыскать Колокол, перевезти его сюда и построить для прикрытия центр агрокультурных исследований, – задумчиво произнесла девушка. – Откуда вы взяли деньги?
– Вы, наверное, удивитесь, но осталось немало людей, которые будут рады возрождению Нацистской империи, – лукаво улыбнулся Клирфилд. – И многие из них, к счастью для меня, имеют доступ к богатствам Третьего рейха.
– То есть эксперименты с Колоколом вы оплачиваете золотом нацистов?
– Да.
– И вы притащили его сюда, чтобы снова воспользоваться каменным кругом?
– Я надеялся, – вздохнул Клирфилд. – К сожалению, бомбы слишком сильно его повредили, и круг перестал работать как надо.
– И тогда вы соорудили это. – Клара ткнула пальцем в черные монолиты, на экранах которых по-прежнему мелькали сложные узоры. – Но ведь по Земле раскиданы сотни, если не тысячи, подобных кругов. Почему бы вам не использовать один из них?
– Далеко не все обладают свойствами, необходимыми для работы с Колоколом, – покачал головой Клирфилд. – Наши предки понимали особую природу этих камней, но современные люди видят в них исключительно диковины минувших веков. Многие круги были уничтожены фермерами, которых куда больше интересовало расширение полей… Это называют прогрессом.
– Ну хорошо, – сказала Клара, скрещивая руки на груди. – Вы отыскали устройство нацистов, которое несколько десятилетий было спрятано под Антарктидой, потом создали высокотехнологичный аналог каменного круга и, наконец, вывели гигантских насекомых. У меня только один вопрос: зачем?
Клирфилд живо подался вперед.
– Виррестеры, которые пытались открыть портал в годы войны, – те же, с кем я работаю сейчас. Они – отверженные своего вида, их преследуют, на них охотятся. И они ищут убежище. Я пытался создать цифровую версию круга, чтобы получить искусственный источник для Колокола, но… – Ученый вздохнул. – Энергии лей-линий требуют особых условий. Эксперименты увенчались успехом лишь отчасти. Телепортация физических объектов мне по-прежнему недоступна, но я могу переносить сознание.
– Вот для чего нужны насекомые, – тихо сказала Клара, обводя взглядом клетки с жуками. – Вы вырастили для них тела!
– Именно. Я потратил годы, пытаясь создать оболочку, которая позволит им выжить на Земле. Пауки и долгоножки – всего лишь тестовые образцы. На их примере я проверял, смогут ли виррестеры переселиться и контролировать новые тела… Не все эксперименты были удачными, – признал Клирфилд.
– Вы хотите сказать, что эти насекомые обладают инопланетным разумом? – Клара с ужасом покосилась на тварей в клетках.
– Частично, – кивнул ученый. – У ранних образцов сдвоенное сознание. Виррестеры не могут полностью подчинить разум прежних хозяев, и те периодически берут верх, возвращаясь к животной природе. В конце концов эти существа сходят с ума и погибают. Но и они послужили своей цели, охраняя нас и отвлекая внимание, пока мы готовились к последней фазе.
– Поверить не могу. – Клара смотрела на Клирфилда с нескрываемым отвращением. – А виррестеры, которых вы убедили принять участие в этом… эксперименте… знали, что им отведена роль подопытных кроликов?
– Виррестеры, согласившиеся на участие в испытаниях, были полностью преданы делу, – холодно ответил ученый. – Если бы эксперименты на людях не провалились…
– Так вы еще и на людях эксперименты ставили?!
– Конечно! – Судя по лицу Клирфилда, он не видел в этом ничего предосудительного. – Если бы сознание виррестеров можно было перенести в человеческое тело, это стало бы лучшим решением. К несчастью, разум людей оказался несовместим с их.
– Точнее, так мы думали раньше. 
– Прошу прощения? – Клирфилд вскинул голову, обращаясь к невидимому источнику шипящего голоса. – Вы сами сказали, что это невозможно… Что вы не способны завладеть разумом человека!
– Так и было. Но эта девчонка отличается от других. Ее разум не похож на те, с которыми мы работали раньше. Проводящие пути нервной системы были расширены при помощи инопланетной технологии. Поставь девчонку в круг, мы переместимся в нее. 
– Что? Нет!
– Делай, что приказано, Клирфилд! 
– Но Гебброн! Я столько работал с насекомыми, чтобы создать для вас подходящее гибридное тело. Если бы вы только попробовали…
– Ты потратил годы и все равно не достиг совершенства. Твои создания примитивны. Девчонка открывает перед нами новые возможности, и я не собираюсь их упускать. Тебе нужно, чтобы тебя направляли, Клирфилд. Теперь мы можем воплотить наши планы в жизнь. Эта девчонка станет прекрасным вместилищем для моего сознания. 
Клара обеспокоенно посмотрела вверх.
– Погодите-ка! Я не собираюсь становиться ничьим вместилищем!
– Делай, что тебе сказали! 
– Вы не оставляете мне выбора, – подавленно ответил Клирфилд.
– Эй! – нервно замахала рукой Клара. – Вы меня слышите? Я не собираюсь…
Клирфилд сунул руку под пиджак и достал револьвер.
– Простите, Клара, – сокрушенно произнес он. – Я… вы… мы должны делать то, что говорит Гебброн. Встаньте туда.
Ученый указал пистолетом на круг. Клара не пошевелилась.
– Мисс Освальд, – посуровел Клирфилд, – для процедуры перемещения вам необязательно быть в сознании.
Угроза была донельзя прозрачной. Клара поняла, что спорить бесполезно, и вошла в кольцо черных обелисков. Клирфилд опустился в кресло перед одной из множества панелей управления и стал щелкать выключателями. Послышался нарастающий гул, и основание Колокола вспыхнуло пурпурным светом.

* * *

– Сэр!
Капитан Уилсон посмотрел на оператора, следившего за радиолокационной станцией.
– Есть сигнатура цели внутри периметра. Сигнал слабый, но длина волн совпадает с той, что вы указали, сэр.
Уилсон бросил встревоженный взгляд на старшего офицера. Лицо полковника оставалось бесстрастным, но что-то неуловимо изменилось в его движениях и осанке. За одну секунду Дикинсон вдруг постарел на несколько лет.
Когда он потянулся за телефоном, чтобы отдать приказ стереть Рингстоун с лица земли, Уилсон встал.
– Сэр, подождите.
Рука Дикинсона замерла над трубкой.
– Что такое, капитан?
– Прошу разрешения проникнуть с небольшим отрядом в деревню.
– С какой целью?
– Определить местоположение Колокола, вывести его из строя или уничтожить и эвакуировать как можно больше гражданских.
Полковник пристально смотрел на капитана, продолжая держать руку над трубкой.
– А что вы собираетесь делать с жуками?
– У нас есть бронебойные снаряды, два легких противотанковых орудия последнего поколения и почти сорок литров экспериментального пестицида. Если этого не хватит, мы всегда сможем забросать их гранатами.
Полковник молчал.
– Дайте мне два часа, – мягко сказал капитан. – Согласно данным разведки, устройство не заработает на полную мощность до наступления равноденствия. У нас есть два часа. А потом можете вызывать авиаудар.
Дикинсон наконец отвел руку от телефона.
– Хорошо, капитан. Но если сигнал усилится, я прикажу отступить и нанести удар по деревне.
– Сэр! – Уилсон отдал честь.
Когда капитан направился к выходу, Дикинсон окликнул его.
– Капитан Уилсон…
– Сэр?
– Удачи.
Несколько секунд мужчины смотрели друг другу в глаза. Оба понимали, что стоит на кону.
Затем Уилсон отправился собирать людей.
– Гм…
Доктор уставился на показания, которые высветились на внезапно ожившей консоли ТАРДИС.
– Что такое? – нервно поинтересовался Чарли.
– Энергетический скачок. В твоем времени только что активировали Колокол.
– Но ты же говорил, что до равноденствия его не…
– Говорил. – Доктор уже носился вдоль консоли, нажимая кнопки и дергая рычаги. – Здесь что-то другое. – Он нахмурился. – Сигнал идет не от круга. Источник находится в исследовательском центре.
– Клирфилд?
– Кто же еще? – Доктор дернул рычаг дематериализации. – Думаю, нам пора узнать, как профессору удалось выжить – и зачем он снова это затеял.
Комнату управления наполнил вой двигателей. Роторы за консолью начали замедляться, но Доктор направился к выходу, не дожидаясь, пока они остановятся. Чарли поспешил за ним. За дверью ТАРДИС ярко светило солнце, и в первую секунду констебль зажмурился. Синяя будка приземлилась на парковке исследовательского центра, у стены большого сборного здания. Доктор уже стоял возле входа и жужжал звуковой отверткой над замком.
Стеклянные двери с шипением разошлись, и Доктор скрылся внутри, махнув констеблю, чтобы тот не зевал. В здании было темно и пусто. Тишину нарушал лишь низкий электрический гул, от которого подрагивали стекла. У Чарли от этого звука заныли зубы.
Они осторожно шли от приемной по широкому коридору, когда впереди вдруг послышались удары и приглушенные крики о помощи.
– Кажется, это Анджела, – неуверенно произнес Чарли.
Следуя за звуком, они свернули в боковой коридор и уперлись в закрытый чулан. Доктор направил звуковую отвертку на замок. Через несколько секунд механизм щелкнул, и дверь распахнулась. Пленница вылетела в коридор, яростно размахивая кулаками. Расторопный Доктор вовремя отскочил с дороги, а Чарли замешкался, за что и получил по голове.
– Эй! Это мы! – воскликнул он, потирая ушибленное место.
Анджела резко остановилась.
– Слава богу! – выдохнула она. – Я думала, что зомби Клирфилда вернулись.
– Где Клара? – спросил Доктор.
– Он держит ее вон там. – Анджела указала на двойные двери в конце коридора.
Доктор развернулся на каблуках и, стиснув челюсти, кинулся вперед.
– Осторожнее! – крикнула Анджела ему вслед. – У него пистолет!
Не обратив внимания на предупреждение, Доктор решительно распахнул двери и шагнул в хранилище. Чарли и Анджела вели себя более осмотрительно.
Затопившее склад гудение поглощало все остальные звуки; посреди комнаты полыхало алое сияние, заставляя тени танцевать на стенах. Рядом с источником света возвышались тринадцать черных монолитов, которые потрескивали от переполнявшей их энергии.
В центре круга стояла Клара.
– Клирфилд! – закричал Доктор, грозно поднимая звуковую отвертку. – Выключи Колокол! Сейчас же!
Все в хранилище немедленно обернулись в его сторону.
Клирфилд недоверчиво уставился на Доктора.
– Ты?..
– Я не шучу! – перебил его Доктор. – Или ты его выключишь, или я сам это сделаю!
Клирфилд спокойно повернул несколько рычагов и встал. Сияние Колокола начало меркнуть, гул утих. Под потолком загорелись яркие флуоресцентные лампы. Сидевшие за пультами лаборанты-зомби попытались последовать примеру начальства, но Клирфилд махнул рукой, чтобы они оставались на месте, и неторопливо направился к Доктору.
– Так-так-так… Доктор и его детектор идиотов. Ты обещал, что мы встретимся через семьдесят лет – и мы встретились. Люблю, когда человек держит слово.
– Клара, ты в порядке? – не обратил внимания на его слова Доктор.
Девушка ответила не сразу, но в конце концов слабо кивнула.
Теперь Клирфилд стоял в паре метров от Доктора и разглядывал его с профессиональным любопытством.
– Невероятно. За семьдесят лет ты ничуть не изменился.
– Могу сказать то же самое о тебе. – Доктор посмотрел на маску Клирфилда, скрывавшую половину лица. – За исключением одной детали, разумеется.
– Ты об этом? – Клирфилд прикоснулся к белому пластику. – Позволь кое-что тебе рассказать. Эта маска служит мне постоянным напоминанием о ночи 1944 года, когда я пытался установить контакт с другими мирами. – Голос ученого дрогнул, эмоции брали верх над напускной невозмутимостью. – Это напоминание о том, как я молил о помощи человека, который сказал, что не будет мне помогать. Это, – теперь в его словах сквозила неприкрытая злоба, – напоминание о тебе, Доктор!
Клирфилд сорвал маску, и Анджела закричала от ужаса.

Глава шестнадцатая

Доктор печально смотрел на Клирфилда. От левой половины его лица в буквальном смысле ничего не осталось – только облепленные рубцами кости. Доктор встретился взглядом с единственным уцелевшим глазом ученого.
– Мне очень жаль.
– Ему жаль. – У Клирфилда вырвался сухой смешок, и он вернул маску на место. – Я семьдесят лет вижу в зеркале это лицо, а он говорит, что ему жаль.
– Случившееся в ту ночь уже стало историей… – начал Доктор, но Клирфилд его перебил.
– Давай-ка я расскажу тебе, что случилось в ту ночь! – рявкнул он. – Ты был прав: яд виррестеров и остаточное излучение мутагенного поля Колокола дали неожиданный эффект. Они сделали меня сильным, неуязвимым, почти бессмертным… И невероятно восприимчивым к знаниям.
Клирфлд глубоко вздохнул.
– Та ночь должна была стать величайшим моментом моей жизни. Моим триумфом! – Он одарил Доктора гневным взглядом. – Когда начали падать бомбы, я смог отползти всего на пару метров от того места, где ты меня оставил. Если бы ты помог мне уйти… – Клирфилд закрыл глаза, заново переживая те минуты. – Но я спрятался под грузовиком с пультом управления. Немецкий снаряд упал совсем рядом, повредил бензобак, и я оказался в ловушке. Я должен был сгореть там, но яд виррестера не дал мне умереть. Когда огонь погас, я вылез из-под грузовика… Другим человеком. И перестал стареть.
– А это? – Доктор обвел рукой машины и круг.
– Это работа всей моей жизни.
– Это ошибка всей твоей жизни! – Доктор шагнул вперед, намереваясь вразумить Клирфилда. – Виррестеры…
– Виррестеры – благо, о котором человечество может только мечтать. Почти семьдесят лет их голоса звучат в моей голове, – Клирфилд вытащил револьвер из кобуры под пиджаком. – Я помогу им основать колонию на Земле – и никому не позволю встать у меня на пути.
Он направил пистолет на Доктора.

Кевин с Робином Сэнфордом убирали устроенный пауком беспорядок на кухне и прибивали лист фанеры к разбитому окну, когда мальчик заметил в поле за домом какое-то движение. Сперва он решил, что им грозит нападение очередного насекомого, но, приглядевшись, понял, что к старой ферме направляется четверка солдат.
– Мистер Сэнфорд, смотрите! – позвал Кевин.
Робин встал рядом с мальчиком.
– Да неужели, – буркнул он, потом открыл заднюю дверь, снял с крючка большой ключ и протянул его Кевину. – Беги, отопри ворота в саду. Если они попробуют перелезть, много шуму наделают, и тогда сюда снова заявится какая-нибудь тварь.
– Вы хотите, чтобы я вышел на улицу? – Мальчик нервно покосился на ключ.
– Да. Я прикрою тебя из окна. – Робин взял со стола двустволку. – Давай, беги!
Кевин вышел в ухоженный сад. Сердце испуганно колотилось в груди. До ворот было метров пять, не больше, но мальчику показалось, что он никогда до них не дойдет. Сжимая ключ в потной ладони, он осторожно крался вперед, стараясь как можно легче ступать по каменным плитам дорожки.
Повсюду стояли растения в больших горшках, пластиковые стулья и кормушки для птиц. Кевин тихо порадовался, что мистер Сэнфорд предпочел разбить на заднем дворе сад, а не лужайку. Слишком живы были в голове мальчика воспоминания о выеденной жуками лисе. Хотелось верить, что сквозь камень они не проберутся.
Он почти дошел до ворот, когда краем глаза заметил в кустах что-то странно знакомое. Любопытство взяло верх над страхом: Кевин отвел ветки в сторону и обнаружил заросший камень высотой чуть больше метра. Мох и лишайник почти скрыли вырезанные на его поверхности спирали и узоры.
Раздраженное шипение за спиной заставило мальчика подпрыгнуть. Мистер Сэнфорд яростно махал ему из окна.
– Что ты там копаешься? Открывай ворота!
Мальчик бросился отпирать большой висячий замок. Морщась от каждого звяка, он повернул ключ, вытащил дужку из скобы и толкнул створку ворот – чтобы уткнуться носом в дуло автомата.
– Осторожно, это всего лишь ребенок, – сказал хриплый голос.
Четверо тяжеловооруженных солдат прошли мимо него в сад и принялись методично проверять каждый угол и каждую тень, чтобы убедиться – жуков нет. Потом двое взяли на прицел окно кухни, в котором ясно виднелась двустволка мистера Сэнфорда.
– Опустите оружие, сэр, – громко попросил один из них.
Послышался звон битого стекла, и двустволка исчезла. С кухни донеслось приглушенное ворчание:
– Я, между прочим, на вашей стороне.
Военные толкнули Кевина к задней двери и завели внутрь.
– Арнопп, Палмер, проверьте парадный вход. Хоукинс, наверх, – раздав указания, предводитель группы снял шлем и представился: – Я капитан Уилсон. В доме есть еще кто-нибудь?
Сэнфорд покачал головой:
– Только я и малец.
– Кто вы?
– Сэнфорд. Робин Сэнфорд. А это Кевин.
– Алпертон, – счел нужным добавить мальчик. – Моя фамилия Алпертон.
– А те двое, что уехали на мотоцикле?
Робин поднял бровь.
– Видели, да? Тогда, наверное, стоит сказать вам спасибо за то, что отогнали паука.
– Всегда пожалуйста, – кивнул Уилсон. – Так те двое…
– Это были констебль Беван и Доктор, – влез Кевин.
– Доктор? Местный врач?
– Не знаю. Вроде какой-то ученый, – не слишком охотно ответил Робин.
Уилсон переглянулся с одним из солдат.
– Мистер Сэнфорд, вы, кажется, служили здесь во время войны?
– Так точно. Местная оборона. Пошел бы в армию, да не взяли из-за проблем с сердцем.
– Что вы знаете о проекте «Бит Бен»?
– Откуда вам о нем известно? – посуровел Сэнфорд.
– У нас есть причины полагать, что кто-то снова занялся этим экспериментом.
– Нет! – Сэнфорд замотал головой. – Немыслимо!
– Сэр, наши приборы засекли сигнатуру Колокола в вашем районе. Кто-то его запустил. Я должен найти и уничтожить это устройство. Так что сядьте, пожалуйста, – Уилсон указал старику на стул. Робин замялся, но по лицу капитана было понятно, что он не в настроении препираться.
– Пожалуйста, – с нажимом повторил Уилсон.
Сэнфорд сел.
Капитан положил шлем на кухонный стол и, подтянув к себе стул, устроился напротив.
– А теперь расскажите все, что знаете о Колоколе. И этом таинственном Докторе.

Едва Клирфилд наставил револьвер на Доктора, склад наполнили громкое шипение и металлический лязг. Стоящие вдоль стен клетки распахнулись, и разозленные насекомые посыпались на пол. Еще через секунду в хранилище погас свет, и здание погрузилось в кромешную темноту.
– Доктор, беги! – закричал Чарли Беван.
Доктор не заставил себя упрашивать. Он отскочил в сторону за миг до того, как на складе прогремел выстрел. Короткая вспышка, которая сопроводила вылетевшую пулю, позволила Доктору разглядеть Клару. Девушка застыла в центре технокруга, у ее ног кишели насекомые.
Клирфилд выстрелил еще раз, и Доктор воспользовался новой вспышкой, чтобы сориентироваться в пространстве. Чарли с Анджелой стояли у дальней стены и пытались открыть дверь аварийного выхода. Клара по-прежнему не двигалась.
Один из выведенных Клирфилдом мутантов резво заковылял к Доктору, и тот от души пнул насекомое, отправив его прямиком к создателю. Ученый от неожиданности повалился на пол, случайно задел пальцем спусковой крючок и выстрелил в третий раз. Пуля, срикошетив, заметалась между металлическими дорожками под потолком. Тем временем Доктор практически на четвереньках подбирался к мрачной громаде Колокола. От разлитого в воздухе статического электричества покалывало лицо, волоски на руках вставали дыбом. Наконец Доктор оказался у цели и, нашарив съемную панель у основания устройства, сдвинул ее в сторону.
Из отверстия тут же заструился холодный фиолетовый свет. Пространство внутри Колокола было заполнено проводами и стеклянными трубками, по которым текла, переливаясь, пурпурная жидкость. Доктор засомневался. У него не было возможности толком изучить устройство, и он понятия не имел, как обезвредить сконструированную по инопланетным чертежам машину. К тому же Доктор представлял, что может случиться в результате неосторожного обращения с Колоколом.
Однако время поджимало, и он решил воспользоваться излюбленной техникой своих предыдущих инкарнаций.
– Эники-беники ели… – забормотал Доктор, наугад хватая стеклянную трубку с пурпурной жидкостью. Стоило ему потянуть ее на себя, как на пол посыпались искры. Вслед за трубкой из гнезд начали вылетать провода.
– Вареники! – торжествующе заключил Доктор, выныривая из Колокола.
Доктор затолкал трофей в карман и поднялся на ноги. В слабом фиолетовом свете он различал тонкую фигурку Клары. Девушка стояла на том же месте. Доктор бросился в круг и схватил ее за руку.
– Идем!
Они побежали по темному хранилищу к Чарли с Анджелой, которые ждали их у пожарного выхода.
Двойные двери наконец распахнулись, и на склад хлынул поток солнечного света. Насекомые возмущенно зашипели, расползаясь в поисках укрытия.
Доктор, не замедляя шага, выскочил на улицу. Клара тащилась за ним, как сломанный автомобиль на прицепе. Едва констебль с ветеринаром покинули здание, Доктор отпустил руку спутницы, захлопнул двери и направил на замок звуковую отвертку. Та выдала энергичную трель. Над замком показалась струйка пара, и из скважины вытекла капля раскаленного металла. Не мудрствуя лукаво, Доктор сплавил механизм в комок бесполезного железа.
– Блокировка аварийного выхода нарушает технику безопасности, – строго напомнила ему Анджела.
– Как и разведение тараканов на рабочем месте, – ухмыльнулся в ответ Доктор. – Спасибо, кстати, что выпустили этих крошек на свободу.
– Что за твари сидели в тех клетках? – поинтересовался Чарли, безуспешно пытаясь отыскать на платке место, не перепачканное в грязи, пыли или слизи.
– Сосуды. Вместилища. Тела для виррестеров. – Доктор покосился на часы. – Мы несколько нарушили их планы, но этого недостаточно. Впереди еще много работы.
Он направился прочь от здания, ожидая, что остальные последуют за ним.
– Я возвращаюсь в ТАРДИС, – сообщил на ходу Доктор. – А вы трое возьмите мотоцикл и отправляйтесь к Сэнфорду.
– Что ты собираешься делать? – спросил констебль.
– Я должен уничтожить Колокол.
Внезапно Доктор осознал, что Клары с ними нет, и обернулся. Девушка стояла там, где он ее оставил, и прижимала руки к лицу. Доктор поспешил назад.
– С тобой все в порядке?
– Просто еще не пришла в себя, – слабо улыбнулась Клара.
Доктор встревоженно посмотрел ей в глаза.
– Неудивительно! Люди куда крепче тебя не выдерживали излучение Колокола. – Доктор ободряюще сжал плечо девушки и повел ее к ТАРДИС, где их уже ждали Чарли с Анджелой.
Доктор открыл дверь, и они кое-как вытащили наружу старый мотоцикл с коляской. Анджела мельком заглянула внутрь и тут же отшатнулась; лицо женщины выражало одновременно изумление и ужас.
– Констебль Беван все тебе объяснит, – пообещал Доктор, после чего повернулся к Кларе. – Лучше ты садись за руль. Бедный «Нортон» уже настрадался от Чарли.
– Эй! – обиженно воскликнул полицейский.
Клара отступила назад и покачала головой.
– Не думаю, что…
– Хорошо, – прищурился Доктор. – Похоже, управлять мотоциклом снова тебе, констебль.
Чарли забрался в седло, Анджела пристроилась позади него. Доктор помог Кларе сесть в коляску.
– Уверена, что с тобой все в порядке? – с нажимом спросил он.
– Да. Просто голова болит, – кивнула девушка.
Чарли завел мотор, и Доктор шагнул в сторону.
– Ждите меня на ферме Сэнфорда. Закройте двери и никуда не выходите.
Констебль кивнул, и «Нортон» с ревом помчался через парковку. Когда мотоцикл скрылся за поворотом, Доктор осторожно вытащил из кармана стеклянную трубку, внутри которой перетекала густая пурпурная жидкость.
– Просто голова болит, значит, – пробормотал он и торопливо нырнул в ТАРДИС.

Клара открыла глаза: вокруг было темно. Девушка попыталась пошевелиться, но руки и ноги словно налились свинцом. Даже язык отказывался ей подчиняться, неловко ворочаясь во рту.
Внезапно вспыхнул яркий свет. Клара на мгновение ослепла, а когда глаза чуть-чуть привыкли, увидела два нечетких силуэта, которые осторожно к ней приближались. Один был значительно крупнее другого.
– Любопытно. Я не ожидал, что она так быстро придет в сознание.
– Мы недооценили способности этих примитивных организмов. Возможно, нам стоит пересмотреть план.
Клару охватил озноб: она определенно слышала эти голоса раньше. Низкие, шипящие, они принадлежали инопланетянам, на которых работал Клирфилд. Девушка прищурилась, пытаясь рассмотреть пришельцев, когда один из них придвинулся к ней вплотную. Яркий свет очертил каждую линию инопланетянина, и Клара от страха перестала дышать.
Существо было похоже на четырехметрового скорпиона. Блестящий черный панцирь покрывали твердые волоски; пришелец двигался, проворно перебирая шестью длинными лапами. На громадных клешнях Клара заметила смутно знакомые завитки и узоры. Скорпион возбужденно сворачивал и разворачивал длинный хвост, на конце которого сверкало ядовитое жало.
Пришелец навис над девушкой, и Клара запаниковала. Она попыталась отодвинуться, но неведомая сила удерживала ее на месте. В складках кожи, из которых состояло лицо монстра, блестели черные пронзительные глаза; толстые жвала влажно подрагивали, пока он пристально изучал девушку.
Пытаясь заслониться от скорпиона, Клара подняла руки – и обнаружила на их месте две черные хитиновые клешни с острыми, как лезвия, краями и спиралями узоров.
Девушка застыла, отказываясь признавать то, что видела собственными глазами.
Блестящими черными глазами…
Когда до нее дошел весь ужас случившегося, Клара попыталась закричать, но единственным звуком, который вырвался из ее горла, был отвратительный булькающий хрип.
Перенос сознания прошел успешно.
Ее разум попал в тело виррестера.

Глава семнадцатая

– Сэр, у нас тут гражданские на подходе.
Капитан Уилсон кинулся на второй этаж, где Хоукинс устроил наблюдательный пункт. Рядовой сидел у окна спальни со снайперской винтовкой «L115A3», держа на мушке двор перед домом.
По узкой дороге, ведущей от деревни к ферме, на всех парах несся зеленый мотоцикл с коляской. Старый добрый «Нортон»! Капитан разглядел трех человек, которые отчаянно цеплялись за мотоцикл, чтобы не вылететь на очередном ухабе. А потом увидел в небе над ними гигантских комаров.
Хоукинс тоже их заметил, поудобнее перехватил винтовку и прицелился. Несколько секунд спустя один москит взорвался облаком ног, крыльев и слизи.
– Отличный выстрел, рядовой! – хлопнул его по плечу Уилсон. – Давай, покажи этой мошкаре, что с британской армией лучше не связываться.
Оставив Хоукинса разбираться с комарами, капитан сбежал вниз по лестнице, перескакивая через две ступеньки.
– Арнопп, тащите сюда инсектицид! – крикнул он, распахивая входную дверь. – Палмер, на тебе задний двор!
Рядовой Арнопп принес большую пластиковую канистру с промышленным распылителем. Внутри булькала прозрачная жидкость. Военные вытащили канистру на улицу и встали у стены, поджидая мотоцикл.
«Нортон» влетел во двор и резко затормозил. Водитель и пассажиры едва успели слезть с мотоцикла, как воздух наполнился злобным жужжанием, и над ними закружились комары.
Уилсон и Арнопп принялись стрелять по насекомым из высокоскоростных винтовок. Гражданские побежали через двор под прикрытием пуль, в испуге заслоняясь от сыплющихся сверху ошметков и слизи.
– Быстрее, быстрее! – поторапливал их Уилсон, очередью паля по комарам.
Две женщины успели скрыться в доме, но дорогу полицейскому преградил спикировавший вниз москит. Насекомое зависло в воздухе, злобно мельтеша крыльями. Несколько секунд констебль, как завороженный, смотрел на поблескивающий хоботок, а потом заметался из стороны в сторону, чем изрядно осложнил работу Уилсону. Из-за его бестолковых скачков у капитана никак не получалось прицелиться.
– Арнопп, можете его сбить? – напряженным голосом спросил он.
– Никак нет!
Еще один комар перешел на бреющий полет и уселся прямо на спину полицейскому. Тот завопил от ужаса. Капитан с проклятиями вскочил на ноги и, забыв о бесполезной винтовке, схватил контейнер с инсектицидом. Ядовитый душ из пульверизатора окатил и комаров, и полицейского.
Реакция последовала незамедлительно. Насекомые шарахнулись в стороны, будто их ошпарили кипятком. Намокшие крылья отказывались удерживать хозяев в воздухе, и комары рухнули на землю, отчаянно дрыгая лапами.
Полицейский продолжал бестолково метаться по двору, пытаясь протереть глаза от яда. Уилсон схватил его за воротник формы и потащил к дому, когда услышал сзади злобное жужжание, и что-то вонзилось ему между лопаток.
Практически в тот же миг со второго этажа донесся громкий выстрел, и москит упал на землю, присоединившись к умирающим собратьям.
Неизвестно, что именно заставило комаров отступить: был ли это запах инсектицида, или же насекомые поняли, что на сей раз столкнулись со слишком сильным противником. Так или иначе, стая взмыла в воздух и скрылась за деревьями. Некоторое время в отдалении еще слышался звон комариных крыльев, а потом на двор опустилась тишина.
Уилсон показал Хоукинсу большой палец и повернулся к капралу Палмеру, который осторожно выглядывал из дома.
– Отведите констебля внутрь, пусть промоет глаза холодной водой. Химики сказали, что яд безопасен для людей, но кто знает?
– Есть, сэр!
Палмер увел отплевывающегося констебля, а Уилсон подобрал винтовку и довольно посмотрел на забытый в суматохе мотоцикл.
– Кажется, теперь мы на колесах! – улыбнулся он Арноппу.

В комнате управления ТАРДИС было тихо и прохладно, но на сей раз Доктору не передалось спокойствие корабля. Склонившись над диагностической консолью в углу, он встревоженно изучал данные на экране, то и дело нажимая на кнопки испачканными в меле пальцами.
Стоявшая рядом черная доска была сплошь покрыта сложными вычислениями. Насколько мог судить Доктор, Колокол действительно недавно использовали, но не по основному профилю. Был произведен энергообмен с Типолчактасом, планетой виррестеров, – но Клирфилд занимался не переносом материи. Частота волн соответствовала телепатическим, причем форма их колебаний была хорошо знакома Доктору. Почти такими же волнами пользовалась ТАРДИС.
Доктор отпрянул от консоли. Он страшно злился на себя за то, что не понял раньше. Если вычисления верны, телом Клары завладел один из виррестеров, а сама Клара… Доктор даже думать не хотел о том, что с ней сейчас происходит – при условии, что перенос сознания прошел успешно. В противном случае Клара превратилась в бестелесный дух, обреченный вечно скитаться по спирали Фури-Кинга.
Так или иначе, он не имеет права уничтожать Колокол до того, как обратит вспять этот процесс.
Доктор бросил взгляд на трубку с пурпурной жидкостью.
Что ж, теперь он хотя бы может поторговаться с Клирфилдом.

Кларе потребовалась вся сила воли, чтобы не поддаться панике. Девушка дышала медленно, не позволяя сердцу сорваться в испуганный галоп, и привыкала к ощущениям инопланетного тела, которое на неопределенный срок стало ее ловушкой.
С большим трудом у Клары получилось заговорить.
– Где… я?
Крупный скорпион метнулся вперед, на насекомовидном лице проступило почти человеческое удивление.
– Оно говорит? Ты не предупреждал, что оно сможет говорить!
– Эти существа всегда демонстрировали признаки потенциала, – прошипел тот, что помельче. – Хотя нужно отметить, что мы имеем дело с выдающимся представителем человеческого вида.
– Пожалуйста… – Речь давалась Кларе с трудом, она все никак не могла приноровиться к жвалам. – Кто вы?
Мелкий скорпион сложил клешни на груди.
– Я – глава исследований Маагла. Мой коллега – генерал Легрисс. Вы понимаете, что с вами случилось?
Клара попыталась восстановить в памяти последние события.
– Меня поставили в центр круга. Чей-то голос сказал, что я стану вместилищем.
– Это был голос Гебброна, нашего главного ученого. Благодаря своему гению он смог поместить собственный разум в человеческое тело. Ваши сознания поменялись местами.
– То есть я…
– На планете Типолчактас. Вас, наверное, шокирует, что вы оказались так далеко от дома? – участливо поинтересовался Маагла.
– Вы правда думаете, что меня шокирует это ? Я оказалась в теле гигантского скорпиона! – Клара хотела рассмеяться над абсурдностью беседы, но из горла вырвался лишь булькающий кашель.
– Скорпиона? – Маагла склонил голову набок – совсем как человек. – Мне незнакомо это слово.
– Не обращайте внимания, – вздохнула Клара.
Шустро перебирая лапами, Маагла подошел к размещенному у стены пульту и принялся нажимать на кнопки с поразительной для таких огромных клешней ловкостью. Клара почувствовала, как удерживавшая ее сила исчезла.
– Ты считаешь, это разумно? – проворчал крупный скорпион, которого Маагла представил генералом Легриссом. – Существо может быть опасно.
– Не думаю, – ответил Маагла. – К тому же деваться ей все равно некуда.
Клара тем временем осваивалась с телом виррестера. Управляться с шестью ногами после привычных двух оказалось не так-то просто. Девушка раскачивалась, как пьяная, и старалась не сильно размахивать клешнями. На полированных поверхностях и экранах то и дело мелькало ее отражение, но Клара всякий раз отводила взгляд. Медленно повернувшись, девушка поняла, что шесть ног – это еще полбеды, куда сложнее уследить за хвостом. Его так и норовило занести в сторону. Кое-как сладив с новой частью тела, Клара огляделась.
После перемещения сознания она оказалась в лаборатории или больничной палате – было трудно сказать наверняка, поскольку в обстановке отсутствовало что-либо хоть отдаленно похожее на человеческие технологии или предметы мебели. Серые стены были сложены из камня, напоминавшего гранит. Комнату омывал слабый желтый свет, но Клара, как ни старалась, не могла обнаружить его источник. Девушка стояла в круге серых монолитов, рисунки на которых соответствовали узорам на камнях близ Рингстоуна.
– Что это за место? – спросила она.
– Бункер, – сказал большой скорпион. – Это все, что тебе нужно знать.
– Прошу простить генерала Легрисса. – Маагла поднял клешни, извиняясь за резкость коллеги. – Он мыслит как солдат. Пойдемте, я вам все покажу.
Не обращая внимания на возражения Легрисса, Маагла вывел Клару из лаборатории. Они шли по длинному серому коридору; откуда-то доносилось бульканье, шипение и хриплый визг. Клара невольно замедлила шаг.
– Что это? – спросила она.
– Наш вид умирает, – ответил Маагла.
Он привел ее на широкий балкон. Воздух над ними потрескивал; девушка догадалась, что вокруг силовое поле. Маагла приблизился к ограждению и взмахом клешни подозвал Клару.
– Это конец нашего мира, – тихо сказал глава исследований.
Клара перегнулась через край и похолодела от ужаса. Мозг отказывался верить тому, что видели глаза.
Они стояли на верхнем этаже безликого здания, которое возвышалось над руинами разрушенного города. На фоне алого неба темнели искореженные силуэты когда-то горделивых шпилей. Среди развалин догорал потерпевший крушение инопланетный корабль. За клубами густого черного дыма время от времени проступало его развороченное нутро.
И всюду, насколько хватало глаз, – от окраин до далеких гор – кишели виррестеры. Миллионы черных скорпионов сливались в единую визжащую массу. Каждый отчаянно пытался удержаться на поверхности, пусть и затаптывая при этом более слабых сородичей.
Это был настоящий ад.
Маагла повернулся к Кларе, и инопланетное лицо исказило жутковатое подобие улыбки.
– Добро пожаловать.
Тем временем захвативший тело Клары виррестер изучал странный дом, куда его доставили на еще более странном транспорте. Гебброна всегда поражало стремление людей окружать себя таким количеством ненужных вещей. Даже Клирфилд, будучи исключительным представителем своего вида, страдал от этой раздражающей привычки.
Один из солдат привел в дом человека в мокрой одежде и направил его к расположенной у стены металлической чаше. Из крана над ней хлынула вода, и человек принялся судорожно отмывать голову. Гебброна затошнило от наполнившего комнату запаха инсектицида. Снаружи доносились предсмертные крики насекомых, чью нервную систему уничтожал яд. Гебброн понимал, что в эту самую секунду в телах мутантов гибнут его сородичи-виррестеры, но не испытывал к ним ничего, кроме ненависти. Если бы семьдесят лет назад они смогли довести дело до конца, его виду не понадобилось бы вселяться в этих нелепых созданий.
В комнату вошли еще двое военных. При виде канистры с ядом, которую они принесли, Гебброн непроизвольно отшатнулся.
– Капитан Уилсон, британская армия. Можете рассказать, что здесь происходит? – обратился один из солдат к Гебброну – точнее, к девушке, в чьем теле тот оказался. Очевидно, он был у них главным.
К большому облегчению виррестера, женщина по имени Анджела даже не дала ему открыть рот. Пока она рассказывала об экспериментах, которые проводили в центре агрокультурных исследований, Гебброн незаметно оценивал силы противника. Со стариком и человеческим детенышем он расправится без труда. Женщина выглядела здоровой и крепкой; разобраться с ней в нынешнем теле будет непросто, но вполне реально. Главную проблему представляли солдаты.
Гебброн обратил внимание на оружие. Да, последние семьдесят лет человечество не стояло на месте и сильно продвинулось в том, что касалось средств уничтожения себе подобных. Оружие в руках солдат не шло ни в какое сравнение с тем, с чем столкнулся первый ступивший на Землю виррестер. Гебброн подумал, что, возможно, некоторым людям найдется место и в новом миропорядке.
Тем временем между Анджелой и капитаном разгорелся нешуточный спор. Виррестер счел необходимым прислушаться.
– Не говорите глупостей! Доктор на нашей стороне, он делает все, чтобы их остановить. Клара, скажи ему!
В голове Гебброна мгновенно возник коварный план. Если он намекнет военным, что Доктор имеет отношение к экспериментам, и тем самым посеет семена раздора среди людей, это может сыграть ему на руку… Но не успел виррестер открыть рот, как вмешался человек, которого облили ядом заодно с комарами. С него еще капала вода, но в целом он уже пришел в себя.
– Капитан, я могу поручиться за Доктора. Если бы не он, мы все уже были бы мертвы. Или комары превратили нас в зомби. – Он повернулся и заговорщически улыбнулся Кларе. – Хотел бы я тоже с ним путешествовать.
Понимая, что момент для провокации упущен, Гебброн заставил новое тело растянуть губы в ответной улыбке.
– Хорошо, – сдался Уилсон. Видимо, он принял решение. – Теперь мы знаем, где Колокол, и можем продолжить миссию. Арнопп, Палмер, вы со мной. Хоукинс, останешься с гражданскими. Сообщи полковнику, что мы определили местоположение цели.
– Есть, сэр! – солдаты вытянулись по стойке смирно, после чего двое из них вместе с капитаном направились к примитивному транспортному средству, которое по-прежнему стояло перед домом.
Когда мотор взревел и все трое укатили со двора, Гебброн позволил себе самодовольно улыбнуться. Пока все складывалось неплохо.
Клирфилд наблюдал, как его коллеги загоняют последних насекомых обратно в клетки. В воздухе пахло озоном: может, электрические погонялки для скота – и не самое гуманное средство, зато эффективное. Затем он повернулся к техникам, которые суетились возле Колокола, пытаясь исправить то, что натворил Доктор. Ученый взглянул на часы: до весеннего равноденствия оставалось меньше трех часов.
– Ну? Разобрались, в чем дело? – резко спросил он.
Один из техников медленно поднял на него взгляд.
– Было изъято звено с сывороткой 525, – сказал он ровным, бесцветным голосом.
Клирфилд почувствовал укол паники. Сыворотка 525 была одним из немногих компонентов, полностью заменить которые они не могли – хотя в запасе имелся более-менее удачный синтетический аналог. Но если он подведет виррестеров…
– Подготовьте для замены раствор 540.
– Но раствор 540 не прошел испытание при полной загрузке цикла.
– Просто делайте, как я говорю!
– Ай-ай-ай. Срываем злость на подчиненных? Это не способствует здоровой рабочей атмосфере.
Обернувшись, Клирфилд увидел Доктора, который направлялся к нему через хранилище. Несколько зомби бросились незваному гостю наперерез, но ученый в маске махнул им, чтобы они остановились.
– Доктор! Как мило с твоей стороны предоставить мне возможность тебя убить. – Клирфилд с улыбкой покачал головой. – Но ты для этого слишком умен, верно? Дай-ка угадаю. Если ты умрешь, я никогда не узнаю, где сыворотка 525?
– Вообще-то, она здесь. – Доктор запустил руку в карман пиджака и достал оттуда стеклянную трубку.
– Тогда ты не так умен, как я думал. – Клирфилд направил на Доктора револьвер. – Раз ты принес ее сюда, назови хоть одну причину не пристрелить тебя на месте?
– Ну, – сказал Доктор, поднимая трубку, – для начала советую тебе приглядеться к ней повнимательнее.
Клирфилд с ужасом уставился на предмет разговора. Еще недавно пурпурная сыворотка стала темно-зеленой.
– Что ты с ней сделал? – внезапно осипшим голосом спросил ученый.
– Кое-что очень умное, – не без ехидства ответил Доктор, подбросил трубку в воздух и ловко поймал. – Слегка изменил на субатомном уровне. Если точнее, внес небольшие поправки в управляющие цепи. Сыворотка будет работать, но только при условии, что ты используешь нужную формулу. А она здесь. – Доктор постучал указательным пальцем себе по лбу.
– И я так понимаю, ты сообщишь мне формулу лишь в том случае, если разум мисс Освальд вернется в ее тело в целости и сохранности. Как предсказуемо.
– Старый трюк лучше новых двух, – пожал плечами Доктор. – Ну что, мы договорились?
Клирфилд кивнул.
– Отлично! – сказал Доктор и протянул измененную сыворотку одному из техников, после чего повернулся к клеткам с насекомыми.
– Не успел в прошлый раз их толком рассмотреть, – пояснил он. – Впечатляет! Насколько я понимаю, те, что напали на деревню, являются результатом не самых удачных экспериментов. Но эти… – Доктор заглянул в ближайшую клетку. – Гибрид паука, муравья, комара и долгоножки с усиленными синаптическими связями. Оболочка для сознания виррестеров, которых ты перенесешь при помощи Колокола во время весеннего равноденствия.
– Великолепно, Доктор. – Клирфилд одобрительно кивнул. – Повреждение круга сделало полную телепортацию невозможной, но перенос сознания… Больше всего времени ушло на то, чтобы подготовить идеальные тела.
– Но зачем? – Доктор, прищурившись, посмотрел на ученого. – Зачем ты это делаешь? Что они тебе сказали?

– У нашей расы здесь нет будущего, – объяснил Маагла. – Виррестеров слишком много, мы прошли точку невозврата, исчерпав ресурсы этой планеты. А других, пригодных для жизни, в нашей системе нет. Нам некуда идти.
– И вы решили колонизировать Землю? – негодующе воскликнула Клара.
– Мы просто хотим спастись! Каменные круги на вашей и нашей планетах, а также на многих других, – это технология давно исчезнувшей цивилизации. У нас ушло много лет на то, чтобы разобраться, как они работают. Оказалось, эти круги способны переносить материю на огромные расстояния. Семьдесят лет назад мы открыли портал, который связал Типолчактас с Землей. К несчастью, этот путь нам больше не доступен.
– Но даже если вы снова откроете портал, нельзя отправлять ваш народ на Землю! Последствия будут катастрофическими!
– Наш народ? – неприятно усмехнулся Маагла. – Мы не собираемся спасать тех, кто барахтается внизу. Они уже потеряли право на жизнь. Спасемся только мы, элита виррестеров.
– Вы бросаете миллионы сородичей на верную гибель? – отпрянула от края Клара.
– У них был шанс, но они его не приняли. Здесь, в этом самом здании, Гебброн доказал, что аккуратное, выборочное уничтожение определенных генетических групп позволит снизить популяцию виррестеров. Если бы он смог осуществить это в планетарном масштабе…
– Геноцид, – выдохнула Клара. – Вы призывали народ к массовому убийству.
– Ради выживания! – поднял клешни Маагла. – На другой чаше весов – гибель всех виррестеров. Гебброна должны были прославлять, как спасителя расы. Но вместо этого его подвергли гонениям! Наши так называемые лидеры судили Гебброна. Это место…
– Замолчи! – Клара больше не хотела его слушать.
Ученые, солдаты, существо, в теле которого оказался ее разум – и чей разум теперь обретался в ее собственном теле, – были военными преступниками.
А Бункер – лагерем смерти.

Глава восемнадцатая

– Ищут убежища? – глаза Доктора сузились еще сильнее. – Это виррестеры! Дикие, жестокие хищники, лишенные совести и морали.
– Гебброн отверг философию своего народа! – воскликнул Клирфилд.
Доктор лишь презрительно фыркнул в ответ.
– Миролюбивый виррестер! Их военная машина перемалывала планеты в спирали Фури-Кинга одну за другой. Они истребляли целые виды!
– Что привело их самих на грань исчезновения. Семьдесят лет назад они действительно планировали захватить Землю, но Гебброн отказался от этой стратегии, – уверенно заявил Клирфилд. – Он и его коллеги-ученые всего лишь хотят выжить.
– Люди и виррестеры будут существовать бок о бок в полной гармонии? – Доктор даже не потрудился скрыть скепсис в голосе, за что был награжден возмущенным взглядом.
– Они во всех отношениях выше нас! – парировал Клирфилд. – Виррестеры помогут человечеству раскрыть свой потенциал.
– Но для начала ты поможешь виррестерам?
– Как только Гебброн и его соратники получат власть, для людей начнется золотая эра научного прогресса. Они заслуживают того, чтобы вести нас вперед.
– Если ты действительно в это веришь, то я и без звуковой отвертки могу сказать, что ты идиот. – Доктор сокрушенно покачал головой. – Это не твоя вина. Яд, которым тебя накачали семьдесят лет назад, скорее всего, содержит вещества, подавляющие волю. Подозреваю, это их аналог скополамина, при помощи которого ты подчинил жителей деревни. Ты с самого начала был частью запасного плана. Рискну предположить, что Гебброн пообещал тебе не последнее место в новом мировом порядке?
Клирфилд ничего не ответил, и Доктор кивнул.
– Так я и думал.
Лицо ученого ожесточилось.
– Думай, что хочешь, Доктор, но выбора у тебя нет. Помоги мне – или никогда больше не увидишь свою спутницу.
– О да, – недобро улыбнулся Доктор. – Я знаю.

– Отлично, Хоукинс, мы все поняли. Держите нас в курсе. Конец связи. 
Гебброн внимательно следил за солдатом, который только что отчитался перед командованием. Так вот к чему были все недомолвки Клирфилда: поблизости расположились серьезные военные силы. Именно их нужно будет нейтрализовать в первую очередь. Но этим займется генерал Легрисс.
Кто-то потянул Гебброна за деталь одежды, которую девушка Клара носила на ногах. Увидев стоящего рядом человеческого детеныша, виррестер с отвращением отстранился.
– Что? – резко спросил он.
– Констебль Беван говорит, что ты друг Доктора. Его помощница или вроде того.
– И?..
– Ты знаешь, где он? – Мальчика явно что-то беспокоило. – Мне очень нужно с ним поговорить. Это важно.
Первым порывом Гебброна было прогнать ребенка, но потом он задумался. Если это существо хочет сообщить что-то Доктору, не стоит его так просто отпускать.
– Ты можешь рассказать мне. – Хотя мальчик по-прежнему вызывал у виррестера исключительно неприязнь, Гебброн постарался, чтобы голос Клары прозвучал как можно дружелюбнее.
– Пойдем, я покажу. – И ребенок направился к заднему выходу из дома.
Виррестер последовал за ним. Когда мальчик вывел его в сад, Гебброн позволил себе улыбку. Того и гляди подвернется шанс незаметно избавиться от младшей человеческой особи.
Убедившись, что за ними никто не следит, Гебброн направился за ребенком к дальней части двора. Виррестера снова поразило нелепое стремление людей окружать себя бесполезными предметами. Если бы им приходилось сражаться за каждый миллиметр пространства с десятком себе подобных, они бы зашипели по-другому.
Мальчик нетерпеливо переступал с ноги на ногу возле кустов у тропинки. Виррестер приготовился. Как только ребенок расскажет ему все, что хотел, он умрет. А уж Гебброн постарается, чтобы его смерть была быстрой и нагнала страху на остальных.
Когда виррестер приблизился к мальчику, тот отвел ветки в сторону. Гебброн замер, не веря своим глазам. Эти символы он узнал бы из тысячи. Так вот куда подевался недостающий элемент для открытия портала!
Гебброн запрокинул голову и торжествующе рассмеялся.
Семьдесят лет они считали, что немецкие бомбы разнесли тринадцатый камень в пыль. А он все это время стоял на заднем дворе у Робина Сэнфорда.
Старый мотоцикл с ревом катил к исследовательскому центру. Капрал Палмер, сидевший в коляске с двумя противотанковыми орудиями, повернулся к капитану Уилсону и ухмыльнулся.
– Совсем как в фильме «Индиана Джонс и последний крестовый поход»! – прокричал он.
Уилсон, крепко вцепившийся в заднее сиденье «Нортона», закатил глаза. Добби Палмер был настоящим киноманом.
– Лично мне больше нравится «Большой побег», – крикнул он в ответ.
– Но лучше Арноппу не прыгать через забор на этой колымаге! – пошутил Палмер, припомнив эпизод из фильма.
Прежде чем Уилсон успел ответить, что-то выскочило из растущих вдоль дороги кустов, врезалось в коляску и столкнуло мотоцикл на обочину. «Нортон» вылетел в поле; капитана отшвырнуло в сторону, и удар о землю на секунду вышиб из него дух.
Когда Уилсон попытался подняться, он увидел огромного черно-оранжевого жука, который склонился над лежащим на боку мотоциклом. Арнопп и Палмер безуспешно пытались вылезти из-под «Нортона». Капитан вскинул винтовку к плечу и выстрелил в бомбардира бронебойными. Пули пробили хитиновый панцирь мутанта; заскрежетав от боли, тот забыл про мотоцикл, и рядовые выбрались на волю.
Понимая, что теперь он станет главной целью для монстра, Уилсон начал отступать, не прекращая поливать жука короткими очередями. Несмотря на прорехи в панцире, тот и не думал останавливаться. Полностью сосредоточившись на противнике, капитан не видел, куда ставит ноги, и в результате угодил в кроличью нору.
Вывернутую лодыжку пронзила острая боль. Уилсон повалился на землю, и монстр припустил к нему с удвоенной силой. Капитан подумал, что быть задавленным жуком – на редкость нелепая смерть. Уилсон уже мысленно попрощался с жизнью, когда бомбардир вдруг остановился буквально в метре от него – и, тревожно попискивая, двинулся назад. Не успел капитан выдохнуть, как небо заслонила громадная тень, и по обе стороны от Уилсона нарисовались могучие, покрытые блестящими волосками лапы.
Капитан застыл, увидев подбрюшье нависшего над ним гигантского паука, и попытался слиться с травой. Новый мутант с грозным шипением двинулся вперед, отгоняя жука от добычи.
Какое-то время они кружили друг напротив друга, выжидая. Наконец паук нанес первый удар. Уилсон кинулся прочь, невзирая на боль в ноге.
Насекомые бились не на жизнь, а на смерть; их вопли разносились далеко над полями. Однако ослабленный пулями жук-бомбардир сопротивлялся недолго. Вскоре он уже лежал, поверженный, и паук вонзал хелицеры ему в голову.
Уилсон, скрипя зубами, заковылял вперед. Арнопп и Палмер возились с перевернутым мотоциклом. Вдруг за плечом у Арноппа что-то блеснуло. Глаза капитана расширились – он узнал противотанковое орудие и счел за лучшее кинуться на землю, прикрыв голову руками. Уилсон не прогадал: буквально в следующую секунду орудие глухо бухнуло, и снаряд поразил жука. Тот взорвался, веером разбросав внутренности и осколки панциря. Затем химикаты в его брюхе смешались, и прогремел новый взрыв. Паука окатило кипящей кислотой, и он откатился в сторону, бешено размахивая лапами. Вскоре от него осталась лишь бесформенная груда дымящейся плоти, которая тихо шипела в высокой траве.
Уилсон кое-как поднялся на ноги. Рядовые уже спешили к нему. Арнопп, сморщив нос, покосился на то, во что превратились гигантские насекомые.
– Никогда не любил жуков, – с отвращением пробормотал он.

– Рядовой Хоукинс, мисс Драббл, идите сюда! Думаю, вам стоит это увидеть.
Робин Сэнфорд стоял у окна гостиной и беспокойно поглядывал за занавеску. Анджела ахнула, увидев, что  приближается к дому.
– Как это понимать? – прошептал изумленный Хоукинс.
Вся деревня до последнего жителя неудержимой лавиной надвигалась на ферму. Дети, женщины, мужчины шли по узкой дороге, тупо глядя перед собой; безвольные руки болтались вдоль тела, ноги запинались о трещины и выбоины.
Хоукинс схватил винтовку и кинулся прочь из комнаты.
– Оставайтесь здесь! – крикнул он на бегу.
Анджела поспешила за ним.
– Рядовой, подождите!
Она догнала его на крыльце. Хоукинс стоял, прижав ружье к плечу, и целился в людей, медленно заполнявших двор перед домом. Анджела заметила в толпе несколько знакомых лиц: Саймон Джордж, Эмили Николс и даже Габби, которая все еще прижимала сына к груди.
– Вы не можете стрелять в этих людей! Они не понимают, что делают!
– Я и не собираюсь в них стрелять, – отозвался Хоукинс. – Но они-то об этом не знают.
Рядовой чуть приподнял ствол, и Анджела прикрыла уши руками. Короткая очередь рассекла воздух над толпой.
– Я хочу, чтобы все немедленно остановились! – крикнул Хоукинс.
К огромному облегчению Анджелы, люди послушались.
– Отлично. – Хоукинс тяжело дышал. – Просто отлично. А теперь кто из вас расскажет, что тут, черт возьми, происходит?
– Рядовой? – дрожащий голос Робина заставил военного забыть о толпе. – Думаю, вы обратились с этим вопросом не к тому человеку.
Анджела и Хоукинс медленно повернулись. Старик вышел из дома, но все взгляды обратились не на него, а на Клару. Девушка держала Кевина Алпертона за горло. Мальчику приходилось изо всех сил тянуться вверх, чтобы не задохнуться. Глаза Клары горели нечеловеческим огнем.
– Ты что?! – Анджела шагнула к спутнице Доктора.
– Стой, где стоишь! – рявкнула Клара. – Шевельнешься, и детеныш умрет!
– Детеныш? – Хоукинс водил винтовкой из стороны в сторону, не понимая, кто представляет большую опасность – толпа зловеще притихших зомби или девушка, которая явно тронулась умом от напряжения. – О чем она говорит?
Анджела бросила на Клару печальный взгляд: ветеринар догадалась, что случилось с ней в круге.
– Ты ведь не Клара, верно? От Клары осталось только тело. На самом деле ты – одна из них.
– Вот именно. – Девушка стиснула шею мальчика, заставив того вскрикнуть от боли. – А теперь опусти оружие! – приказала она Хоукинсу.
Рядовой понял, что у него нет выбора. Как только винтовка упала на землю, толпа шагнула вперед, и зомби схватили его и Анджелу.
– Кто ты? – закричала ветеринар, пытаясь вырваться из мертвой хватки людей, которых еще недавно называла друзьями. – И чего хочешь?
– Я Гебброн, главный ученый Научного корпуса виррестеров. – Существо, вселившееся в Клару, растянуло ее губы в жуткой улыбке. – И вскоре я подчиню себе все человечество.

Глава девятнадцатая

После того как капрал Палмер перевязал ему ногу и вколол обезболивающее, Уилсон снова почувствовал себя человеком. Первым делом капитан оценил, во что им обошлось столкновение с бомбардиром. О «Нортоне» можно было забыть – старик свое отъездил. Снайперская винтовка Палмера тоже пала смертью храбрых, но у них осталось еще одно противотанковое орудие и достаточно гранат, чтобы изничтожить Колокол.
Конечно, при условии, что по пути им больше не встретятся гигантские насекомые.
Уилсон бросил взгляд на армейские часы. Отведенное командованием время подходило к концу. Оставалось надеяться, что Хоукинс убедит полковника подождать еще немного.
Они уже собирались тронуться в путь, когда рядовой Арнопп вдруг замер.
– Слышите? – прошептал он.
Судя по звукам, впереди двигалась целая толпа народа. Уилсон махнул солдатам, и вскоре все трое уже сидели под изгородью, осторожно выглядывая на дорогу.
– Как будто на митинг собрались, – выдохнул Палмер.
Уилсон узнал цитату из «Чужих», но на сей раз не стал закатывать глаза, потому что Добби был прав. Жители Рингстоуна шагали куда-то дружной зомби-толпой, да к тому же что-то несли.
Капитан подался вперед, чтобы рассмотреть получше. Люди тащили большой камень. Уилсон обвел взглядом процессию и тихо выругался. Впереди, подталкиваемый в спину собственной винтовкой, мрачно топал Хоукинс. Робин Сэнфорд, констебль и прочие гражданские шагали рядом.
Уилсон быстро прикинул в голове варианты. Им по-прежнему нужно было добраться до Колокола, но он не мог бросить своего рядового на произвол судьбы. К тому же Хоукинс нужен им, чтобы связаться с полковником для отмены авиаудара. Если, конечно, его потребуется отменять.
– Добби, следуй за ними, – приказал капитан. – Появится возможность освободить Хоукинса и остальных – действуй. Арнопп, ты со мной.
Солдаты кивнули, и Добби стал пробираться сквозь изгородь.
– Палмер! – окликнул его Уилсон.
Капрал повернулся к старшему офицеру.
– Да, капитан?
– Помни, что эти люди – мирные жители. Кровавая баня нам тут не нужна.
Палмер кивнул и вылез на дорогу.
– И их осталось двое… – протянул Арнопп, глядя вслед капралу.

Доктор по локоть запустил руки в основание Колокола, прилаживая на место трубку с сывороткой 525, когда в хранилище вдруг появился один из деревенских. Зомби зашаркал в сторону Клирфилда.
– Гебброн хочет, чтобы ты подошел к кругу.
– Я занят! – отмахнулся ученый, не сводя глаз с панели управления.
– Он сказал, что это важно. И что я могу применить силу, если ты будешь сопротивляться.
– Делай, что тебе говорят, – посоветовал Доктор, отвлекаясь от Колокола. – Не знаю, как Гебброну, но Кларе лучше не перечить. Она тот еще командир в юбке.
Клирфилд отбросил планшет и, наградив Доктора возмущенным взглядом, устремился к выходу. Как только он пропал из виду, Повелитель Времени шустро поднялся на ноги и надел пиджак, который валялся на полу. Действовать нужно было быстро.
– Так, вы. – Он щелкнул пальцами, чтобы привлечь внимание техников и лаборантов. – Думаю, вас достаточно накачали скополамином, чтобы с этим проблем не возникло. – Доктор прижал пальцы к вискам и нахмурился, собираясь с мыслями. – Продолжайте работать и не обращайте на меня внимания, что бы я ни делал. Кивните, если поняли.
Зомби послушно кивнули. Доктор позволил себе самодовольную улыбку.
– Вот что значит правильно выбрать тон.
Кинувшись в дальний конец хранилища, он принялся рыться в коробках с деталями, пока не нашел моток толстого изолированного кабеля.
– В самый раз, – пробормотал Доктор и принялся разматывать тяжелый провод, волоча его по полу. Положив один конец возле Колокола, он кинулся к пожарному выходу, чтобы закрепить другой конец кабеля на контрольной панели стоящей поодаль ТАРДИС.
Затем Доктор отступил на шаг, критически оценил результат своей работы и поморщился. Получилось так себе, но ему нужно было получить доступ одновременно к телепатическим и дематериализационным цепям.
Вернувшись на склад, Повелитель времени снова запустил руки в Колокол. Доктор как раз заканчивал возиться с проводом, когда за спиной у него раздался сухой щелчок предохранителя, и в затылок ткнулся холодный ствол.
– Подними руки так, чтобы я их видел. Живо.
Доктор прижал ладони к обшивке Колокола. Его тут же грубо обыскали, после чего не менее грубо развернули. Повелитель Времени оказался лицом к лицу с двумя покрытыми кровью и грязью британскими солдатами.
– И почему военные всегда появляются в самый неподходящий момент? – сокрушенно вздохнул он.
Правый солдат усмехнулся, но палец со спускового крючка не убрал.
– А я уж думал, что мы, как американская кавалерия, прибываем как раз вовремя и всех спасаем.
– Капитан, – сказал Доктор, взглянув на шеврон у него на рукаве, – если вы действительно хотите всех спасти, дайте мне закончить. У меня мало времени, а впереди еще сложные вычисления.
Солдат засомневался, но все же опустил винтовку.
– Доктор, я полагаю?
– Да! – раздраженно ответил Доктор.
– Я капитан Уилсон, это рядовой Арнопп…
– Давайте оставим обмен любезностями на потом. Клирфилд может вернуться в любой момент. – И Доктор снова занялся Колоколом.
– Клирфилд? – Капитан нахмурился, припоминая секретные документы, которые показывал ему полковник Дикинсон. – Некий профессор Клирфилд отвечал за проект «Бит Бен» во время Второй мировой войны.
– И с тех пор не переставал им заниматься. А сейчас и вовсе близок к успешному завершению эксперимента. Так что, если вы не возражаете… – ворчливо произнес Доктор, направляя звуковую отвертку на основание машины.
Уилсон медленно обошел громоздкое устройство.
– Значит, это и есть Колокол?
– Если быть совсем точным, это Die Glocke, – отозвался Доктор, не поднимая головы. – Немецкая разработка. Молодцы ребята, ничего не скажешь.
Уилсон переглянулся с Арноппом.
– Что думаете, рядовой?
Арнопп быстро осмотрел устройство.
– Обшивка керамическая, под ней металл. Думаю, это будет несложно, сэр. У нас достаточно гранат, чтобы разнести его на куски.
Доктор быстро повернулся к солдатам. Взгляд его не предвещал ничего хорошего.
– Значит так, капитан. Если вы задумали…
– Это вы меня послушайте, Доктор. Я получил четкий приказ – вывести Колокол из строя. И я не вижу причин его нарушать.
– Клара Освальд, – отчеканил Повелитель Времени.
– Что, простите?
– Вы сказали, что у вас нет причин нарушать приказ. Но они есть. Клара Освальд – вот ваша причина.
– Девушка, которая осталась на ферме? – нахмурился Уилсон.
Доктор покачал головой.
– В доме Робина Сэнфорда вы встретили не Клару, а существо, захватившее ее тело. – Повелитель Времени наклонился к капитану и понизил голос. – У вас есть семья, капитан Уилсон? Есть близкие люди? Представьте, что они оказались в ловушке, в месте настолько жутком и далеком, что и вообразить невозможно. Неужели вы бы не попытались их спасти? Неужели не пошли бы на риск ради того, чтобы их вернуть? Так вот, Клара – мой близкий человек. И сейчас она заточена в чужом теле, в чужом мире. Эта машина может вернуть Клару на Землю. Просто подождите.
Уилсон ответил не сразу.
– У меня есть племянница, – наконец сказал он. – Дочка моей сестры. В прошлом году у нее нашли лейкемию. Если бы я мог ее спасти… – Капитан печально посмотрел на Доктора. – Но я не могу. И вы не сможете спасти Клару. Если Колокол запустят, полковник Дикинсон прикажет нанести по Рингстоуну авиаудар. От деревни не останется ничего, кроме дымящейся дыры.
– Ну так скажите ему, чтобы он этого не делал! – в ужасе воззрился на военного Доктор.
– Не я принимаю решения.
– Капитан! – Голос Доктора громом наполнил хранилище. – Чтобы вернуть Клару, мне нужно включить Колокол на долю секунды. После этого я и сам с радостью превращу его в груду покореженного металла. Но сначала я его включу.
Мужчины целую вечность сверлили друг друга взглядами – пока Уилсон наконец не сдался.
– Хорошо. Но как только ваша подружка будет в безопасности, мы уничтожим Колокол.
– Даю слово, – со всей серьезностью ответил Доктор. – А теперь уходите, пока Клирфилд не вернулся.
Уилсон посмотрел на часы.
– Я так понимаю, все случится через пятнадцать минут, когда наступит весеннее равноденствие?
В глазах Доктора промелькнуло удивление.
– Я смотрю, вы подготовились, капитан.
Громкий звук шагов заставил Уилсона вскинуть голову. Капитан схватился за оружие и взял на прицел вход в хранилище. К счастью, это оказался еще один солдат. Уилсон ослабил хватку.
– Капрал, вы меня до инфаркта доведете.
– Простите, сэр, – ухмыльнулся Палмер.
– Докладывайте.
– Хоукинса и остальных держат на краю поля по ту сторону железнодорожной насыпи. Винтовку и двустволку у них забрали. Жители деревни заняты делом – девчонка приказала им поставить камень в круг.
– Камень? – Доктор моментально вскочил на ноги. – Какой камень? Капрал, быстро расскажите, что именно там происходит!

Клирфилд вступил в круг и изумленно вытаращился на камень, который устанавливали жители деревни.
– Поверить не могу, – едва слышно произнес он, пробегая пальцами по древним узорам. – Значит, он был здесь… Все это время!
– Клирфилд, ты идиот! – Клара, точнее, Гебброн, покраснела от злости. – Столько лет потрачено зря! Годы бесполезных экспериментов!
– Но где?..
– Прямо у тебя под носом! За домом этого человека.
Гебброн ткнул пальцем в Робина Сэнфорда, который стоял поодаль вместе с другими пленниками.
Ошеломленный, Клирфилд сам не помнил, как подошел к старику.
– Ты забрал его и спрятал? Но зачем? – Ученый охрип от плохо сдерживаемого гнева. – Для чего?
Робин с вызовом посмотрел на человека в маске.
– Я знал, что рано или поздно кто-нибудь снова захочет открыть портал. И монстры вернутся в наш мир. – Старик покачал головой. – Одного раза мне хватило. Я решил, что ваша проклятая машина не будет работать без камней.
Клирфилд наклонился к нему – и вдруг узнал.
– Ты был там! Накричал на нас с Хьюзом, когда я нарушил режим затемнения. – Ученый внимательно посмотрел на Сэнфорда. – А годы тебя не пощадили.
– Зато мое лицо при мне, – фыркнул Робин.
Этого Клирфилд стерпеть не мог. Взбешенный, он уже занес руку, чтобы ударить старика, но резкий окрик заставил его остановиться.
– У нас нет на это времени! – рявкнула Клара-Гебброн.
Ученый судорожно вздохнул и отвернулся от Сэнфорда.
– Да, Гебброн, – произнес он дрожащим от напряжения голосом.
Клирфилд присоединился к девушке, которая пристально изучала вставший на место камень.
– С ним все в порядке? – спросил ученый, вглядываясь в причудливые узоры.
– Да. С камнем хорошо обращались. Надо было уничтожить его, старик. – Гебброн мерзко улыбнулся Сэнфорду и повернулся к Клирфилду. – Свяжись с Мааглом. Скажи, что планы изменились. Пусть подготовит мое тело к переносу на Землю. Не терпится избавиться от этой жалкой оболочки. – Он с отвращением оглядел Клару.
Клирфилд покорно кивнул, но Гебброн еще не закончил с приказами.
– Настрой Колокол так, чтобы мое сознание вернулось в тело, как только оно материализуется. И передай генералу Легриссу, чтобы готовил войска.
Клирфилд снова кивнул. Он уже понимал, что годы усердной работы отправляются коту под хвост.
– А что делать с девчонкой? Ее вернуть на место?
Виррестер молчал.
– Гебброн, вы же понимаете, что если мы не вернем сознание в тело, оно просто растворится в воздухе.
– Значит, так тому и быть.

Когда Клирфилд вернулся в лабораторию, Доктор как раз закончил подключать Колокол к ТАРДИС.
– Что-то случилось? – поинтересовался Повелитель Времени, заметив выражение его лица.
Клирфилд осунулся и выглядел так, будто что-то причиняет ему сильную боль – вопреки хваленой неуязвимости, которую подарил ученому яд виррестеров.
– Мы должны вернуть настройки 1944 года, – ровным голосом ответил Клирфилд. – А это все, – он обвел рукой тринадцать электронных монолитов, – нам больше не нужно.
Доктор внимательно следил за ученым, который подошел к панели управления и начал вводить новые – точнее, старые – данные. Пальцы Клирфилда бегали по кнопкам, но сам он, кажется, не замечал, что делает. Доктор видел, что он на грани нервного срыва. Возможно, стоит еще раз испытать на прочность внедренные в его мозг установки виррестеров?
– Клирфилд, если ты откроешь портал, для Земли все будет кончено, – начал Доктор.
– Что? – тупо посмотрел на него ученый.
– Виррестеры опустошат эту планету, как множество других до нее.
– Нет, – упрямо покачал головой Клирфилд. – Ты ошибаешься. Они приведут нас к славе.
– Послушай…
– Слишком поздно, Доктор. А теперь помоги мне с настройками. – Клирфилд вытащил пистолет, чтобы отбить у Повелителя Времени желание препираться. – Я должен связаться с Мааглом.
И ученый направился к коммуникационной консоли. Доктор проводил его невеселым взглядом.
– Вместе мы могли бы их остановить. Но теперь у меня нет выбора, – прошептал Повелитель Времени.

Мартовские сумерки мягко опускались на Рингстоун, пока подгоняемые Кларой жители деревни трудились над восстановлением каменного круга. Они выломали бетонную тумбу из основания и заменили ее монолитом, который валялся в саду Робина Сэнфорда. Часть зомби очищала от паутины ведущий к исследовательскому центру подземный переход. Анджела и остальные пленники Гебброна, на которых почему-то не сочли нужным натравить скололаминовых комаров, сидели неподалеку под охраной. Среди их тюремщиков оказались несколько знакомых, включая Саймона Джорджа. Подумать только, еще несколько часов назад почтмейстер искренне полагал, что гигантские насекомые – всего лишь чья-то неудачная шутка…
– Интересно, что случилось с пауком? – еле слышно спросила Анджела у рядового Хоукинса.
– Думаю, капитан с ним разобрался, – без тени сомнения ответил тот.
– То есть взрыв, что мы слышали недавно?..
– Легкое противотанковое орудие, – кивнул рядовой.
Чарли Бевана больше интересовало, чем заняты жители деревни. Те тащили по расчищенному переходу толстые кабели, которые явно брали начало где-то в исследовательском центре.
– Что они делают?
– Подключают Колокол к кругу, – пояснил Робин. – Все как в марте сорок четвертого.
Хоть старик и старался этого не показывать, ему было не по себе.
– Но ведь капитан с солдатами смогут их остановить? У них же есть современное оружие… – с надеждой посмотрел на Хоукинса констебль.
Рядовой несколько секунд изучал носки своих ботинок, но потом все-таки ответил:
– Послушайте, мне нужно вам кое-что рассказать.
– Они не позволят им довести дело до конца, верно, сынок? – мягко спросил Робин. – У них другие планы.
– Кто – они? – Слова старика не на шутку испугали Чарли. – Что за планы?
– Мы должны были помешать запуску Колокола или… – снова заговорил Хоукинс и осекся.
– Или что?
– Или вывести людей перед авиаударом.
Робин тихо рассмеялся.
– Просто прекрасно. Пережить немецкую бомбардировку, чтобы семьдесят лет спустя погибнуть от ракет собственной армии.
– Как же так… – побелел Чарли Беван. – Мы должны их предупредить!
Констебль кинулся к охранникам, но Саймон Джордж грубо толкнул его назад.
– Саймон, послушай! Нам всем грозит страшная опасность!
Лицо почтмейстера ничего не выражало.
– Чарли, они тебя не слышат, – устало сказала Анджела. – Или не хотят слышать.
– Но мы все погибнем! – не унимался полицейский.
– Если этот псих выпустит монстров, мы так и так умрем, – напомнил Сэнфорд.
Прежде чем ему успели ответить, из-за насыпи раздался крик:
– Хоукинс! Сейчас рванет!
Через живую изгородь перелетело несколько небольших черных цилиндров. Рядовой сразу понял, что это, и завопил:
– Закройте глаза и уши!
Анджела едва успела выполнить приказ, когда светошумовые гранаты взорвались. Даже с зажатыми ушами она чуть не оглохла, а яркий свет, казалось, прожег веки. Открыв слезящиеся глаза, женщина увидела, что полуослепшие жители деревни мечутся, бестолково натыкаясь друг на друга. В траву упали еще две гранаты; эти не взорвались, а стали выпускать мощные струи густого белого дыма, которые за несколько секунд превратили зомби в беспомощную задыхающуюся толпу.
Внезапно за спиной Анджелы кто-то вырос, и она услышала шепот капрала Палмера:
– Возьмитесь за руки и идите за мной. Только тихо!
Анджела вцепилась в Чарли и Робина, стараясь не кашлять от едкого дыма. Капрал уводил их подальше от каменного круга – в маленький паб, который еще утром принадлежал ныне покойному Берту Митчеллу. Питейное заведение стало настоящим спасением для недавних пленников – шагнув за порог, они дружно повалились на пол, с наслаждением втягивая чистый воздух.
Вскоре к ним присоединился капитан Уилсон. Офицер тяжело дышал после пробежки и то и дело утирал пот со лба. Подвернутая лодыжка заметно усложняла ему жизнь, но Уилсон старался не обращать на нее внимания.
– Так, все здесь? Отлично. – Он подошел к сидевшему на полу Чарли Бевану. – Констебль, я только что разговаривал с Доктором. Он хочет, чтобы вы рассказали, как вам удалось выжить в ту ночь.
– Что? – ошарашенно посмотрел на него Чарли. – Честно говоря, я больше озабочен тем, как выжить сегодня!
– Значит так! – рявкнул капитан, рывком ставя констебля на ноги. – Последние несколько часов я только и делал, что разбирался с гигантскими комарами и плюющимися кислотой жуками! Меня чуть не затоптал паук! Через пару минут тут появятся орды инопланетных монстров, а полковник Дикинсон, наверное, рвет на себе волосы, если уже не приказал нанести ракетный удар, который оставит от этой деревни сплошное пепелище. У нас в запасе только одно противотанковое орудие – и очень мало времени. Поэтому, если вы можете сообщить что-то полезное, – говорите!
– Но я ничего не знаю! – запинаясь, ответил полицейский.
– Он сказал, что вам повезло пережить ту ночь. Что он имел в виду?
– Мы просто вовремя отсюда убрались. – Чарли судорожно вспоминал подробности своего путешествия в прошлое. – Клирфилд запустил Колокол, потом из круга вылез скорпион, немцы начали сбрасывать бомбы…
Констебль замолчал. Он наконец понял, что хочет от него Доктор.
– Бомбы! Мы смогли добраться до ТАРДИС только потому, что одна из бомб не взорвалась! Капитан, под каменным кругом лежит невзорвавшийся немецкий снаряд!

Глава двадцатая

Клара обеспокоенно наблюдала за тем, как Бункер превращается в растревоженный улей. Очевидно, Маагла получил важное сообщение, которое всех взбудоражило. Генерал Легрисс собрал в лаборатории несколько крупных виррестеров. Судя по толстой броне и мощным клешням, они были солдатами и подозрительно напоминали группу вторжения.
Маагла вошел в лабораторию, взволнованно щелкая клешнями.
– Что происходит? – спросила Клара.
Вместо ответа глава исследований потащил ее обратно к камням.
– Кажется, Гебброн собирается снова открыть портал. И у нас очень мало времени, чтобы подготовиться к физическому переносу.
– Физическому переносу? – встрепенулась Клара. – То есть я получу назад свое тело?
– Мы сейчас готовим оборудование, – уклончиво ответил Маагла. – Гебброн хочет, чтобы перенос произошел во время земного равноденствия. Так что очень скоро ты от нас избавишься. – Маагла странно улыбнулся и засеменил к панели управления.
Ученый занялся расчетами, а Клара поежилась. Ей почему-то не понравились последние слова виррестера.
На одной из стен лаборатории появился большой экран, на котором сменяли друг друга странные символы. Клара догадалась, что начался обратный отсчет. Теперь девушка могла только переминаться с лапы на лапу посреди телепортационного круга и наблюдать за суетящимися скорпионами. Что бы ни приготовила ей Вселенная на этот раз, ждать осталось недолго.

Хоукинс прижал гранатомет к плечу и навел прицел на каменный круг. Найти подходящую точку обстрела оказалось не так-то просто. У заведения Берта Митчелла имелся чердак, но, забравшись туда, рядовой понял, что целиться придется через деревья, которые обрамляли парковку перед пабом. И хотя между ними нашелся небольшой промежуток, Хоукинс всерьез опасался, что промахнется.
Он глубоко вздохнул и поудобнее расставил локти, привыкая к весу противотанкового орудия. Ручной гранатомет был в два раза тяжелее привычной Хоукинсу снайперской винтовки и казался жутко громоздким. К тому же у него будет всего одна попытка. И если он промажет…
– Ну, была не была, – пробормотал Хоукинс.
Отбросив ненужные мысли, он прижался глазом к видоискателю и порадовался, что гранатомет оснащен прибором ночного видения. В сгущающихся сумерках и не до конца рассеявшейся химической дымке он был как нельзя более кстати. Жители деревни потихоньку отходили к краю поля. Вскоре посреди круга осталась лишь одинокая женская фигура.
Которая стояла точно на цели.

Клирфилд не сводил глаз с больших настенных часов. Руки ученого лежали на контрольной панели. 16:50.
– Начинаем первую фазу! – Он дернул рычаг, и Колокол окутало пурпурное сияние.
Доктор тоже не стоял без дела у своего пульта, но одним глазом все время следил за показаниями звуковой отвертки. Если он неправильно рассчитал время…
Клирфилд покосился на Доктора.
– Ввести формулу для сыворотки 525 нужно до того, как Колокол заработает на полную мощность. Если, конечно, ты еще хочешь помочь своей подружке.
Доктор кивнул. Честно говоря, он собирался отказаться от единственного козыря, который мешал Клирфилду немедленно от него избавиться. Доктор рассчитывал, что занятый Колоколом ученый не успеет вовремя вмешаться. А после перемещения виррестеров им всем будет не до того – уйти бы живыми!
Пальцы Доктора забегали по кнопкам, корректируя изменения, которые он внес в сыворотку 525. Какое-то время Клирфилд пристально за ним наблюдал, потом вернулся к контрольной панели.
– Приготовиться к переходу ко второй фазе.

– Полковник? Мы снова зафиксировали сигнатуру цели, сэр.
Дикинсон побежал к передвижной радиолокационной станции, при помощи которой они следили за деревней.
– Та же самая? – спросил он у оператора.
– Да, сэр. Но сигнал более мощный. И он усиливается.
– Проклятие. – Полковник бросил взгляд на часы. – Есть новости от капитана Уилсона и его команды?
Радист покачал головой.
– Нет, сэр. В последний раз рядовой Хоукинс выходил на связь полчаса назад.
– Спасибо, рядовой, – выпрямился полковник. Он пошел на неоправданный риск и теперь действовать нужно быстро. – Передайте всем командам, чтобы отходили в безопасное место. А сами сворачивайтесь – и по машинам.
Люди начали спешно собирать оборудование. Дикинсон вернулся в командный пункт и взял телефон.
– Говорит полковник Падди Дикинсон. Приборы зафиксировали запуск Колокола. Поднимайте вертолет.

Доктор закончил вводить данные и хмуро кивнул Клирфилду.
– Можешь выходить на полную мощность.
Ученый с непроницаемым лицом потянул за последний рычаг.

В Бункере виррестеров завыла сирена. Серые камни засветились, выпуская щупальца пурпурного сияния. Клара почувствовала, что ее тянет в разные стороны – сперва едва заметно, потом все сильнее и сильнее, пока наконец виррестеры, лаборатория и Бункер не исчезли во вспышке ослепительного света.

Капитан Уилсон с изумлением наблюдал за каменным кругом. Монолиты искрили от переполнявшей их энергии; затем над землей закрутился сгусток света, и все потонуло в оглушительном колокольном звоне, от которого содрогнулась земля и заныли зубы. Паб засыпало осколками битого стекла, – наверное, во всей округе не осталось ни одного целого окна.
Сияние начало меркнуть, и Уилсон разглядел за камнями что-то большое и черное. Существо медленно поднималось. Даже на расстоянии чувствовалось, какую разрушительную мощь таят в себе его огромные клешни.
Сквозь угасающий колокольный звон донесся шум приближающегося вертолета. У капитана перехватило дыхание. Осталось меньше минуты – если «Апач» выпустит ракеты, их уже ничего не спасет.
– Давай, Хоукинс, – шептал Уилсон. – Давай!

Как только Клирфилд запустил Колокол на полную мощность, Доктор включил звуковую отвертку и направил в ТАРДИС серию заранее подготовленных сигналов. Черные монолиты в хранилище пробудились к жизни, на экранах заплясали инопланетные узоры. В центре техно-круга возник сверкающий энергетический шар; к металлическим дорожкам под потолком протянулись молнии, и шар вдруг приобрел очень знакомые очертания.
Позабыв о пульте управления, Доктор кинулся к монолитам и успел подхватить материализовавшуюся Клару за секунду до того, как она упала. Повелитель Времени вынес девушку из круга и осторожно положил на пол.
– Доктор? – пробормотала она, открывая глаза. – В жизни больше не подойду к порталам. Мне еще никогда не было так плохо.
– Глупости, – облегченно выдохнул Доктор. – Таблетка аспирина и день на пляже Бонгор Региса – и ты снова будешь как огурчик.
– Звучит заманчиво, – слабо улыбнулась Клара. – Когда отправляемся?
– Как только закончим одно дело. Нам еще нужно спасти планету, если ты не забыла.
Доктор бросился назад к консоли и принялся быстро нажимать на кнопки.
– Теперь достаточно изменить полярность сыворотки…
Вдруг чьи-то сильные руки схватили его за плечи и оттащили от пульта.
– Ты что делаешь? – заорал Клирфилд. – Нельзя менять настройки, когда портал работает!
– Не будь идиотом! – попытался вырваться Доктор. – Если ты откроешь виррестерам путь на Землю, в опасности окажется не только эта планета, но и вся Спираль Муттер!
Но Клирфилд его уже не слышал. Он судорожно стучал по консоли, пытаясь исправить то, что натворил Доктор. Повелитель Времени бросился на него сзади и впечатал в монолит. Мужчины боролись на самом краю круга.
– Я посвятил этому всю жизнь! – проревел Клирфилд, но его голос потонул в звоне пробудившегося Колокола.
Портал снова открывался.

Вспышка в центре каменного круга застигла Хоукинса врасплох. Ослепленный рядовой чертыхнулся и, потерев правый глаз, снова прильнул к прицелу.
Девушка бесследно исчезла. Теперь на ее месте возвышалось жуткое порождение ночных кошмаров. Хоукинс старался не думать о монстре, держа перекрестье прицела точно на земле у него под лапами.
– Ох, Чарли, надеюсь, ты ничего не перепутал… – едва слышно пробормотал он и нажал на спусковой крючок.

* * *

Капитан Уилсон услышал, как на чердаке сработало противотанковое орудие, и дернул Кевина и Анджелу на пол. Снаряд помчался к кругу, оставляя над деревьями дымный хвост.
Прогремевший взрыв сотряс паб не хуже Колокола. Пролежавшая семьдесят лет без дела немецкая бомба охотно подыграла гранате. Вместе они разнесли виррестера на клочки. Осколки панциря разлетелись на десятки метров вокруг; траву густо усеяли обломки древних камней и куски клешней.
Проводив взглядом взметнувшийся к небу огненный столп, Уилсон понадеялся, что полковник Дикинсон его тоже видел.

Хотя хранилище отделяла от круга железнодорожная насыпь, ударная волна все равно до него докатилась. В лаборатории задрожали двери и стекла, насекомые в испуге забились в клетках. Вслед за ударной волной пришла другая – высвободившейся энергии каменного круга. Консоли начали искрить, Колокол замигал.
Клирфилд в ужасе смотрел на устройство.
– Нет! – закричал он. – Нет!
Доктор воспользовался моментом и вывернулся из хватки ученого. Тот потерял равновесие и оказался в техно-круге в тот самый момент, когда Повелитель Времени дернул рычаг, оборачивая процесс вспять. Генераторы взревели, в последний раз напитывая Колокол энергией, и хранилище погрузилось в темноту.
Die Glocke прозвонил в последний раз.

Когда над деревьями взметнулся огненный шар, полковник Дикинсон повернулся к оператору.
– Что на радаре? Сигнал все еще усиливается?
– Напротив, сэр, – доложил оператор. – Быстро слабеет. Сигнатура цели практически пропала.
– Свяжитесь с вертолетом! – велел Дикинсон радисту. – Скажите, что приказ отменяется.
Тот поспешно закричал в микрофон:
– Воздух 6579! Это командование! Отмена приказа! Отмена!
Полковник затаив дыхание смотрел, как похожий на жука «Апач» мчится к деревне. По бокам фюзеляжа поблескивали смертоносные ракеты. Неужели они опоздали?
Вертолет развернулся в последний момент и, заложив крутой вираж, с ревом промчался над лагерем. Он возвращался на базу – с неиспользованными ракетами.
Полковник Дикинсон проводил взглядом тающий в вечернем небе «Апач», закрыл глаза и наконец выдохнул.
Все было кончено.

Глава двадцать первая

Капитан Уилсон шагнул в зал собраний вслед за полковником Дикинсоном. Повсюду сидели жители Рингстоуна, которыми занимались военные медики. Уилсон заметил в толпе капрала Палмера: Добби болтал с Кевином Алпертоном. Капитан улыбнулся, когда до него долетел отрывок разговора. Капрал наконец-то нашел достойного собеседника.
– Хорошо, тогда «Человек-волк». Оригинальная версия студии «Юниверсал» 1941 года или ремейк 2010-го?
– Шутишь? – Кевин посмотрела на капрала так, будто тот сморозил невероятную глупость. – «Юниверсал» навсегда!
– Согласен, – ухмыльнулся Палмер. – А что думаешь о ремейке «Битвы титанов»? Он лучше, чем оригинальный фильм?
Кевин задумался.
– С одной стороны, оригиналом занимался Рэй Харрихаузен. С другой… – Мальчик покачал головой. – Там была заводная сова! К тому же скорпионы в ремейке получились больше похожи на настоящих.
– Это точно! – поддакнул Палмер. – Уж кому, как не нам, об этом судить.
– Капрал?
При виде офицеров Добби вытянулся по стойке смирно.
– Сэр!
– Вольно. – Полковник обвел взглядом забитый людьми зал. – Как они себя чувствуют?
– Хорошо. Главная проблема – высокий уровень скополамина в крови. Потребуется время, чтобы полностью вывести наркотик. Несколько человек получили травмы во время взрыва: синяки, ссадины, парочка сотрясений и сломанное запястье.
Дикинсон одобрительно кивнул. Они с Уилсоном и Палмером прекрасно знали, чем мог закончиться сегодняшний день для жителей деревни.
– Скополамин… – задумчиво произнес полковник. – Он ведь вызывает потерю краткосрочной памяти?
– Так точно, сэр.
– Надеюсь, что в перспективе это спасет нас от огромного количества неудобных вопросов, – вздохнул он. – Мне нужно отчитаться перед министром обороны, так что оставляю Рингстоун на вас, Уилсон.
– Есть, сэр! – отдал честь капитан.
Дикинсон ответил ему тем же, после чего тепло улыбнулся.
– Спасибо, капитан. Сегодня вы спасли множество жизней. Я очень вам благодарен.
И полковник, надвинув фуражку, направился к выходу. Вскоре машина Дикинсона покинула деревню.
Уилсон устало повел плечами. Ему предстояло еще много работы. После отмены авиаудара в деревню прибыли войска специального назначения. Солдаты в черной форме сноровисто упаковали в неприметные коробки то, что осталось от виррестера, клетки с детищами Клирфилда и оборудование из исследовательского центра. Теперь рычащие дизельными двигателями грузовики вывозили все в неизвестном направлении. Уилсона с полковником это нисколько не радовало, но приказ есть приказ: подчинитесь или можете быть свободны. В записях Клирфилда нашлось точное число насекомых, которых выпустили на деревню. Судя по ним, один комар до сих пор где-то летал. Команде Уилсона поручили с ним разобраться.
– Как думаете, куда они все увозят? – спросил Палмер, проводив взглядом очередной грузовик.
– Мне посоветовали не спрашивать, – мрачно ответил Уилсон. – Этим занимается отдел С-19. Вот и все, что нам полагается знать.
– Может, у них как «В поисках утраченного ковчега»? – встрял Кевин. – Помните, там было огромное хранилище, где они закрыли ковчег, и больше о нем никто не слышал.
Уилсон кивнул. Что ж, если мир действительно никогда больше не услышит о Колоколе… В таком случае он тоже согласен пребывать в неведении.

Анджела стояла с Кларой, Робином Сэнфордом и Чарли Беваном на лугу возле Рингстоуна. Почему-то ругая Уинстона Черчилля, Доктор перенес туда синюю будку после того, как деревню заполонили военные.
Анджела не знала, как относиться к его словам – и как вообще воспринимать этого человека. Она повернулась к Кларе, та выглядела очень усталой.
– С тобой все в порядке?
– Что? Да, конечно, – улыбнулась Клара.
– Но ведь это существо захватило твое тело…
– Ничего страшного, всякое бывает, – спутница Доктора пыталась вести себя так, будто встречи с инопланетными скорпионами для нее в порядке вещей (как оно, собственно, и было). Однако при мысли о Бункере на планете Типолчактас ей по-прежнему становилось не по себе.
– Серьезно? – Анджела внимательно посмотрела на Клару.
– Со мной все будет хорошо. – Девушка обняла подругу, видя, что та искренне за нее беспокоится.
– Нам пора! – Доктор высунулся из ТАРДИС и недовольно покосился на вереницу армейских грузовиков. – Здесь становится слишком шумно.
– А вдруг они попытаются восстановить Колокол? – с тревогой спросил Робин Сэнфорд. – И снова начнут эксперименты?
– Ну, глупости им не занимать, – ехидно признал Доктор. – Поэтому я на всякий случай кое-что сделал с Колоколом. Даже если они захотят его включить, заработает он нескоро.
– А что случилось с Клирфилдом? – поинтересовался Чарли.
– Не знаю, – после паузы ответил Доктор. – Он оказался в поле техно-круга, когда я запустил процесс в обратную сторону. Либо телепорт расщепил его тело на атомы, либо…
– Он попал на Типолчактас, – закончила за него Клара.
Доктор кивнул.
– Что ж, он наконец-то посмотрит на другие миры.
Клара зябко повела плечами: она слишком хорошо представляла, каково это – быть единственным человеком среди миллионов виррестеров. Даже после всего, что натворил ученый, такой судьбы девушка ему не желала.
Какое-то время все молчали. Затем стрекот армейского вертолета напомнил Доктору, что у него еще очень много дел. Повелитель Времени схватил Клару за руку и потащил в ТАРДИС. Девушка едва успела попрощаться с новыми друзьями, когда дверь захлопнулась, и фонарь на крыше замигал, сообщая о скором перемещении.
Синяя будка растаяла в ночи, подвывая, как дырявая волынка.
– Что б меня… – пробормотал Робин Сэнфорд, уставившись на пятачок примятой травы. – Так вот что за звук я тогда слышал!
Анджела рассмеялась и, подхватив старика и констебля под руки, повела их обратно к деревне.

Эпилог

Когда солдат наконец пропустил его грузовик на свободное шоссе, Йозеф Разовский не на шутку обрадовался. Он простоял в пробках почти весь день. Дороги, на которые он пытался сунуться, были либо перекрыты, либо забиты машинами. Поскольку радио молчало, Йозеф понятия не имел, что стряслось, а военные, если и снисходили до ответа, ограничивались ничего не значащими отговорками про «несчастный случай».
Несчастный случай! Йозеф презрительно фыркнул. Это может быть что угодно! В Польше власти ведут себя точно так же: никогда от них не дождешься внятного ответа.
Он вдавил педаль газа, надеясь нагнать упущенное время, и радио, которое весь день притворялось бесполезной коробкой, вдруг ожило. Едва Йозеф наклонился убавить звук, как что-то с громким стуком врезалось в лобовое стекло.
Водитель подскочил от неожиданности и дернул руль, отчего грузовик чуть не вынесло на встречную полосу. Йозеф сбросил скорость. Стекло залепило мерзкой желтой слизью, по краям расползлись обломки крыльев и тонких лап. Наверное, жук был размером с ведро – Йозеф почти ничего не видел.
Мужнина с ворчанием остановился на обочине и подергал рычажок омывателя. Пока дворники очищали стекло от ошметков насекомого, Йозеф нашел подходящую радиостанцию и уселся поудобнее.
Впереди его ждала долгая дорога.

Благодарности

Огромное спасибо Джастину Ричардсу и Алберту ДеПетрильо за то, что предложили мне стать частью нового цикла регенераций.
Сью Коули – за то, что сплела для меня отличную веб-паутину.
Йену Фури-Кингу за сайт www.ackacklivinghistorv.om.uk. где я нашел массу бесценной информации о прожекторах Второй мировой войны.
Полли и Бинсу, а также хвостатому Стиви – за неизменно радушный прием и поддержку.
Стиву Коулу – за то, что помогал не терять веру в себя.
Ли Байндинг – за пристальное внимание к деталям.
Нику, Роки, Колину, Полу, Питу, Питеру и Спайку – за то, что навели меня на мысль о таком финале.
Спасибо всей команде «Доктора Кто» – и особенно Маркусу Уилсону.
Спасибо Муги и Базу.
И, наконец, спасибо Карен за то, что сказала «Да».